— Слово одно — кровь другое, — немного грубо выдал Вегарт. — Я не желаю, чтобы постоянно при появлении моей девочки начинались пересуды. Хватит того, что я сам всё детство это терпел. Но я мужчина. Руни тоже. Его гордое звание бастарда ханыма только укрепит. Злости на этот мир накопит, и наивность в душе выгорит дотла. Ты уже моя жена. К тому же законнорождённая. А Юниль... Она не заслужила всего этого. Пусть у нее будет мама и папа. Бабушки. Со временем мы окончательно похороним всю эту грязную историю, и новая станет единственной истиной. В случае Юниль лучше всю жизнь жить во лжи и не догадываться о правде. К тому же Льюис расстарается и доделает при дворе то, что начали здесь мы. Просто прими как данность, Грета: так надо.
— Кровь, Вегарт. Многие услышат, что между вами нет родства, — шепнула я неуверенно.
— Грета, есть у меня один знакомый маг. Темный. Зельевар. Он быстро всё подправит. Фонить от нее моей кровью будет так, что за милю все будут знать, чья малышка идет. Морган и не то может.
Вегарт отмахнулся. Казалось, для него вообще всё это решенное дело.
Я же смотрела и не могла понять — разве так бывает? Перед глазами просто застыл образ отца. Ему родные дочери были не нужны. Даже я, рожденная от той, что он истинной назвал.
Он не интересовался мной. Не разрешал называть папой. Я и мысленно слово «отец» произносила с опаской и неким смущением. Словно слово это неприличное. Ханым Долон не знал, сколько у него дочерей. Живы были лишь старшие, да моя маленькая Юниль и то потому, что мама её обладала редкой магией. Он словно зверинец собирал. Коллекционировал детей.
Ценными для него были лишь Гасми и Бирн.
Остальные — пыль под его ногами.
Я опустила голову. Не понимала. Зачем?
— Грета, — Вегарт, словно почувствовав моё смятение, встал передо мной и взял за руку. — Ты побледнела. Плохо?
— Она ведь станет твоим первенцем.
Он хмыкнул и склонился. Осторожно заправил прядку волос мне за ухо и выдохнул так, чтобы слышала лишь я одна:
— Я хочу, чтобы ты любила меня, Грета. Любила без тени ненависти в сердце. Забери я у тебя эту малышку, и никогда мне уже не видать счастья. Раскрой я тайну её рождения, и уже Юниль прольет слёзы обиды. И опять это ляжет между нами. А так у меня дочь. Я буду любим и как муж, и как папа. Разве плохо? Что я теряю? Ничего. Что приобретаю? Все, о чем мечтаю, девочка. Я получаю любящую меня семью.
— Но она дочь... — попыталась я объяснить, но...
— Она моя дочь, Грета! — Вегарт резко оборвал моё лепетание. — Запомни это, женщина. И она никогда не должна узнать то, что знаем лишь мы одни. Разговор окончен! Музыка играет, не хочешь потанцевать, моя волчица? Прошлый раз ты не особо рвалась со мной в пляс. А это обидело. Я всегда любил подобные праздники.
Он мягко обнял меня, будто извиняясь за резкость.
— Амма, развлеките подруг давней историей нашей с Гретой любви. Уж постарайтесь. Завтра вся деревня должна знать, что генерал армии драконов Вегарт Вагни прятал всё время здесь свою семью. Уж похвастайтесь зятем, маменька. К слову, вы мне теперь теща. Ведьма. Хм... Моя матушка будет довольна.
Его объятия стали сильнее. Дракон словно предостерегал меня. Требовал принять все так, как он излагает. Будто бы я настолько глупа, чтобы по-настоящему перечить. Расслабившись, обняла его за талию, и сама прижалась к твердой груди. Заметила, что неподалеку мнутся его воины.
Несколько рослых, широкоплечих мужчин стояли на приличном расстоянии и не сводили с нас взгляда. Будто ждали.
— Вегарт, кажется, там с тобой поговорить хотят, — шепнула, осторожно дернув его за рубашку.
Он обернулся в нужную сторону и медленно кивнул.
Мужчины тут же разошлись, словно получили некий приказ.
— Вегарт, а...
— Потом, — оборвал он меня. — Всё это веселье не просто так. Личную жизнь я перекраиваю мимо ходом, раз уж возможность есть. Ну так как? Станцуем?
