Посещение Ферьентэ вышло не только насыщенным, но и недешевым. Тридцать золотых только за наряд невесты! А ведь еще и костюм жениха не меньше пятнадцати будет стоить… У самой Виктории личных денег не было. На счетах Лубастов необходимая сумма найдется, но в качестве приданого больше ста золотых взять нельзя. Не принято это. Вообще сто золотых – потолок. Чаще аристократы гнались не за деньгами, а за связями, новой должностью или просто желали заключить альянс. Именно это и считалось приданым. Деньги – удел простолюдинов. Но вот в их с Вальтером случае Виктория не знала, хватит ли средств у ее новой семьи на все траты. Точнее не так: хватит ли их у Вальтера? Потому что факт его отдельного проживания от остальной родни для девушки был символом не лучших отношений в роде Маррок.

Наконец закончив с делами, Виктория, предвкушая вкусный обед с любимым и приятную беседу, отдала приказ кучеру править к полицейскому управлению. У казенного здания была заметна целая очередь из стражников и их «жертв». Вспыхивающие с каждым днем все больше драки и разногласия между людьми только увеличивались. «И как Пани не боится гулять среди них? – оглядев сверху донизу мужика, у которого из носа на бороду натекло немало крови, слепив ее в единый колтун, брезгливо поморщилась Виктория. – А если ей достанется? Без охраны… Ее Том, точно не охранник. Мямля, а не мужчина!»

– Дорогу! – когда она вышла из кареты, пробасил ее кучер, готовый в случае неповиновения пустить в ход кнут.

Стоящие стражи лишь прищурились, но посторонились, а вот паре побитых мужиков, что не успели убраться, досталось жестким кожаным хлыстом по конечностям. Не обращая внимания на взгляды полные ненависти, Виктория, гордо держа спину, прошла внутрь.

– Как его нет? – это было первое, что донеслось до ушей аристократки внутри. – А где он тогда?

Красивая рыжеволосая девушка не старше самой Виктории стояла у стола дежурного со свертком в руках и требовательно смотрела на детектива. Детектившу… Интересно, как правильно называть женщин-детективов? Этого Виктория не знала, но сейчас на месте дежурного сидела женщина лет сорока со знаком детектива третьего ранга и устало смотрела на посетительницу.

– Я не могу вам сказать, – терпеливо ответила детектив. – Это служебная информация. Единственное, что могу ответить – его не будет несколько дней.

– Но Ингар мне ничего не говорил! А ведь у нас свадьба на носу! Он бы меня обязательно поставил в известность об отъезде, а вы говорите, что он уехал на несколько дней! Несколько!! – воскликнула девушка. На ее глазах выступили слезы.

– Послушай, девочка, – устало ответила женщина. Морщинки на ее лице собрались в районе переносицы, добавляя ей еще лет пять, отчего она казалась еще старше, чем сначала решила Виктория. – Я не могу тебе ничего ответить. Утром твой парень вместе со своей наставницей покинул управление. Насколько я поняла из их разговора, их не будет минимум два дня. Это все что я знаю. А сейчас, иди деточка, не мешай мне работать. Я и так тебе рассказала больше чем положено. Если бы не знала тебя, то и этого не сообщила бы. Иди, работай…

Рыжая красавица, уже не стесняясь, разревелась и медленно пошла к выходу, не замечая Викторию, отчего той невольно пришлось уступить дорогу, чтобы в нее не врезались. «Ингар? Это случайно не тот стажер, что опрашивал меня? – задумалась брюнетка. – Видно он такая сволочь не только со мной, а вообще с девушками!» Мысли о том, как парень заставил ее ждать, сначала опрашивая слуг, подняли из глубины души гнев, который Виктория тут же постаралась задавить. «Но ведь они вместе с Вальтером работали? Выходит, что его тоже нет? Надо выяснить!»

– Ваш жених убыл на несколько дней, – подтверждая страшную догадку, ответила на вопрос девушки детектив.

– Но мы ведь договаривались на обед… – растерянно прошептала Виктория.

– Ничем не могу помочь, – отрезала женщина.

В отличие от рыжей девушки, которую детектив знала, к аристократке она относилась подчеркнуто официально. Так что Виктории не оставалось ничего иного, как покинуть управление. На улице она увидела шмыгающую носом рыжевласку, что расстроено смотрела на сверток в своих руках. «А ведь мы сейчас похожи, – неожиданно пришло на ум брюнетке. – Да нет, чушь… – тут же она одернула себя. – Где я и где эта простолюдинка?» Еще раз внимательно осмотрев девушку, что от расстроенных чувств совсем не смотрела по сторонам и еле избежала попадания под колеса, Виктория решилась на безумный, как она считала, поступок. Она вдруг захотела познакомиться и поговорить с рыжевлаской! «В конце концов, нужно ведь узнать, что так заинтересовало Пани в них», – оправдала Виктория свое желание.

