— Вот у кого личная жизнь, — она ухмыльнулась собственным мыслям, искренне радуясь тому, что родителям все также хорошо друг с другом, и они не растеряли былого озорства, не смотря на чины. Слушая тихие, приглушённые звуки, только что пришедших родителей, она рассмеялась, слушая как в коридоре в двух шагах, судя по звуку, разбился торшер и грозный шёпот матери, прервавшийся поцелуем.
Спустя сорок минут и раздумий, а после и ещё двадцати хождений по комнате, она проветрила помещение, касаясь ещё тёплыми руками холодных затворок, искусно украшенных камнями. Выйдя на террасу, Уокер быстро пригубила чашку травяного чая, заставляя приятное травянистое тепло распространиться по телу, после чего, нырнув в прохладное одеяло, всё же заснула.
Утро, которое было сложно таковым назвать, ибо это уже был полноценный идущий к вечеру день, началось в пол третьего, как раз в момент, когда за дверью раздались торопливые шаги, совмещённые с голосами. Вики чувствовала себя совсем не так, как ей бы того хотелось. Но то было совсем не удивительным, вспоминая про вчерашний вечер и непростую ночь. Казалось бы бокал игристого ничего не сделал, добавляя ненужный блеск в глазах, но на самом деле всё было плохо. Бедный вид с лихвой бы на пугал мертвеца, заставляя вернуться бывшее подобие человека в могилу. Огромные впадины под глазами, растрёпанные волосы, всё это совсем не красило вчерашнюю красавицу, а сегодняшнее чудище. Поэтому, лениво встав с кровати, она побрела в ванную комнату, где основательно занялась собой, доверяя тело горячей воде и новому гелю на сей раз с лавандой и мятой.
Выйдя из душа, она медленно прошлась в комнату, вытирая мокрые волосы полотенцем. Вдохнув сквозь ноздри запах свежих булочек, чудно доносившийся с первого этажа по лестнице, улыбнулась, садясь за деревянное трюмо и нанося увлажняющую маску, смутно отдававшую какими-то цветами, наполняя девушку хорошим настроением. Подходя к гардеробной, Уокер распахнула свои шкафы, выбирая подходящий под деловую встречу костюм, когда рядом как и всегда из неоткуда появилась служанка.
— Ваш утренний фреш, госпожа, — новенькая улыбнулась мягко, но не искренне, вызывая ухмылку у самой Уокер. Демоница давно привыкла видеть в прислуге неискренность. Все, как один завидовали ей и подобным демоницам, которым по их мнению повезло родиться с ложкой во рту. Они не знали всей истины, что, к примеру, большинство из них были обязаны выйти замуж не понятно за кого по договору, составленному ещё до их рождения. Не у всех были такие родители, как у Вики, что давали свободу. Протянув стакан с соком, она рассмотрела полупрозрачную огранку сервиза.
— Я что-то не помню, разве я просила? — задумчиво уточнила Вики, пытаясь в голове припомнить момент, когда могла отдать такой приказ. Непризнанная приторно улыбнулась, кивая госпоже, стоящей в стороне.
— Вы — нет, но ваша мать — да, — улыбнувшись, Вики отпустила новенькую, не став задерживать, она знала, что и без этого дел не мало. Отпив немного ободряющего сока, она ещё сильнее улыбнулась. — Ну хоть что-то хорошее есть в этом дне. Определённо, — блаженно прошипел внутренний демон, рвущийся наружу, ощущая приятный кислый цитрус.
Допив прохладительный напиток, демоница накинула шёлковые пижамные штаны и рубашку, которые сняла по пути в душ, разбрасывая по комнате серого цвета и выходя на балкон. Яркий свет солнца предательски ударил в глаза, напоминая о себе, когда Вики, не выдержав и пяти минут, вернулась, направляясь в столовую, где оживлённо велась беседа.
К её удивлению родители уже кокетничали, за поздним завтраком обсуждая какую-то не столь важную тему. Винчесто рассматривал жену, изредка поглядывая на газету, в которой ничего нового не рассказывалось. Ребекка же уверенно толковала ему что-то, распределяя сливочное масло по ломтику хлеба, кладя наверх кусочек свежего сыра. Вдохнув поглубже кислорода, демоница усмехнулась, ещё раз благодаря Шепфа, что не замужем.
