Нет, ну, вы представляете, какая двуличная сволочь? Какая бессовестная скотина??? Понятно теперь, почему все Аньки уже через месяц мечтали сбежать!!!
В размышления ворвался снисходительный смешок камеристки.
– Моя госпожа, как же возможно, чтобы без уз брака женщине кого-нибудь родить?
– У вас здесь на широкую ногу практикуют аборты?
Видимо, до неё, Герду о чём-то подобном расспрашивали девочки-клоны, потому что камеристка и слово «бастард» знала, и значение слова «аборт» прекрасно поняла.
– Без официального одобрения церкви не может понести ни одна из благородных дам, – Герда устало вздохнула. Видимо, у неё уже в зубах навязло подобное объяснение!
– А чернь? Чернь без уз брака может родить?
– От короля или благородного сеньора? Нет, не может, моя госпожа! Природа отлично знает, кому появляться, а кому не появляться на свет! Она не допустит рождения обездоленных и несчастных…
– Прекрасно! Брак, значит, у нас тут – анти-презерватив!.. Понятно-понятно. Значит для разгула безобразия и разврата, для «благородных» дам препонов никаких нет…
***
– Я отужинаю с королём! – заявила Анна Валентиновна, когда поняла, что ей удалось свой гнев немного утихомирить. Но королю всё ещё хотелось высказать пару заслуженно-непечатных слов, – Заодно и познакомимся поближе. Думаю, через пять лет «ухаживаний», пора!
Герда сильно смутилась, но возражать не стала. Только предупредила, что король, де, «с дамами» бывает очень груб.
Из её тона, Аня поняла, что «с дамами» – это с теми, с кем он состоит в официальном браке. С кокотками же король, не в пример, любезней! Его расторопную со шлюхами шармантность она прекрасно слышала и сама!..
Гардероб ломился от роскошных платьев. Хотя бы это утешало – супруг у неё с женой довольно щедр. Хотя, вполне возможно, что своих жён он себе подбирал по схожим параметрам, а это у неё в шкафу – наследство. Наследство от четырёх ранее почивших жён…
Какая-то Синяя Борода!
Анна Валентиновна снова разозлилась.
Изводит щупленьких симпатичных дам, а пествует размалёванных вульгарных девок! А каково ему будет, если в государстве переведутся все благородные дамы? Кого он тогда потащит замуж? Сделает королевой одну из проституток??? На поиски у него – ещё почти сорок бесконечных лет!..
***
Напрасно она заявилась на ужин! Напрасно!
Познакомиться? Она собиралась познакомиться с этим, сидящим от неё в километре, козлом???
Обеденный стол был настолько бесперспективно-длинным, а зал для приёма пищи был столь гулко-огромным, что Анечка сомневалась, сумеет ли муж с противоположного конца стола её тридцатилетнюю распрекрасность рассмотреть!
Она-то сама этого подлеца хорошо рассмотрела! Зрение! У неё же теперь орлиное зрение, вкупе с цветущей молодостью, есть!
Золотой камзол у горла был предосудительно расстёгнут. Галстук (или шейный платок? Не важно!) отсутствовал, подчёркивая к супруге явное пренебрежение. А из выреза виднеющейся из камзола белой рубахи торчал сексуально-отвратительный клочок седых волос.
– Мне доложили, что Вы упали с коня, – прожевав огромный кусок мяса, нарушил этот похотливый мерзавец затянувшуюся тишину.
Вот так просто? Он собирается вести с ней светскую беседу? Он планирует ещё и о погоде поговорить??? Хочет развлечь её скудным королевским этикетом??? Вот уж, действительно, отвратительный лицемерный козёл!!!
– У меня изменился личный женский график, – мстительно процедила королева, пытаясь единственно для него важным короля задеть, – Мне «доложили», что Вы планировали со мной… спариваться этой ночью. Так вот… Извините, мимо… Сегодня я Вас у себя не жду!
Ей, действительно, как раз перед ужином «доложили». В покои явился совершенно отвратительный человек и, объявив, что он – королевский доктор, заставил бедняжку лечь на кровать и раздвинуть ноги.
Анечке захотелось двинуть ему пяткой в морду, когда этот докторишка осуждающе поцокал языком.