– Извините, сударыня, – громко окликнула она девушку. – Мне нужно с вами поговорить…

***

Утро для меня выдалось кошмарным, как и весь последующий день. Казалось, мир задался целью изжить меня со свету! Кое-как собравшись, я чуть не опоздал на конку. А ведь еще одно опоздание, но теперь не к Ратбору, а к Леонелле прочно закрепило бы за мной характеристику непунктуального человека. Полагаться в этом случае на меня стали бы меньше, а к серьезным заданиям подпускать тем более перестали. Как итог – замедление карьерного роста вплоть до его остановки.

Стоило войти в управление, сразу же получил от Вальтера по спине. Вот как нас постоянно сводит вместе судьба? То в училище, то к одному наставнику, так еще и сейчас совместное дело внезапно образовалось. После того, как моя новая наставница дала мне противопохмельное зелье (все же есть в ней доброта! Не полная она стерва), меня стало сильно клонить в сон. Побочный эффект? Даже если и так, это лучше, чем как у Чандера было. В карете я еще держался, но стоило нам усесться в поезд, как меня окончательно срубило. Вот это было реально обидно! Я ведь раньше Скайлор и не покидал никогда, всю жизнь проведя в стенах столицы, а тут такие виды пропустил! Но ничего, на обратном пути обязательно наверстаю.

Когда я увидел море, это стало настоящим потрясением. Только сейчас я понял тот восторг, с которым артисты на рынке делились своими впечатлениями о нем. Высокие волны, не меньше, чем мне по пояс. Соленый, ни с чем не сравнимый запах, отдающий привкусом свежей рыбы. Я такого никогда не чувствовал. А уж звуки набегающих волн!

«Блаженство», – прикрыв глаза, я буквально впитывал это чувство, пока шла погрузка на паром. «Славия, я обязательно тебе покажу этот рай!» – дал я сам себе обещание.

Но день не зря казался мне паршивым. Злой рок не оставил меня и здесь, разрывая чудесную сказку жестокой реальностью.

– Буээээ, – в пятый раз стошнило меня за борт, уже просто желчью.

Даже Вальтер, что сначала посмеивался над моим горем, уже старался просто не смотреть в мою сторону. Два часа плавания из приятной прогулки, как для остальных, превратились в два часа ада для меня! И чем ближе мы подходили к острову Магии, тем хуже мне становилось. Уже высадившись на остров, когда верх и низ снова приняли положенное им место, я перестал опорожнять свой уже абсолютно пустой желудок и вспомнил слова наставницы и ее предложение остаться в порту. Блин, знал бы, так и поступил! Но не-е-ет! Я же лучше себя знаю! Я смогу! Вот сколько раз те, кто знает об этой моей особенности, обращали ее против меня в училище? Раза два точно припомню. Но Леонелла не знала. Правда не знаю, смогла бы она меня отговорить в этом случае? Может и смогла бы. Но итог от этого не поменялся. Тошнота сменилась острой головной болью. Мне казалось, что с каждым мгновением кто-то закручивает в мой мозг раскаленный гвоздь. Мысли путались, глаза выхватывали лишь отдельные куски окружающего пространства, отчего я пытался сконцентрироваться на общей картине, чтобы просто не упасть! Хорошо хоть мы уселись в самоход, и мне не пришлось идти, а то в таком состоянии я и шага бы сделать вскоре не смог.

Пока ехали, все перед глазами слилось в сплошной калейдоскоп. К боли в голове вновь грозила добавиться тошнота. И это обязательно случилось бы, но в какой-то момент я стал различать в окружающем смешении красок отдельные картинки. Из переплетения зеленого, желтого и красного на мгновение показался образ большой кобры с раскрытым капюшоном уже изготовившейся к атаке. Перед ней застыла в неподвижности мелкая птица, которая казалось, вот-вот улетит. Правда было одно «но» – вокруг шеи жертвы светилась удавка, исходящая из глаз кобры. Картинка исчезла так же быстро, как и сформировалась, но запомнил я ее отчетливо. Повернув голову в другую сторону, мою голову укололо болью, и я увидел новый образ – на этот раз огромную черную кошку, что будто появлялась из воздуха во время прыжка. Перед ней, ничего не подозревая об угрозе, сидела маленькая обезьянка и спокойно ела банан. С каждым мгновением картинки нарастали, а количество «фона» вокруг увеличивалось. Неизменным оставалось одно – кто-то на кого-то обязательно нападал! Но смотреть было тяжело, боль нарастала, и я предпочел опустить голову. Это и правда частично помогло. Пусть пляска красок никуда не делась, но количество цветов уменьшилось, а тошнота с болью стали чуть меньше. И образы, наконец, перестали донимать, а ведь каждый из них отдавался острым уколом в затылке и чувством опустошения внутри!