– Ками! – крикнули мое имя, вернув из мира мыслей.
Я не успела опомниться, как оказалась в замкнутом круге. Подруги и еще несколько девочек из нашей компании окружили со всех сторон.
– Ками, я точно буду болеть за тебя! Только ты наша королева, – с энтузиазмом прозвучало слева.
– А если на этот раз что-то пойдет не так? – с сомнением и чуть ли не шепотом донеслось справа.
– Ками всегда справлялась с любыми задачами и выполняла все по-честному, так что думаю, что и в этот раз победа на нашей стороне, – заверила Мия, моя лучшая подруга, идущая рядом и придерживающая меня под локоть. Ее поддержка в любые минуты внушала уверенность в себе.
Улыбнувшись подруге, я остановилась и серьезным взглядом обвела всех.
– Да победит честность и правда! – торжественно объявила я, вытянув руку.
– И любовь, – добавила Мия, после чего все остальные повторили мой жест.
Сегодня день, когда мечты должны сбываться. Так или иначе, но все, что я хотела, должно совершаться всегда, а сегодня особенно.
![В лабиринтах лжи - i_009.png](/BookBinary/909502/1723111062/i_009.png/0)
На всех уроках мысли заняты были не тестами и болтовней учителей, а битвой за трон и вечером в парке с мамой. Также думала о Владе и о нашем с ним будущем. Очень хотелось увидеть его взгляд на себе, но, как назло, он делал вид, будто не замечал меня, хотя сидел справа, через парту, в том же ряду, что и я. Вот же щенок! Неужели история об Алой войне ему была интересна? Король Александр Рейнальд с войсками, или их еще называли «дракон», напал на северо-восточное королевство Розбланш, в котором правила королева Каролина, некогда лучшая подруга, ставшая потом возлюбленной нового правителя. Ненавижу, когда историю переделывают и вставляют что-то свое, а реальные факты и доказательства уничтожают. Я слушала, что рассказывал учитель о Каролине, и мне хотелось вырвать ему язык. Не знаю, почему и откуда такие мысли, но я с трудом боролась с желанием не допустить этого. Взяла карандаш и принялась вертеть, но, когда услышала о том, как жестоко правила королева Волрии, ярость, словно застывший вулкан, пробудилась и рвалась наружу. Сдерживая себя на месте, сломала карандаш. Его половина отлетела на пол. В классе настала тишина, а учитель перевел острый взгляд на меня.
– Вы что-то хотели сказать, Камилла? – недовольным тоном спросил он. Историк не любил, когда его перебивали и отвлекали от урока, но если бы рассказывал, как все было на самом деле, тогда к нему никаких претензий.
«Да, скажи ему, какой он лжец, и оторви язык. Будет знать, что королева не любит оскорблений и не потерпит унижений ни сейчас, ни потом».
– Да, но смысл? Все уже привыкли и охотнее слушают вашу теорию о жестокости королевы. – Подвинулась к парте, сложила руки в замок и подперла ими подбородок.
– А у вас есть своя теория? – Учитель присел на край стола, сложив руки на груди. – Можете рассказать, мы с удовольствием послушаем.
По классу прошлась волна восторженного гула. Мы будто попали не на урок истории, а на дуэль. Что ж, вызов принят. Учитель спокойно ждал моего слова, а я специально тянула время, наблюдая за его реакцией, но ничего не менялось. Ни одной эмоции не было на каменном лице историка, лишь спокойствие. Усмехнувшись, откинулась на спинку стула и повторила его жест – сложила руки на груди.
– Почему в истории только говорится о том, какие жестокие правители и как бессмысленно нападают друг на друга только для того, чтобы забрать территорию? – Помолчав несколько секунд, продолжила, не отрывая взгляд от учителя: – Может, у королевы были другие причины, и ей пришлось перейти на путь жестокости, потому что другого выбора у нее не нашлось, но история об этом умалчивает. А что касается короля Александра, то здесь ошибка в ваших учебниках. – Тыкнула пальцем на книгу. – Никакого союза между Арсенбургом и Бен-Йорком не было! После смерти Иоланды, матери Каролины, оба королевства погрузились в хаос. Дружеские отношения между будущими правителями постепенно угасали. И назвать войну Алой может только дурак, который не до конца изучил историю. Да, пролилось много крови, но суть здесь заключается в другом.
