— Беги отсюда, пока не запрягла!
Мужчины обменялись рукопожатиями и вели себя так, словно встреча была неожиданной. Я же наблюдала за ними и гадала, что все это значит.
Они достаточно сильные чтобы почувствовать друг друга, и что привело их обоих в Сандер-Хилл вообще, и в мою усадьбу в частности?
После приветствий Даррен направился к останкам сарая. Прошел мимо подъемника, даже если и заинтересовался непривычным нагромождением блоков и веревок — виду не подал. Кажется, его больше волновали доски и обломки бревен.
— Я хочу расчистить это место. Сжечь весь мусор.
— Зачем сжигать? — удивился он, — Впереди зима, тебе потребуется дрова.
Зимой меня в этой дыре уже не будет. Как только силы восстановятся, я отправлюсь дальше искать свое место среди миров. Здесь меня ничего не держит.
— Могу одолжить колун, — хмыкнул Райм.
— У меня свой.
С этими словами Даррен сходил к телеге и принес остро наточенный топор и пилу.
Вскоре я убедилась, что здоровый мужик — в хозяйстве вещь полезная и незаменимая. А если их два — то пользы вдвойне больше. Даже если один из них Светлый, а второй Охотник.
Гора обломков, оставшаяся от сарая, стремительно убывала.
Пока они разбирались с большими бревнами и обломками, я ковырялась в мелочах и доставала полезное.
Лопату нашла, даже две — одну с тупым носом, другую заостренную. Черенки сломались, так что проедется менять. Еще нашла садовую утварь, ящик с инструментами и под конец вытащила одноколесную тачку. Корыто в ней прохудилось, но если застелить дно, то можно возить песок с реки.
Потом я ушла в дом и принялась разбирать вещи, привезенные Светлым. Барахло редкостное, но пригодится.
С заднего двора доносились спокойные мужские голоса. И пользуясь тем, что на меня не обращали внимания, я по-тихому отдала приказ псам, отправив их на охоту.
Вожак снова притащил кролика.
Чтобы избежать вопросов, откуда у хрупкой Лилии такие навыки в разделке дичи, я освежевала его среди лопухов перед домом. Потроха скормила псам, а из мяса, картофеля и крупы сварила густую похлебку.
По-походному просто, нажористо и совершенно без изысков, но мужчины оценили:
— Вкусно, — обронил Светлый и съел все до последней ложки. Охотник тоже все умял еще и добавки попросил.
Находиться рядом с ними было странно, но интересно. Я не доверяла ни на грамм ни тому, ни другому, но наблюдала с удовольствием.
А внутри кололо, обжигая пламенем. Это Варрах чувствовал отголоски моих эмоций и злился.
Глава 29
К вечеру в усадьбу пожаловал еще один гость. Самый неприятный из всех, кого мне доводилось привечать.
Сын главы Эберли подъехал к дому на вороном жеребце, как раз в тот момент, когда Светлый собирался уходить. Охотник покинул нас чуть раньше, сославшись на важные дела. Возможно, испугался, что придумаю для него очередную работу.
— Даррен, какая встреча, — Юджин расплыться в сладкой улыбке, — тебя-то сюда как занесло?
Сладость была настолько притворной и приторной, что меня передернуло.
— Передал благодарность от жителей, — безразлично ответил белокрылый, и обернувшись ко мне хмуро произнес, — если что-то потребуется — дай знать.
Не о вещах он сейчас говорил. Ему не хотелось оставлять меня наедине с Юджином, но и повода остаться не было.
Это так… мило.
— Они прониклись, — подхватил Юджин, — ты молодец, нашла малявку. Отец тоже велел выразить благодарность
— Я польщена.
Кивнув на прощание Даррену, я ушла во двор.
За калиткой надрывно скрипнула старая телега, и Светлый уехал, а вот новый гость протиснулся за мной, хотя его и не звали.
— Как тут грязно, — он брезгливо сморозил нос.
— Было хуже. В мое отсутствие здесь хорошо постарались вандалы
— Ужас. Я слышал, что усадьбе досталось, но не знал, что все так плачевно.
Врал. Я точно могла сказать, что надпись «потаскуха» на торце здания он выводил своей рукой, и вонючая кошка в шкафу — его рук дело.
— Ерунда, — улыбнулась я, — ничего непоправимого. Будет еще лучше, чем прежде.
Он тоже улыбался, только улыбку перекосило. Не нравилось ему, что у Лилии не было ни слез, ни сожалений.
Я же смотрела на него и никак не могла понять, что нашла она в нем? Или настолько наивна и глупа была, что позволила себя обмануть? Он него же за версту разит слабостью, подлостью, жадностью. Варрах таких на цепь сажал и заставлял ради миски помоев ползать на пузе.
Юджин принюхался:
— Вкусно пахнет. Угостишь?
— Нет
Получив прямой отказ, он растерялся, на миг не удержав маску благодушного парня.
— Нет?
С деланным сожалением я развела руками:
— Ничего не осталось. Даррен прожорлив.
Про Охотника говорить не стала.
— Его значит накормила…
— Он мне помог, и я как хорошая хозяйка была обязана накормить его ужином.
— Позвала бы. Я тоже помог, — надменно обронил он
— Хорошо, идем. Работы еще много. Пока ты делаешь, я приготовлю ужин и тебе.
Бросаясь громкими словами, Юджин не ожидал продолжения, и теперь не знал, как выкрутиться
— Уже темнеет…
— Боишься темноты? — насмешливо поинтересовалась я, — или глава Эберли не разрешает тебе гулять так поздно.
Он вспыхнул
— Лилия! Я не узнаю тебя!
— Много времени прошло, Юджин. Той Лилии больше нет.
Я заместо нее. К несчастью для тебя.
Если голову пронырливого Охотника мне хотелось насадить на пику, то этого скормить псам.
Вожак, крутившийся неподалеку, в ответ на мои кровожадные мысли облизнулся и одобрительно закрутил обрубком хвоста.
— Когда ты такая, мое сердце бьется еще быстрее, — выдохнул Юджин, пожирая меня взглядом.
— И что?
Мои вопросы ставили его в тупик и выводили из себя.
— Как ты можешь быть такой жестокой и равнодушной? Лилия, которую я знал, была нежной, как утренняя роса, и ласковой, — Юджин провел кончиками пальцев по моей щеке.
Дурой она была.
Его присутствие утомило меня. Я отстранилась:
— Уходи. И больше не появляйся. Тебе здесь не рады.
Кивком указала на калитку, но вместо того, чтобы послушаться Юджин схватил меня за плечи и прижал к стене:
— Разве не видишь, что я по тебе схожу с ума?
— Пока я вижу только пустомелю.
Кот на крыше подобрался, готовый в любой момент обрушиться на голову неприятному гостю. Псы тоже насторожились и ждали моей команды, чтобы разорвать.
— Глупая, — сжал плечи еще сильнее, — я простил тебя. Слышишь? И то, что на другого променяла, и что отравить пыталась
— Замуж я не по своей воле вышла, да и яд в твой стакан не моя рука сыпала. И ты это прекрасно знаешь.
У него дернулась щека, но он продолжил нести бред:
— Люблю тебя, как и прежде. Хочу снова быть с тобой, несмотря на все, что ты сделала, — еще и целоваться полез.
Демоны редко отличались брезгливостью, но Юджин ничего кроме омерзения не вызывал. Я оттолкнула его.
— Пошел прочь.
— Лил!
Уверенный в своем превосходстве, он не понимал по какому хрупкому льду ходит. Что мне достаточно пальцем пошевелить, и от него ничего не останется.
Псы были готовы, но мне хотелось выпроводить его самой.
Я проскочила под рукой этого недотепы, даже не поморщившись выдрала клок злющей крапивы, и когда Юджин снова потянул ко мне свои лапы – наотмашь хлестнула его по лицу
Он завопил:
— Ты что…
Хлестнула еще раз. Попала по рукам, которыми он пытался прикрыть полыхающую морду и груди в широком вырезе рубахи.
— Да как ты смеешь?!
Хлестнула еще раз и еще. Куда придется.
Злая перезревшая крапива жалила через одежду. Ничтожная боль, но изнеженный Юджин попятился, прикрывая то лицо, то грудь.
— Прекрати немедленно.
Я спустила псов.
Они набросились с лаем и рычанием, не кусали, но хватали за одежды и трепали из стороны в сторону. Послышался треск ткани, и половина штанины осталась в пасти у вожака