______________________
Дорогие мои, болею и сильно. Тещу вот со свекровью спутала. Это уже кошмар. Если что по тексту не так, смело пишите в комментариях) Буду благодарна!
Оглянувшись на дочь, счастливо уплетающую пирожки в окружении остальных деревенских детишек, решила, что отказывать в танце нет никаких причин.
— Только не кружи сильно, — шепнула, позволяя дракону себя обнять.
— Ну что ты, — склонившись, он провел носом по моему виску. — Я понимаю, что ты ещё слаба.
Его рука скользнула по моей талии. Даже через ткань плотного платья я ощущала, насколько она горяча. Словно обжигала прикосновениями.
— Обними меня, Грета, — голос Вегарта упал до хриплого шепота. — Обними, чтобы все видели, что я твой, а ты моя. Для меня это важно.
— Почему, — я невольно улыбнулась, опустив ладонь на его плечо.
— Сам не понимаю. Наверное, так долго боялся, что никогда не обрету свое счастье, что теперь хочется, чтобы все видели — и у меня есть истинная. И не абы какая, а красавица волчица.
Дракон тихо засмеялся. Но как-то сразу стал серьезным.
Придвинувшись ближе, коснулся губами моего лба.
— Вегарт... — тихо шепнула, чувствуя некую недосказанность.
— Я хочу, чтобы все между нами было ясно, Грета, — его дыхание разбивалось о мои волосы. — Когда ты исчезла, все они трепались об одном — меня бросила та, что должна была любить. И это меня просто добивало. Вместо помощи слышались лишь смешки. Я ведь когда все понял — чуть с ума не сошел от боли. Ты ушла, а я сидел у кровати на коленях, сжимал в руках оставленную тобой сорочку и куколку Юниль и еле сдерживал слёзы. — Он умолк, топчась на месте. Музыка играла, но Вегарт словно не слышал её. — Я только тогда, тем вечером, понял, что нашел не просто истинную, а целую семью. Свою семью. Большую и дружную, в которой меня могли бы любить и ценить. Мне этого всю жизнь не хватало. И я решил — верну всех. Верну! Я всю жизнь к кому-то прибивался. Старался пристроиться. Найти свое место. И всегда оставалось это чувство... Пустоты. Я был где-то рядом, но не в центре. Сбоку. За спиной. Лучший друг, родной брат... Но все не то, Грета. Не то. Знаешь, на поле боя равных мне сыщется мало, поражений я не знаю. Но в любви... Не понимаю, как объяснить, моя волчица. Нет у меня уверенности, что я достаточно для тебя хорош. Только никому об этом не рассказывай, — выдохнул он мне на ушко, — пусть эта тайна останется между нами. Я жутко неуклюжий в отношениях. Деревянный. Но я пытаюсь, правда. Очень хочу быть любимым. Тобой любимым.
Он замолчал, будто выговорился и медленно повел меня в танце. Мы двигались немного не в такт мелодии, но это никого не заботило. Так хорошо. Тепло. В его объятиях я находила долгожданный покой.
Он смотрел на меня так, что от волнения ноги подгибались. Этот взгляд... В нем одновременно разгоралась страсть и стеснительно проглядывалась робость. Ладонь дракона плавно продвигалась вверх по спине, он притягивал меня ближе к своей груди, будто хотел крепко обнять.
— Вегарт, — шепнула я, понимая, что мы и вовсе уже оба не слушаем музыку, — я обещаю, что никуда больше не исчезну. Так что можешь не переживать. Ну, не дурная же я отказываться от мужа, способного готовить и стирать.
Он склонил голову набок и хитро прищурился, что мгновенно насторожило.
— Угу, — дракон лукаво улыбнулся. — А меня матушка ещё убираться заставляла и штопать. И в огороде полоть. И вообще, я мужчина хоть куда, — он так наивно заморгал, что я не сдержала смешка. — Только приказы раздавай, сам я в быту рассеянный. Привык, что матушка пальцем на всё указывает. И ещё я носки не разбрасываю, грязную посуду на столе не оставляю. Бери меня, Грета! Не пожалеешь.
Он осторожно закружил, отдаляясь от общего круга танцующих. Музыканты из числа воинов Вегарта вовсю старались ради своего генерала. Они следили за нами ухмыляясь.
Не выдержав, я опустила голову и уткнулась лбом в плечо своего дракона. Да какая уже разница, что прилично, а что нет. Главное, что так хорошо быть в его объятиях. Надежно и совсем нестрашно.