– Спасибо большое. Чем вечером занимаешься? Не хочешь прогуляться?
– Я занят, – отрезал Марсель и набросил рюкзак на плечо. – И гулять не люблю.
– О, мои родители свалили на неделю, и я дома одна. Можем посидеть у меня, посмотреть фильм, – Даша соблазнительно улыбнулась, но, не видя ответной реакции Марселя, спохватилась. – Или объяснишь мне экономику, а то я нихера не понимаю.
На секунду Марсель задумался. С предыдущей девушкой он расстался почти полгода назад, когда она резко захотела замуж. И, признаться, иногда Марселю все же не хватало их совместно проведенных ночей.
– Давай завтра, ладно? – уходя, бросил Марсель. Он надеялся, что Даше отношения тоже не нужны.
После института он решил прогуляться, чтобы привести мысли в порядок; это получалось с трудом. В голове было совсем немного вопросов, но главный – почему он? Что в нем такого особенного, что заинтересовало какого-то незнакомца из Анранира?
Холодная весна не нравилась Марселю. Он привык к теплу и легкой одежде, а переменчивая погода вызывала только отвращение.
Мимо шли школьники с рюкзаками и пакетами. Они смеялись и громко переговаривались, обмениваясь впечатлениями. Шумные, быстрые – Марсель ненавидел детей. Родители считали обязательным вступление в брак, и неудивительно, что все свои отношения с девушками он держал в секрете. Если бы они узнали о желании Дезири выйти за него замуж, то непременно устроили бы скандал. Одного ему уже хватило: девушка плакала и обвиняла его в равнодушии, однако в душе Марсель был с ней не согласен. Он чувствовал удовлетворение при виде ее слез. Если она возомнила себя способной забрать его свободу, то пусть ощутит вкус неудачи.
Размышления о неудачных отношениях навели Марселя на мысли о том, что вообще ему нравится. Он и сам этого точно не знал. Как и не знал, чем хочет заниматься в будущем. Родители уже пророчили ему карьеру в каком-то офисе, но он был уверен, что никогда не станет там работать. Марсель ненавидел людей и общение с ними, не любил науку, не имел способностей к творчеству. Его раздражало все, что окружало. Он везде чувствовал себя бесполезным.
Вскоре Марсель совсем разозлился и вызвал такси. Путь до дома предстоял неблизкий, а на общественном транспорте он никогда не ездил.
Марсель поставил пять звезд молчаливому таксисту и зашел в дом. Проигнорировав кухню, сразу направился на второй этаж, к себе в комнату. Он завел будильник на семь часов вечера, чтобы к приходу родителей быть достаточно бодрым; в конце концов лег на кровать и незаметно заснул.
Однако тут же распахнул глаза: уже давно стемнело. Марсель прислушался, но не распознал ни единого шороха в молчаливом доме. Расслабленно вздохнув, спустил ноги с кровати. Пол был холодным. Слишком холодным. Марсель прислушался внимательнее, понимая, что такой оглушительной тишины в природе просто не существует. На улице не лаяли собаки, не дул ветер, не ездили машины. Большой дом не издавал ни звука, хотя был уже довольно старым.
Марсель все же встал с кровати и двинулся в клубящийся вокруг мрак. Тот был словно живой и хотел своими щупальцами коснуться плеча Марселя, однако в последний миг почему-то не решался. Глаза так и не привыкли к этой темноте, и вскоре он понял, что заблудился. Это было странно, поскольку Марсель жил в этом доме уже больше двух месяцев, а комнат было не так много. Но отыскать лестницу, чтобы спуститься и выйти на улицу, никак не получалось. Марсель плутал в темноте, заходил в какие-то двери, выходил уже из других. Ему казалось, что он прошел километры этого бесконечного лабиринта.
Выйдя из очередной комнаты, Марсель остановился и вздохнул. Медленно нарастала паника; он не мог вернуться в свою комнату и взять телефон, чтобы осветить дорогу. Выключателей, сколько бы ни щупал стену, он не обнаружил.
– Мар…дэл!
Марсель резко обернулся на голос, раздавшийся из-за спины. В эту же секунду темноту разогнал повисший в воздухе крошечный голубоватый огонек, который осветил и лестницу, и находящуюся на первом этаже входную дверь.