– У Вас снова овуляция изменила свой период. Я даже не представляю, как об этом доложить королю! Он, в своём графике, выделил эту ночь для зачатия, моя королева… И я не думаю, что его величество будет доволен…
Пятка выпросталась самопроизвольно!!! Анна Валентиновна получила некоторое удовольствие, когда этот предвзятый мерзавец, после удара, взвыл.
Угу-угу! Естественно, это именно она во всём виновата! Виновата в том, что у бесконечных «клонов» не совпадает «детородный» цикл! Виновата в том, что король – мерзкий изменщик и развратный похабник!
Виновата в том, что этот урод никак не может «половинку» для себя найти!!!
– Мне доложили, – прогремело с другого конца стола и ей дали понять, что ею крайне недовольны.
Захотелось стащить с ноги и швырнуть в суровую беспринципную морду с увесистым каблуком королевскую парчовую туфлю.
Но Аня сдержалась. Она была не уверена, что сможет. В памяти всплыл обескураживающий момент. На занятиях НВП школьница Анечка однажды бросала гранату.
В фильмах с гранатами у героев всегда как-то естественно, как-то очень гладко всё шло! Она помнила свой замах, помнила пристальный взгляд, устремлённый в небо, чтобы проследить, непосредственно, полёт.
И лишь потом, под грохот смеха, обнаружила, что её граната, пролетев (а вернее, не пролетев даже разнесчастного метра!), плюхнулась у самых её ног…
– Вам надо прекратить плотно общаться с чернью, – неожиданно прозвучало с другого конца стола, – Что это за слова? «Спариваться»! Это камеристка Вас научила?
– А что в этом слове Вас, мой король, коробит? Спариваться, сношаться, перепихнуться… К сожалению, Ваши скромные умения другими словами невозможно назвать…
Его, кажется, задело. Она точно видела! Его задело! Этого мерзавца по-настоящему задело… Наконец…
– И откуда Вы знаете, что заниматься любовью следует как-то иначе? – покатав в голове оскорбление его мужественности, угрожающе сдвинул брови подлец.
– Со мной сегодня произошла некоторая постыдная неприятность… – королева перестала из себя изображать напряжённо вытянутый соляной столб, – Вы наверное знаете, что иногда я могу смотреть сквозь стены и другие… преграды. И увиденное сегодня в обеденном саду ввергло меня, признаться, в настоящий шок…
Этот урод самодовольно усмехнулся. Понятное дело! На его «израненную» бестактностью душу только что пролили лечебно-ободряющий попранную мужественность бальзам.
Аня чуть слегка усмехнулась. Боже! Все мужики во всех мирах абсолютно похожи! Хлебом не корми, дай только послушать, какой он крутой, в постельном смысле, мужик!
– Вы же не знаете! – женщина сделала вид, что её только что осенило, – Тогда я Вам, что же делать, расскажу. Мои фрейлины в королевском саду, как выяснилось, практикуют зоофилию. Вы, мой король, умеете лишь жалко спариваться. А страстной, умелой любовью сегодня в Вашем саду занимался… Очень! О-о-очень долго и страстно занимался какой-то разжиревший и покрытый всклоченной седой шерстью кабан…
Глава 8.
– Сделал гадость, на сердце – радость, – кокетливо пропела Анечка, вернувшись в покои.
Герда уже вся, бедная, судя по всему, извелась!
– Моя королева! Вы… Вы, в самом деле, не разочарованы? Обычно Вы очень страдали после встречи с королём во времена амнезии… У Вас как? Всё неплохо прошло… н-на этот раз?
Аня вспомнила, с какой ненавистью разорвал Карлик льняную салфетку, после доверительного рассказа про умелого кабана… с каким грохотом он откинул от себя массивный стул, когда вскочил с места… и какая восхитительная и чистейшего сорта ненависть полыхала, при этом, в его прищуренных королевских глазах!
– Ничего так прошло. Поговорили об овуляции и лошадях, – пропела она, начиная раздеваться, – Герд, по-моему, короля очень крупные животные интересуют. Есть здесь, на территории дворца, какой-нибудь королевский зоопарк?
Камеристка хмыкнула, подумала над вопросом немного и сообщила: