Кантулярный

Следите за тем, чтобы ни один враг не пересек реку Дилл-Тандор, не заплатив кровью.

— Император Зул-Торак

Солнце уже стояло низко в небе, погружаясь в желтую дымку, когда группа Фаллиона достигла руин Кантулара.

Они прошли вдоль реки несколько миль, держась опушки леса, где оленьи и кроличьи тропы скрывали их следы, и вдруг завернули за поворот и увидели город, раскинувшийся в руинах. Большую часть его составляла огромная каменная крепость длиной в сотни футов и высотой в целых сорок футов.

Независимо от того, пустовало ли оно пять лет или пять тысяч, Фаллион думал, что оно будет выглядеть почти одинаково. Массивные плиты песчаника, составлявшие стены города, были монолитными и выглядели так, будто могли стоять вечно. Здесь были вырыты ямы и отшлифованы плиты, как столбы. Затем на них положили огромные каменные плиты, образовавшие массивные крыши.

Внутри можно было спрятать тысячу отрядов змей, и они заняли бы только угол крепости.

Не было ни полей для сельскохозяйственных культур, ни загонов для животных. Их давно снесли. Но даже издалека он мог видеть остатки садов, большие деревья, стоящие ровными рядами, их плоды одичали, а в их тени росли саженцы.

Он выглядит пустынным, — с надеждой сказал Джаз.

Внешность часто обманчива, — сказал Тэлон.

Через реку все еще перекинут огромный мост. Колоссальные камни служили бастионами против бушующего потока, и хотя деревья и обломки разбивали их, фундамент моста все еще держался. Однако ватерлиния была высокой. Если бы он поднялся еще на два фута, он бы затопил мост. За мостом, в низине, вода затопила территорию шириной в несколько миль. Фаллион подозревал, что он может быть свидетелем рождения нового моря.

На каждом конце моста длиной в милю возвышалась еще одна массивная каменная крепость с подъемным мостом, караульными домиками и зубчатыми башнями. Даже отсюда Фаллион мог видеть, что разводные мосты на обоих концах были подняты.

Большая часть гарнизона будет на дальнем берегу реки, — рискнул Тэлон. На самом деле, я не уверен, насколько хорошо он будет охраняться здесь, на севере. Их может быть всего несколько. Охраны может вообще не быть.

Таким образом, мы, возможно, сможем пробиться через северную башню, — сказал Фаллион, — но даже если мы это сделаем, нам придется иметь дело с тем фактом, что в дальнем конце есть еще один подъемный мост.

— Верно, — сказал Тэлон, — но скажем, что мы пробиваемся через башню с этой стороны. Мы можем пробежать милю, прежде чем доберемся до дальней стороны. Оттуда мы можем прыгнуть в воду и плавать. Возможно, это расстояние всего в тридцать ярдов, а не в милю.

Фаллиона этот план не волновал. Даже если бы они доплыли до берега на противоположной стороне, они могли бы попытаться плыть сквозь град стрел.

А что потом? Если они доберутся до берега, с наступлением темноты вирмлинги нападут на их след.

— Хорошо, тогда, — сказала Рианна. Давайте перейдем к делу.

— Утром, — сказал Фэллион. Он был не из тех, кто колебался, но чем больше он изучал ситуацию, тем меньше она ему нравилась.

Утром? — спросил Джаз. Почему не сейчас?

Слишком близко к ночи, — сказал Фэллион. Войска змей просыпаются. Если мы нападем сейчас, мы нападем на них в их силе. И даже если мы прорвемся на дальний берег реки, нам придется беспокоиться о том, что они будут преследовать наш след до конца ночи. Надо подождать до утра и ударить их при свете дня.

Тэлон кивнула в знак согласия.

— Где мы тогда остановимся? — спросил Джаз. Ему не нравилась идея разбить лагерь под открытым небом. Деревья вдоль реки были довольно густыми, но во время наводнения многие из них смыло водой. Оставшийся кустарник едва мог укрыть пару кроликов.

— Мы будем спать там, — сказал Фаллион, кивнув в сторону руин.

— Среди вирмлингов? — спросил Джаз.

Фаллиону понравилась эта идея. Он был уверен, что вирмлинги охотятся за ним, чего и боялся Коготь, и сегодня ночью они будут прочесывать поля и леса. Но последнее место, куда они будут смотреть, будет здесь, в самом сердце змейской крепости.

Как я уже сказала, — сказала Рианна, — давайте приступим к делу.

И вот под заходящим солнцем они ползли по берегу реки, держась низко.

Там, в тени, они нашли виноградную лозу, усыпанную светлыми ягодами, и сорвали несколько. Лоза начала увядать, и Фаллион догадался, что через день она погибнет.

Поэтому они добрались до окраины разрушенного города. Когда-то его окружала огромная стена, но вирмлинги разрушили ее в дюжине мест. Огромные тараны, огромные бревна с железными головками в форме мерзких зверей, все еще лежали брошенными за воротами. На разрушенных стенах были нацарапаны злые символы. Фаллион увидел символ Леди Отчаяния.

Больше всего они были уязвимы на последнем этапе захода на посадку, когда они пересекли открытое поле и прыгнули через брешь в разрушенной стене.

Но самое большее, они были видны лишь несколько секунд.

Они подбежали к стене здания и сгорбились, ожидая, не прозвучит ли сигнал тревоги. Если на них нападут, Фаллион хотел, чтобы он находился на открытом месте, в тусклом свете, а не в углу какого-то темного здания.

Когда сигнал тревоги не прозвучал, они прокрались по пустой улице, держась поближе к стенам.

Свежие следы в грязи показали, что по улице часто ходили вирмлинги.

Они находились в старом торговом квартале. По обеим сторонам улицы стояли ларьки, а в некоторых местах товары все еще гнили. Рулоны хлопка и льна гнили в одном стойле, сломанные стулья и детская кроватка в другом, глиняные горшки в третьем.

Дальше по улице послышался хриплый смех, почти рычание. Вирмлинги проснулись.

Фэллион не осмелился зайти дальше в город. Фаллион заметил подходящее место и нырнул в заброшенную кузницу с круглым горном, мехами и перевернутой наковальней.

В задней части кожаная занавеска образовывала дверь, отделявшую кузницу от жилых помещений.

Они помчались внутрь.

Вверх или вниз? — спросил Тэлон, пока глаза Фэллиона все еще привыкали к мраку. Он понял, что благодаря этим изменениям она, должно быть, улучшила свое ночное зрение. Когда он, наконец, прозрел, он увидел деревянную лестницу, ведущую на чердак. Другой спустился в кладовку.

На полу валялся частичный скелет, несколько разбросанных костей, завернутых в гнилую одежду. Череп был взят.

Лестница тоже гнила. Фаллион представлял, что гиганту придется беспокоиться о том, чтобы не сломать ступеньку во время восхождения. Поэтому Фаллион решил подняться наверх. Кроме того, если на группу нападут, Фаллион предпочтет защищаться сверху, а не снизу.