– Я не буду кричать, если ты поделишься, – шепнула Анна. – Тоже прячешься?
– Угу. Тут есть лавочка. Пошли.
Лавочка была замечательная, с удобной спинкой и подлокотником, больше похожим на столик. Разместив блюдо, Адам с любопытством повернулся к женщине.
– Тебя увёл высочайший. Зачем?
– Он разрешил звать его Эриком, – туманно ответила Анна.
– Прилетели. Это странно и опасно. Как бы он глаз на тебя не положил!
– Он холост?
– Он – женат. А вот некоторые из его стаи…
– В Эйлеране практикуют договорные браки?
– А в том мире нет?
– Не в моей семье. Мэррилы всегда выбирали сами.
– И как, удачно? – заинтересовался Адам.
– Нет. Из двадцати браков лишь один бывал счастливым. Мало кто может ужиться с нами.
– И тем не менее среди вас двое бескрылых.
– Да. Моя мачеха и муж Сары. Поверь, они ещё более безумны, чем мы.
– Да уж верю! – И Адам пожаловался куда-то в сторону:
– Отец меня предупреждал, что наступит хаос, но я не думал, что настолько. Что нам делать с вами, Анна? Чего от вас ждать?
– Разделяй и властвуй, Адам. В малой концентрации Мэррилы не так страшны, как в куче. Я, например, прекрасно жила одна. И даже когда ко мне в гости заезжал кто-то из родни, все было терпимо. Но когда они все собрались под одной крышей…
– Я понял. Скажу отцу, что это я придумал.
– Хорошая мысль. Слушай, а твой брат… вы похожи.
– Мы с Кайлом близнецы.
– А… круто. У нас в семье никогда не было близнецов.
– Были. Мой отец и ваш Эдвард. Отец старший. Но Эдвард его обманул и… впрочем, ещё узнаешь всю эту некрасивую историю. Ешь вот виноград. Сегодня был очень длинный день, а завтра будет ещё длиннее, уж поверь. Ненавижу Мэррилов!
– Я тоже, Адам, я тоже..
Глава 7. Где мое одеяло?
Бабушка Евгени храпела так раскатисто, что уснуть шансов просто не было. Анна лежала на полу, смотрела в потолок и локтями чувствовала, как напряжены Джоанна и Мардж.
– А если б я соблазнила этого Белокрылого, могла бы сейчас тихо спать в его постели, – сердито прошептала Маргарита.
– А что, была возможность? – полюбопытствовала Анна.
– Не родился ещё тот мужчина, которого я не смогу затащить в постель.
– Так он женат.
– Это меня и остановило. Красивый мальчик, но занят.
– Между прочим, тут с нами несовершеннолетняя.
– А я чо? – удивилась Джоанна. – Я бы и сама с ним замутила. Красавчик же.
– Как это похоже на Мэррилов, – тоскливо пробормотала Анна. – Не советую, ранние отношения очень редко приводят к чему-то хорошему.
– Тебе-то откуда знать? Ты поди даже не целовалась ни разу! – зашипела Джоанна.
– За хамство можно и в лоб, – философски заметила Мардж.
– Взрослые называют хамством любое мнение, которое отличается от их собственного! – парировала наглая девчонка.
– Да спи уже!
– Не могу, она храпит! Слушайте, я, пожалуй, соглашусь на предложение местного политического лидера. Он сказал, что мне нужно учиться. А я сказала, что пусть свою учебу засунет… короче, не хочу учиться, лучше замуж.
Мардж сдавленно хрюкнула. Анна тяжело вздохнула.
– Думаю, замуж тебе быстро обеспечат. Было бы желание.
– Неа. Этот Высококрылый сказал, что у нас слишком много холостых баб. У него столько женихов нету. И вообще по старшинству.
– Начнём с бабули! – оживилась Мардж. – Пусть храпит мужу, а не нам!
Анна поняла, что ещё немного – и она начнёт орать. Слишком много народу вокруг. Она привыкла к одиночеству, но уже неделю могла спрятаться от родных только в уборной, и то ненадолго. Кто-то обязательно начинал долбиться.
Поднялась, накинула тёплую кофту: ту, которую нещадно критиковала вся семья, связанную ещё лет семь назад, растянутую, выцветшую, но такую уютную, поверх ночной рубашки, и вышла.
– Ты куда? – спросила вслед Мардж.
– В туалет. Надолго. Не ждите.
Все это было совершенно невыносимо!
Анна спустилась вниз, в гостиную, подсвечивая себе путь телефоном. Да, связь отсутствовала, но фонарик в ее стареньком аппарате работал исправно. Внизу вповалку спали мужчины: прямо на полу. Храпели, сопели, ворочались. В гостиной было душно и пахло потом.
Анна с некоторым трудом разыскала брата и растолкала его:
– Где мое одеяло? – свистящим шепотом спросила она.
– Что? – Он не понимал, чего хочет сестра.
– Одеяло мое где? Ты у меня его забрал, когда мы сюда пришли.
– Ты нормальная, нет? – гневно прошептал Джонатан, нащупывая под подушкой смартфон и вглядываясь во время. – Три часа ночи! Какое тебе одеяло? Ты меня разбудила!
– Джо, мне плохо и страшно, – Анна била тяжёлой артиллерией и нисколько этого не стыдилась. – Я не могу уснуть. Я переволновалась. Я ведь не такая, как вы. Никогда из дома не уезжала. Мне нужен сейчас кусочек прошлой жизни, чтобы прийти в себя.
– Да твою-то мать… – братец со стоном сел, приглаживая взлохмаченные волосы. – Пораньше вспомнить не могла? Очень нужно?
– Очень.
Джонатан поднялся и огляделся с тоской. Он любил сестру больше всех на свете, готов был для неё на все, но как же иногда она его раздражала своими причудами! Одеяло, ты только подумай! Анна все же странная. До маразма ей ещё далеко, но некоторые черты ее характера вызывают сомнения. Впрочем, чего ждать от женщины, которая в свои сорок пять ни разу не заводила роман с мужчиной! Для Мэррилов, у которых всегда было безумное количество любовных партнёров, это совершенно не типично. Сам Джо влюблялся, наверное, сотню раз, но всегда помнил, что на его век выпадает окончание трехсотлетней ссылки, и поэтому не женился, да что там – никому ничего не обещал. И даже рисковал умеренно, потому что как было бы обидно – свернуть себе шею где-то в горах за пару лет до возвращения семьи в Эйлеран!
Проклятое одеяло пропало. Джонатан помнил, что держал его в руках уже здесь, в Серых Крыльях, а что было дальше… он разговаривал с Эммануэлем, его женой, разглядывал старинные витражи (похожие на те, что установлены в его замке) и весьма экстравагантный светильник под потолком. Пересчитывал «своих» Мэррилов. Жадно пытался угадать, что нового есть в этом мире. Было ли у него в те моменты в руках одеяло? Он не помнил.
Ах да, потом он переодевался в чудесный бело-золотой костюм, одеяло уже куда-то пропало. Значит, оно осталось где-то в обеденном зале, о чем он и сообщил Анне.
Та посмотрела на него очень выразительно.
– Ладно, я понял.
Тихо, стараясь не наступить никому на руку, Джонатан и Анна вышли из гостиной и прокрались в столовую залу. Здесь было темно и гулко.
– Как включить свет? – спросил Джо.
– Понятия не имею, это не мой дом, – шепотом ответила Анна. – У тебя нет фонарика?
– Что-то потеряли? – раздался неожиданно громкий мужской голос.
– Ах! – Анна схватилась за сердце, подпрыгнув.
Неожиданно под потолком вспыхнул огонь. Анна зажмурилась.Перед ними был Адам… а нет, второй, который его брат. Она не помнила, как его зовут. А Джонатан помнил, на то он и глава рода.
– Кайл, как хорошо, что ты еще не спишь! – с энтузиазмом провозгласил Джо. Хозяин замка его радость явно не разделял. – Мы тут кое-что ищем.
– Сережку, наверное, – Кайл поглядел холодно и надменно. – Или браслет? Или уборную?
– Одеяло, – сказала Анна, которой этот тон совершенно не понравился. – Я привезла с собой одеяло, где оно?
– Крылатые боги, зачем вам одеяло? – потрясенно спросил Кайл. – Вам что, холодно?
– Нет, я просто волнуюсь. Не привыкла ночевать вне дома, знаете ли.
– А вы точно Мэррил?
– Меня подменили в роддоме. Но почему-то никто не верит, – мрачно ответила Анна.
– Шутка, повторенная трижды, уже не смешная, – напомнил Джо. – Кайл, дружище, просто найди это чертово одеяло, и мы оставим тебя в покое.
Белокурый юноша с холодными глазами разглядывал Анну с боязливым любопытством – словно гремучую змею в банке.