Этот факт заставлял меня беспокоиться еще сильнее. При желании Клубок мог выглядеть грозно, но обидеть его было очень легко. Хуже того, он доверял людям, так что, если постараться, можно запросто заманить его в ловушку.
Из головы не выходила угроза Эммы. Впрочем, она бы не угрожала, если уже что-то натворила?
На всякий случай я обошла все этажи и заглянула во все комнаты, в какие у меня был доступ. Ну или где хозяева не возмущались слишком громко. Не ожидала, что найду свою пропажу, но хотелось делать хоть что-то. Потом, дождавшись, когда вся охрана скроется из виду, обогнула замок снаружи. Но Клубка не было и там.
Я сама не заметила, как оказалась у болот. Формально они были за территорией замка. На деле же магическую защиту давно протянули и туда: слишком много желающих решали устроить там свидание. Сначала боролись, наказывали, потом смирились, решив, что безобразие придется если не возглавить, то хотя бы обезопасить.
Совсем безопасно не стало: все же забора недоставало. Магия магией, а какое-нибудь одуревшее порождение могло забежать и сюда: даже если это причинит ему боль, то только взбесит сильнее. На ручных Клубков заклинания не действовали, их давно приспособили к жизни с нами, во многом это работало благодаря связи с хозяином. А вот кусачки на болоте — живые и довольно противные растения, но с красивыми синими цветами — приспособились сами. Ничего этим сорнякам Мрака не мешало цвести двенадцать раз в году.
Я остановилась на берегу, глядя на воду, а потом попыталась сесть. Грациозно опуститься не получилось, нога поехала на скользкой земле, и я грохнулась на колени. Правой — на камень.
С завываниями, не хуже, чем у Клубка, я все же села, зажимая ладонями испачканную грязью и кровью коленку.
Слезы потекли сами собой. Я попыталась стереть их со щеки, но поняла, что делаю только хуже. Теперь в грязи было даже лицо. Самое то для принцессы.
А мне надоело строить из себя принцессу. Скрывать обиды и разочарования, лишь бы никто не увидел, как я умею плакать.
Не скрывала я и тогда, когда позади послышались шаги. Генри опустился на землю рядом со мной. Стоило взглянуть на него, как слезы полились с новой силой. А потом продолжили от осознания этого факта. Никогда я не позволяла себе заплакать при нем, что бы ни происходило. Стало противно, что я испортила даже это. А ведь так гордилась…
— Опять следил за мной? — упрекнула его я. — Тогда чего в поисках не помог?
— Нет, — он указал на мою разбитую коленку, — чем ближе к тебе, тем больнее.
— Поздравляю, мы изобрели новое поисковое заклинание.
— Ну не то чтобы заклинание… — протянул он. — Думаешь, удастся назвать метод нашими именами?
— Упаси меня Мрак оказаться в учебниках на одной строчке с тобой!
Слезы наконец пропали, хотя нос по-прежнему не желал дышать свободно.
— Что ищем? — беззаботно спросил Генри. Почти как там, в лаборатории.
— Клубка. Куда ты его дел?
Он нахмурился, а я едва не разревелась снова. Надеялась, Генри мне ответит или я хотя бы замечу по его лицу, что ему известно больше, чем мне.
— Вчера он явился ко мне, а потом сбежал через окно. Больше я его не видел.
— Он проводил с тобой время, пока меня не было, — обвинила я. Вышло так обиженно, что даже смешно.
— Я его специально подкармливал, — признал Генри.
— Зачем?
— Не знаю. Он казался мне таким грустным. Потерянным. Ему очень не хватало тебя.
На пару секунд мне показалось, что весь мир вокруг померк. Хотя во Мраке никогда не было особенно ярко, если не считать живность с агрессивной раскраской, вроде тех же кусачек. Мне стало одиноко, почти до физической боли. Затем все прошло.
Я едва не спросила Лавьера, чувствами ли Клубка он со мной сейчас поделился, но вовремя прикусила язык.
— Тем лучше, — решил он.
— Чем же?
— Клубок любит нас обоих, а значит, проще будет его найти. Когда ты последний раз звала его?
— Да все время зову, только это больше не работает. Я его не чувствую.
— Совсем?
