– Я сразу хочу предупредить, – быстро проговорила она, – если ещё раз увижу тебя рядом с Арвином, задушу во сне подушкой.
– Солль, перестань, – шикнула Нора.
– Кто такой Арвин? – спросила я.
– Гранд Ренфолд, – вставила Мэрг, – ты вчера с ним познакомилась. И, Солль, в моём доме никто никого не душит.
Снова прозвучало: дом. Я часто ощущала себя чем-то эфемерным, едва существующим, а это слово за ниточку привязывало меня к реальности и не давало рассеяться.
А свободные места за нашим столом кончились, и вокруг заскрипели стулья. Девушки приносили их из разных концов зала, рассаживались, тихо переговариваясь, а я запоминала их имена. Скоро Мэрг оказалась в центре клумбы из разноцветных платьев и пышных париков.
– Мэрг, а расскажи про чародеев, – попросила Дэзи.
Перешёптывания разом стихли, а Мэрг закатила глаза.
– Опять? – Её левая бровь изогнулась в форме утёса Самоубийц, что на западном побережье.
– А ты давно не рассказывала.
– Да, Мэрг, пока клиенты не повалили, – добавила Лурин, полноватая молодая женщина с мягкими чертами и россыпью веснушек на носу.
– Каролина не слышала ещё. И Лииса у нас совсем недавно.
– Лииса всё равно ничего не поймёт.
Раздались смешки. Услышав своё имя, Лииса заозиралась, но её похлопали по руке, мол, не обращай внимания.
Год назад она приплыла из Лорга на торговом корабле. Объясниться не смогла, но наотрез отказалась возвращаться в тёплую страну, где наливался солнцем виноград для самого дорогого вина и росли сладкие фрукты оранжевого цвета. С тех пор Лииса выучила всего несколько фраз на рокнурском, а остальной лексикон заменяла улыбкой и широко распахнутыми глазами. Прошлой ночью Дэзи поделилась, что из-за необычной внешности, смуглой кожи и тёмных глаз клиенты первое время хотели только её, девушку из Лорга.
– Расскажи про чародеев, Мэрг, – повторила Дэзи.
Она придвинулась ближе к столу – и ближе ко мне. Плечо, обтянутое мягким льном, коснулось моего, и мне ужасно захотелось положить на него голову.
– Они жили на полуострове задолго до того, как сюда, обогнув мыс Акулий Плавник, приплыли короли-открыватели. Они были здесь даже до появления Разлома и межей. Никто теперь не знает, сколько их было, чародеев. Древние племена звали их Ллуриэн, что на языке Фэй означает «Названные Богами».
– Звучит почти как моё имя, – Лурин приосанилась, но у остальных это вызвало лишь смешки.
– Вы знаете Фэй? – спросила я.
Мэрг мягко улыбнулась.
– Нет, конечно. Письменный вовсе не сохранился, а так некоторые слова в наш язык перекочевали и стали нарицательными. Вот как имя чародеев. Внешне они от людей не отличались, о силах своих не рассказывали, а силы у чародеев были немеряны, сами Боги их раздавали.
– Боги забыли о нас.
– Да, Мири, Боги забыли о нас, но мы-то помним об этом, не обязательно каждый раз повторять. Когда-то всё было иначе. Боги создали чародеев, чтобы те оберегали нас на земле. Их настоящие имена записаны в священной книге острова Фэй…
– Но остров сожгли, а чародеи что-то не пришли нас защищать – выходит, не такими уж и сильными они были. Конец истории, не понимаю, зачем её рассказывать, – мрачно подытожила Солль.
Мне снился сухой ветер. С бесшумным воем, что слышен лишь в голове, ветер кружил между голыми деревьями, вгрызался в землю, срывая пласты, поднимая комья из травы и глины. Ветер обратился водой: лёгкой она была, разлеталась мелкими брызгами, собиралась в красные облака и проливалась кровавым дождём.
Ветер обратился пламенем. Белым оно оказалось, холодным. Не сгорел в огне замок с круглыми башнями, не корчились люди, не летели снопы искр… мгновение, и остывший чёрный пепел уже не помнил, чем был раньше.
Моя голова лежала у Дэзи на плече. Кажется, я уснула во время спора, остались ли живые чародеи и вернутся ли они снова вместе с Богами. А проснулась я оттого, что входная дверь отворилась, впустив сквозняк и шумную компанию.