— По вам и не скажешь, что всю ночь проторчали на улице, — весёлая ухмылка сорвалась с губ, когда девушка прошла в комнату подтягиваясь и разминая затёкшие руки. Она медленно уселась за почти накрытый стол.
Ребекка улыбнулась, было что-то в её взгляде. Спокойствие — чего не было вчера и что бесспорно радовало. Вики раздумывала о том, что произошло, пока сон не шёл к ней в гости. Как она догадалась, дело не в учителе, а в чём-то ином, но в чём, так и не поняла. Женщина окинула дочь сдержанным взглядом, и Вики понимала почему. Но больше всего не желала объясняться, ведь Уокер знала, что мать узнает правду.
— Доброе утро, Вики, — наконец-то улыбнулась женщина, убирая перепачкавшийся подтаивавшим маслом нож на салфетку, не желая испачкаться самой. Впервые за несколько недель она чувствовала спокойствие. Именно такое, какого ей не хватало. Это было заметно по чёрной атласной рубашке и красным брюкам, которые искусно подчёркивали женские изгибы.
— Доброе, красавица, — Винчесто, у которого настроение было где-то за гранью возможного, подхватил сказанное женой. Он также как и Ребекка был рад тому, что река семейной жизни снова вошла в берега, не раскачивая лодку. В очередной раз он понял, как важно делиться происходящим внутри, поскольку порой мы не замечаем, как это влияет на окружающих нам родных. Демон откинул газету на свободный пустующий стул сбоку, обхватывая руками фарфоровый чайник, через несколько мгновений он налил кипяток в прозрачную кружку.
— Благодарю, — Вики несколько измучено улыбнулась. События накладывались пеленой на сознание. Слишком странно было вновь ощущать такое похмелье. Уокер не понимала, почему за пределами Ада она практически не пьянет, в независимости от того сколько выпьет, и всё же как только бестия добиралась до Ада, один бокал шампанского устраивал ей все круги. Немного зевнув, девушка сморщилась, ощущая, как неприятный болевой импульс прошёлся по рёбрам, которые она невольно отлежала. Взяв деревянную лопатку в руки, она ловко переложила с блюдца приготовленный слугами омлет к себе на тарелку.
Поздний завтрак проходил на абсолютно спокойной ноте. Беседа матери и дочери не клеилась. Казалось, они обе пытались, но простые опорные фразы не помогали, а лишь обостряли и без того острые углы. Поэтому обменявшись пару дежурными фразами, Вики подняла белый флаг, показывая поражение, тем отдавая бразды правления в руки матери, которая сразу нацелилась на отца, никогда не отказывающего в беседе любимой жене.
— Запахни сильней рубашку, не лето, — заботливо произнесла женщина, допивая свой кофе, когда действительно почувствовался сквозной воздух, неприятно обдающий морозцем в спину и заставляющий Вики поджать губы.
Демоница лениво примкнула к двум расстёгнутым верхним пуговицам, переплетая вокруг них свои бледные пальцы. Застегнув чёрные точки, она отодвинула от себя тарелку, вытирая салфеткой руки и вновь встречаясь взглядом с матерью. Ребекка молчала, однако взгляд говорил больше. Он чётко твердил об её намерениях и сулил допрос, который избежать было нельзя, поэтому сложив руки на груди, она кивнула, расслабляя голову, мигрень словно пронзила сознание.
— Не хочешь поделиться информацией о своём вечере? — женщина повела бровью, ожидая ответ. Она не видела ничего плохого в том, что произошло, однако не одобряла таких выходок посреди вечера. И конечно ей было интересно, кто же был тот демон.
Уокер старшая старалась найти контакт с дочерью, что давалось крайне сложно, она корила себя за детское упущение, но ничего уже сделать не могла. Поэтому всё, что ей оставалось, наблюдать со стороны за жизнью единственной дочери. И даже если этот мужчина действительно нравился Вики, и она что-то к нему питала, то Ребекки было только в радость, что она наконец найдет недостающий кусочек собственного счастья, а там глядишь и внуки появятся, а может и общение пойдёт на лад.
— Не чем делиться, — покачала головой дочь, не относясь к происходящему с должной серьёзностью, отвечая скрытно, но честно. — Скучное, весьма неинтересное завершение вечера.