— Совсем, — вслух сказала я то, что боялась признавать даже в мыслях. — Кажется, наша с тобой связь испортила мою с ним.
— Разве такое возможно?
— Как и все остальное?
Он вздохнул.
— Боюсь, что Клубок решил, что я его бросила. Избавилась от него. Не знаю… — всхлипнула я.
Генри протянул руку и обнял меня за плечи.
— Разберемся, — пообещал он.
— Ты надоел мне до смерти, — пожаловалась я.
— Чем на этот раз? — удивился Генри. Серьезно, будто это его и впрямь интересовало.
— Сейчас ты снова нормальный, а на людях ведешь себя как полный придурок. Сегодня злил меня специально.
— Не сказал бы, что специально, — задумался он. — Хотя разве наша показная ненависть не твоя идея?
Я закатила глаза:
— Это было столько лет назад! И это не идея, тогда я честно пыталась тебя ненавидеть.
— Плохо пыталась, — оценил он.
— Знаю, — вздохнула я. — Потому что стоит нам поговорить наедине, как ты становишься таким нормальным, что даже ненавидеть тебя неудобно.
Генри усмехнулся, поднимаясь на ноги:
— Меня обвиняли во всяком, но это что-то совсем новенькое. Свежо.
— Да ну тебя.
— Пойдем, принцесса, пока тебя еще ждут заниматься, — протянул он мне руку. — Клубка поищем ночью.
— Думаешь, она такая терпеливая?
— Я проверил, — подмигнул он мне, — обещал найти и доставить тебя. Если будешь послушной, так и быть, разрешу облапать себя. В качестве учебного инвентаря.
Я громко фыркнула, но все же взяла его за руку и встала.
— Чтобы меня там стошнило от твоего же отвращения, пока я тебя забинтовываю?
— Обещаю, не стошнит, — засмеялся он.
Глава 40
Наспех умытая, хоть и не переодетая, я снова оказалась на занятии, только теперь индивидуальном, а в голове всплыла угроза Злюки о такой же практике. Ладно, хуже уже не станет. Все это здорово отвлекало от мыслей о Тайлере. Клубок и практика сами собой вставали на первое место. Некогда было страдать, проникаясь ощущением предательства. А оно тоже накатывало, и пока я совершенно не понимала, что с ним делать. Обидно. Так обидно, что даже больно.
Спрятаться бы куда-нибудь и лежать. Я ведь всегда так и поступала. Пряталась и ждала, когда полегчает. А сейчас было некогда и совсем не до того.
Еще недавно я считала, что хуже не станет, но теперь точно знала, что хуже можно сделать всегда. Главное — не провоцировать судьбу своей самоуверенностью.
Дамочка меня и в самом деле дождалась. Ничего рассказывать не стала, просто выдала список того, что нужно продемонстрировать, чтобы больше с ней не встречаться. Благо все это я хоть раз видела еще до Академии, инструктажи у нас любили.
Время проходило незаметно, Лавьер не мешал мне, покорно изображая из себя жертву со сломанными то руками, то ногами, то крыльями. Даже никаких шуточек не отпускал. Большую часть задания я выполнила в тишине, размышляя попеременно о Клубке и о Тайлере. А то и просто заставляя себя не думать ни о чем. Эта передышка оказалась мне действительно нужной.
На последнем задании я зависла, а в голову вдруг полезли какие-то непристойности. Я решила не поднимать взгляд на Лавьера, чтобы не знать, ему они принадлежали или мне. Мысли-то точно были мои, а вот соответствующее настроение, которое на них натолкнуло…
— Ребра главное вовремя зафиксировать, дальше регенерация дракона справится и сама, — занудно рассказывала дамочка, видимо, решившая сегодня перевыполнить план по полученным зачетам, пока я задавалась вопросом: стала бы она тратить столько времени, окажись на моем месте Несса.
Генри снял рубашку, я обреченно вздохнула:
— Знаешь, мог бы и не раздеваться. Так бы справилась.
Рукава и штанины ему до сих пор не мешали.
— Скучно, — усмехнулся он. — К тому же если на практике речь пойдет о моем здоровье, то я должен быть уверен в твоих способностях.
Я едва сдержалась, чтобы не треснуть ему по лбу. Спасло Генри то, что в руках у меня был только бинт — слишком мягкое и неэффективное оружие.