Я замолчала, погрузившись в мысли. Откуда известно столько информации про войну – без понятия. Казалось, я лично присутствовала на ней и была знакома с Александром. Странное чувство – считать, что знаешь историческую личность, которой давно уже нет, думать о нем и о чем-то сожалеть.
– Вы закончили, Камилла? Я могу дальше вести урок? – равнодушно спросил учитель.
– Да, извините.
Я чувствовала себя сейчас нелепой и растерянной. Такое ощущение, будто пару секунд назад говорила не я, а кто-то другой. Если раньше слышала Голос только я, то теперь он говорил за меня? Класс! Что еще стоило ожидать?
Пока учитель рассказывал о следующих событиях после Алой войны, мне хотелось провалиться сквозь землю, а не сидеть и постепенно сгорать со стыда. Каждый второй в классе пялился на меня, из-за чего пришлось прикрыться рукой. Не хочу, чтобы увидели, как горело лицо королевы школы. Это величайший позор, хотя нет, бывало и похуже. Вспомнив вчерашний вечер, успокоилась. Подумаешь, с учителем чуть не поспорила. Хорошо, что на парту не забралась. Усмехнувшись про себя, увидела, что Влад смотрел на меня с легкой улыбкой, а когда она исчезла и превратилась в ухмылку, в глазах мелькнули искры. Подарив улыбку ему в ответ, отвернулась. Через секунду завибрировал телефон – сообщение от Влада: «Ты проиграла, кроха:) С тебя танец и мороженое». С недоумением посмотрела на парня, но тот лишь пожал плечами и продолжал хитро на меня пялиться. И тут я сообразила, что намеки Владислава – это ловушка. Он специально сначала игнорировал меня, а теперь, когда я почти забыла о нем, решил напасть, словно хищник, который, прежде чем получить добычу, крался к ней медленно сзади и делал вид, что не замечал ее. Вот в чем был талантлив мой парень – обманом завоевывал свое. Я напечатала в ответ, что согласна провести с ним время, и прозвенел звонок. Наконец-то можно уйти из кабинета и не слушать больше нудные рассказы историка.
Когда оказались в центре коридора, мы с Владом хотели обняться и дотронуться друг до друга кончиком носа, но этому помешали. Между нами встала Марьяна, и весь шум сразу стих. Всем стало любопытно поглазеть и узнать, чем закончится перемена в этот раз.
Никогда не видела девушку такой собранной и уверенной в себе. Твердая походка, сверкающий и торжествующий взгляд предвещали что-то новенькое, непредсказуемое и в то же время пугающее. Походу, война будет жесткой, и не факт, что Марьяне удастся пройти хотя бы несколько этапов. Ласницкая явно что-то замышляла против меня, и это «что-то» создавало гнетущую атмосферу неизвестности и ужаса. В глазах одноклассницы светился огонь ненависти вместе с торжествующей победой. Девушка уже представляла себя на троне с короной, а меня – на коленях, молившую пощадить. Представив весь ужас, я сразу попыталась избавиться от той картины. Какой бы план она ни задумала, меня не так просто обойти и напугать.
– Ну что, готова получить свою корону? – язвительным и жестким тоном спросила Марьяна, не сводя ядовитого, как у змеи, взгляда.
– Всегда, – твердо и решительно заявила я.
– Удачи, ваше величество, – пожелала она напоследок, толкнув меня в плечо.
Стук каблуков слышался по всему коридору, а походка поражала своей величественностью. Что-то сегодня с ней происходило не то. Наше соперничество переходило все известные мне границы. Когда она ушла, тишина в коридоре царила долго.
– Почему в ней столько ненависти ко мне? – задала вопрос скорее себе, чем Владу.
Парень подошел поближе и приобнял за плечи, всматриваясь в глаза.
– Когда-нибудь вы помиритесь, а сейчас не обращай внимания на нее.
Не совсем поняла его ответ, но сделала вид, что меня не беспокоила ненависть одноклассницы. Честно говоря, переживала за состояние Марьяны больше, чем за свою корону. Не знаю, как объяснить, но ей я никогда не желала зла. Она сама первой начала эту бессмысленную войну, а мне лишь интересно наблюдать, какими способами она уничтожит или унизит Камиллу Сойлер.