Сжав ладони в кулаки, остановилась и повернулась.
Замерла.
Вегарт, чтобы его бешеные в лес утащили!
Он стоял на коленях и в упор, не улыбаясь, смотрел на меня.
— Один танец, Грета! — дракон картинно схватился за сердце. — Буду так стоять, пока не сжалишься, женщина.
Я сглотнула, понимая, что меня загоняют в угол. Нехорошо так и даже подло.
— Мам, — таща Льюса за руку, ко мне бежала Юниль. — Ты должна потанцевать с дядей генералом. Жалко же его.
Этого мне ещё не хватало! Молодой дракон, еле успевая за моей пигалицей, ладонь разжимать не спешил. Взглянув на своего наставника, стоящего на коленях при стольких свидетелей, усмехнулся.
— Мама, ты мне обещала, что будешь танцевать. Так станцуй с ним. Ну чего тебе стоит?!
— Я прошу, Грета, — вторил ей ушлый генерал. — Один танец!
И что мне было делать? На меня глазели все. Бабы хмурились, явно недовольные, что мужик не их дочерьми увлечен. Молодки и вовсе на меня лютыми зверями таращились, словно я у каждой по мужу увела.
И уйти бы, но Юниль. Объясняй ей потом, что гордость не пустой звук. Но и это бы ладно. Но начнут же мое имя на всех углах полоскать, а она все это слушать.
— Так и быть, — нехотя выдохнула и отправилась к протирающему в пыли штаны дракону.
Сообразив, что я сдалась, он победно оскалился.
— Сейчас же поднимитесь, Вегарт, хватит ваших представлений. Зрители оценили, — рявкнула на него, подмечая, что, даже стоя на коленях, он практически со мной одного роста. — Мне не улыбается снова стирать ваши вещи. Вляпаетесь во что-нибудь, а мне оттирать.
— Сам постираю, — отмахнулся он. — Так это «да»?
— Один танец, — прошипела я. — И встаньте на ноги. Дома я вам расскажу, что такое репутация женщины в таких вот небольших поселениях и что не стоит, волочась за каждой недоступной юбкой, падать на колени. Суставы болеть начнут к старости.
Он приподнял бровь и важно закивал.
— Да, я первый и последний раз на колени перед женщиной опустился. Хотя... Чего это в последний? ... Чувствую, поползаю ещё и не раз. Стой здесь, Грета, я сейчас. И главное, не передумай!
Он вскочил на ноги и, обойдя меня, направился к музыкантам.
Вот мне бы в этот момент насторожиться, но я поглядывала на злющих женщин. Ох, и вылезет мне боком внимание этого дракона.
Теперь вся деревня через забор к нам во двор заглядывать будет и рассказывать друг другу, что было, а чего нет.
И угораздило же меня на него в лесу нарваться. Так бы спокойно прискакал и даже не заметил моего существования здесь.
Я поймала себя на том, что от волнения комкаю в ладонях подол своего скромного платья. Взгляд невольно скользил по девушкам.
Красивые, нарядные, щёки нащипанные — красные.
Иди и люби.
Но, нет же...
— Мама, ты кусаешь губы, а мне говоришь, что нельзя, — Юниль, по-хозяйски притянув к себе ближе будущего ампиратора драконьей империи, взирала на меня снизу вверх. — И вообще, нехорошо так. Обещала, так танцуй! Правильно, Льюис?
Паренек, давясь смехом, закивал.
— Милая, ты сама-то иди танцуй, пока гостя нашего не увели из-под твоего носа, — шикнула на нее.
— А не уведут, — она высокомерно задрала подбородок. — Он сам под мою защиту напросился, чтобы всякие там к нему свои руки загребущие не тянули. Мне ещё Руни спасать, а я здесь с тобой.
Нет, ну вы только гляньте на нее. Я ещё и виноватой осталась.
Бедного Льюиса уже трясло от смеха, но он держался как мог.
Музыканты смолкли, закивали Вегарту, загоготали конями и ударили по струнам.
Это смутило. Я нутром ощутила что-то недоброе. Но стоя столбом, продолжала ждать этого лицедея. Ему бы не в генералы, а в бродячие артисты. Такой талант пропадает.