Будильник истерически звенел, отдаваясь болью в висках Марселя. Сердце бешено колотилось, по спине пробегали мелкие волны озноба. Марсель с раздражением выключил телефон и встал, разминая затекшие мышцы. Спать хотелось ужасно, даже больше, чем утром; однако он знал, что через несколько часов будет достаточно бодрым, чтобы вернуться в Анранир. Завтра первой парой стояла организация производства, но желание идти туда таяло с каждой минутой.
Решив не забивать голову, Марсель спустился на кухню и без особой надежды открыл холодильник. От голода уже начал болеть живот, поэтому он все же взял позавчерашнее мясо индейки. Предположив, что до прихода родителей не меньше пятидесяти минут, сварил кофе. Марсель без особого энтузиазма поужинал, однако кофе выпил с удовольствием.
Чтобы не было запаха, он закусил половинкой сладкого перца и убрал турку так, как она стояла. Марсель решил не дожидаться родителей на кухне, поэтому снова ушел к себе в комнату и сел за чтение.
Время летело быстро, но не так, как хотелось бы. Родители вернулись позже, чем всегда; мать – уставшая, потому что после дежурства осталась работать в дневную смену, отец – раздраженный, потому что поехал на другой конец города за женой.
Марсель спустился к ним только в конце ужина.
– Привет, мой милый. Поел индейку? – скорее утвердительно сказала мать, глядя на остатки птицы на столе.
Марсель кивнул, внутренне радуясь: не зря он все же так тщательно скрывал следы распития кофе. Мать замечала каждую мелочь, и он волей-неволей учился приспосабливаться.
– Очень вкусная, – ответил он, вспоминая вонючие приправы, в которых индейку щедро обваляли.
– Завтра куплю тебе орехи, для мозга полезно, – заметил отец.
Марсель лишь кивнул. Все его мысли уже крутились вокруг Анранира, и думать о парах и орехах было почти смешно.
– Марсель, у нас с папой к тебе серьезный разговор, – мягко начала мать, уже заранее виновато улыбаясь.
Марсель нахмурился. Он не отличался оригинальностью и, как и многие люди в этом мире, всем сердцем ненавидел серьезные разговоры. Потому что после них обычно его жизнь кардинально менялась.
– Мы хотим узнать, не нашел ли ты себе девушку? Ты уже давно расстался с Дезири, а у тебя сейчас такой хороший возраст…
– Не…
Марсель запнулся. Если он расскажет про девушку, то потом сможет беспрепятственно уходить на ночь из дома, говоря, что к ней.
– Нашел, – он сделал вид, что смутился. – Нашел. Ее зовут Даша, мы одногруппники. Завтра пойду к ней в гости.
Мать заметно расслабилась и заулыбалась. Видимо, она готовилась к долгому разговору с последующим гневом сына, но этого не последовало.
– Кто ее родители? – деловито спросил отец.
– Папа работает врачом, мама, кажется, переводчиком, – на ходу придумал Марсель, потому что даже Дашину фамилию вспоминал с трудом. Раздражение нарастало с новой силой, а воображение настойчиво подсказывало воткнуть вилку в ладонь отца, чтобы он перестал задавать эти отвратительные вопросы, словно Марсель встречался не с Дашей, а с ее родителями.
Отец кивнул, явно довольный. Мать одарила Марселя ласковой улыбкой и приступила к ужину. Тот решил не терять время и ушел к себе, чтобы почитать еще немного; впрочем, кого он обманывал – сегодня он снова уйдет не раньше полуночи, чтобы родители точно заснули.
* * *
Когда Марсель поднял глаза от книги, было около полуночи. Родители давно спали, и он, тихо собравшись, выключил свет. Юноша надеялся, что окружающая тишина не будет пугать, как во сне. Марсель на цыпочках прошел по коридору и спустился к входной двери. Как в прошлый раз, он взял одежду с собой и вышел из дома.
Долорес в своей неизменной белой маске ждала его на качелях. Ким молчал. Марсель кивнул девушке и подошел к ней, предвкушая путешествие.
– Привет, – нетерпеливо поздоровался он. – Идем?
– Понравилось? – голос Долорес был приглушенным и довольно неестественным.