Ленивый тон, вальяжные движения. Чёрные форменные мундиры с нашивками на рукавах, сейчас с небрежно расстёгнутыми на шее ремнями. Стражи Нуррингора проделали хорошую работу сегодня и пришли отдохнуть.
Капитан сразу же нашёл меня глазами. В преувеличенном почтении склонив голову, он широко улыбнулся.
Дэзи сжала мою руку. Стул под Мэрг тревожно скрипнул.
– Я выпровожу их.
– Не нужно. – Я успела подняться раньше.
– Будет вернее, если Мэрг их прогонит, – шёпотом вставила Нора. – Ты скорее поднимайся наверх, а мы никого в твою комнату не пустим.
Первый урок, который я выучила у Мэрг, – осанка. Выпрямив спину, я смотрела на капитана, а он, может и хотел, но не смог отвернуться.
Второй урок, который я выучила…
– Не они используют нас, а мы их, ведь так? – Сонное оцепенение прошло. Я обратилась ветром – ветер застыл натянутой страной. – Где это ваше зелье, которое нужно в вино добавлять. Я хочу, чтобы он скулил.
Глава 1.2 – Весна
Миро
Апрельский дождь ещё называют ойро. Это кожаный барабан, который привезли когда-то гости с далёких берегов восточного Кануана. Крупные капли – первые тёплые в году – стучат по крышам и жестяным козырькам, как быстрые ладони музыканта.
На носочках я прокралась по скрипучему полу, распахнула окно и высунулась наружу. В нос ударил запах прибитой пыли, но он ощущался гораздо свежее застоявшегося после ночи воздуха спальни. Волосы тотчас намокли. Капли дождя стекали по шее и спине, пропитывая шёлк ночной сорочки.
– С ума сошла? Простудишься ещё.
Меня затащили обратно в комнату. С треском захлопнулась оконная рама, утренняя прохлада и шум пробуждающегося города остались за стеклом.
– Ты всегда просыпаешься раньше. Успеваешь одеться и сбегаешь – хоть через окно.
С началом апреля пошёл мой второй месяц в доме Мэрг, и за это время Миро, капитан нуррингорских псов, чаще ночевал здесь, чем в где-либо в другом месте. Девочки шутили, что на него уходит добрая половина запасов зелья от Куары. Мэрг же тихо не одобряла. Постоянных клиентов – при всей выгоде – она не жаловала, а пыталась скорее спровадить.
Но Миро не спроваживался. Вечерами он приходил всё раньше, а по утрам пытался уходить позже. Вот и сейчас он стоял передо мной: рослый, обнажённый, тщеславный. Миро наслаждался своими размерами, рельефом мышц, ровными зубами и здоровой кожей. Однако, убеждённый в собственной привлекательности, он не уставал тщетно высматривать восхищение в моих глазах.
– Доброе утро, – сказала я привычное.
– Доброе! – Миро фыркнул. – Ты представляешь, как холодно в стенах Нуррингора после твоей постели? Сегодня мой выходной, проведём его вместе?
Он сделал шаг и бёдрами вжал меня в подоконник.
– Или вовсе уедем? – Его шёпот обжёг висок. – Хоть в Виарт, если тебе интересна столичная жизнь, хоть в Минтию. А можем на корабле уплыть в Лорг, хочешь? У меня высокое жалованье, я успел накопить.
Пропитанная дождём ткань сорочки облепила кожу, не скользила, а царапала. Нам нельзя смущаться, говорила Мэрг, иначе они перестанут верить. Я и не смущалась – смутился, часто задышал Миро, когда оборка широкого выреза сползла до локтя.
– Нет, – сказала я запоздало.
– На что отвечаешь нет?
– На всё.
Пальцы на моём плече сжались стальными клещами.
– Отпусти меня, Миро.
Он тихо зарычал.
– Отпусти.
– Я могу обвинить тебе в воровстве… – Миро оставил плечо и сгрёб волосы на затылке. Капли заструились по моей шее, он собирал их губами и шептал: – Могу подбросить тебе оружие, запрещённые книги, выволочь на улицу после комендантского часа… И тогда, без всякой платы и церемоний, я буду наведываться в твою клетку в Нуррингоре когда захочу, и делать с тобой всё, что пожелаю. Так что ты ответишь?
– В тот первый вечер, когда ты пришёл, мы условились, Миро, – сказала я ровно. – Если ты ещё раз применишь ко мне силу, мы больше не увидимся.