Женщины зашушукались. Зашипели гадюки такие. У меня вдоль спины мурашки пробежали. Всё! Пошли начищать языками мои косточки. Завтра на всю деревню имя моё греметь будет. В каждом доме и на каждой завалинке.
— Льюис, вот за что он меня так? — не утерпела я. — За болото, что ли, все злится? Может, мне самой в той тине утопится разок, чтобы ему легче стало?
Я взглянула на молодого дракона.
— Поздно, Грета, — он пожал плечами, — теперь он в то болото с головой за тобой нырнет. На себе вытащит. Теперь уж не отделаешься.
Эта фраза смутила ещё больше. Волчица в душе тихо заскулила. Тоскливо. Отмахнуться бы от нее, но я прислушалась. Нет, голоса уже давно не слышала, но чувства.
Растерянность. Страх.
Мне стало не по себе. А что, если Вегарт говорил правду, и человек без зверя превращается в ледяную оболочку себя же.
Возможно ли такое?
Я не знала. Мой мир ограничивался поместьем ханыма, а после — этой деревней. Но разве здесь ведут беседы о подобном? Нет.
На мгновение мне стало по-настоящему страшно.
— Почему поздно? — дрожащим голосом уточнила, сама не понимая, что хочу услышать в ответ.
— А потому что! Вы — крепость, которую ему жизненно важно осадить и взять измором. Так что крепитесь, но на победу не рассчитывайте. Вегарт Бессердечный Белый генерал армии Айдана Свирепого не знает вкус поражения. А вы теперь его главная война. Но пойдем, Юниль, съедим чего-нибудь вкусненького, — Льюис, лукаво подмигнув мне, потянул мелкую проказу в сторону полевой кухни. — Как насчет печеных овощей?
— Ну, нет, — дочь оживилась. — Я видела там колбаски. Можешь их достать для нас?
— Здесь я могу все, — паренек выпятил грудь вперёд.
— Ну-да, ну-да, — закивала Юниль. — Ампиратор ведь.
Я покачала головой и заметила, что Вегарт спешит ко мне.
Волнение не просто вернулось — оно мгновенно затопило душу.
Я ведь танцевала только в залах с учителями, которые находились среди отцовских невольниц. А вдруг сейчас ударю в грязь лицом, так засмеют.
Опозорюсь. Юниль расстроится.
Ладони вмиг вспотели. Я, не задумываясь, вытерла их об подол платья.
Зачем я согласилась? Ну почему не сбежала? Стоял на коленях, да и ладно. Поднялся бы, да отряхнулся.
Вегарт подошёл ко мне вплотную и протянул руку. Я просто окаменела, только сердце продолжало колотиться как бешеное.
Глава 14
Странно усмехнувшись, Вегарт не стал дожидаться, пока я подам ему свою ладонь. Он сам ухватил мои пальчики и, сжав, толкнул на себя. Вопреки ожиданиям музыканты затянули медленную песню. Красивую, но довольно необычную.
Совсем не для деревенских праздников.
— Это ведь играют в замках магов на их вечерах, — пробормотала, вспоминая, что слышала однажды подобную мелодию, когда в дом отца прибывала делегация от одного из продажных лердов, что стремился кормиться не только из кормушки императора драконов, но и отщипывать от северных земель.
— Да, — негромко ответил Вегарт. — Удивительно, что ты это знаешь, Грета. Может, ещё и танцевать умеешь?
Вздрогнув, я вскинула голову и утонула в синих омутах его глаз. Дракон наблюдал за мной. Это, несомненно, нервировало.
— Я... — не договорив, испугалась ещё больше.
Да умела. Но ведь подобные танцы не для крестьян.
Сжав правой рукой талию, как в тисках, Вегарт поднял левую, в которой по-прежнему находились мои пальцы. Не давая мне опомниться, он перехватил ладонь и стиснул её, чтобы не смогла выдернуть.
Смутившись, я взглянула в сторону. Всё наблюдали за нами. Наверное, ждали моего позора.
Генерал армии драконов. Орин. Выходец из высшего света. Первый после молодого императора Айдана Свирепого — Вегарт Вагни и...
И крестьянская девчонка, перевертыш без рода и племени.
Да уж лучше так, чем если бы всплыла правда. Сглотнув, я осторожно положила руку на плечо мужчины.