– Ему просто не передались способности, в отличии от тебя, вот и всё. А как ты объяснишь, что всегда находишь улики, какие твои коллеги в упор не видят, а на твоих допросах раскалывались даже самые блатные преступники?
– Это как раз легко объяснить! Мой отец учил меня как правильно вести допросы, тренировал с детства внимательность по старым фотографиям. Затем мы играли постоянно в сыщика и преступника. Это всё и дало результат, никакого сверхъестественного чутья тут нет.
– Ну, ну… Ладно! Пусть будет так, если проще – вздохнув сказала Тина, заезжая на стоянку полицейского управления.
Надежду вымотал этот разговор, она всю дорогу внутренне сопротивлялась тининому дару убеждения. С этой дамой было тяжело и бесполезно спорить, проще – молчать. Поэтому она вздохнула свободней, когда приехали. Вышла из машины, привычно озираясь по сторонам.
Заходя в управление, она пропустила Тину вперёд и стала ждать, пока дежурный сверит паспорт со списком разрешённых посетителей. Когда формальности были закончены, Надя с Тиной прошли через турникет и также молча поднялись на второй этаж в общий кабинет Отдела по особо важным делам. Сегодня там не было привычного гомона. Обычно, когда происходило убийство, Павел Сергеевич вызывал Надю, а затем и Славку ей в помощь. Кстати, где он? Вроде чуть раньше их выехал, должен быть на месте. Только она о нём подумала, как Слава тут же нарисовался с парнем из их отдела – Михаилом.
– А ты что тут делаешь? Ведь у тебя сегодня выходной? Тоже вызвали? – спросила удивлённо Надя у Миши, пододвинув стул для Тины.
– Дома ещё хуже. Мелкий не спит уже неделю ни днём, ни ночью. Галя говорит, что у него колики. Такое у пацанов бывает. А у меня уже от этих криков, голова гудит. Лучше поработать.
– Сочувствую!
– Спасибо! – кивнул Михаил, затем, взяв кружку со своего стола, повернулся к кофе-машине и выбирая режим, невесело хмыкнул: – У нас дежурство, по очереди пытаемся заснуть.
– Отвар мяты попробуйте, может помочь – тихо сказала Тина, встав со стула и подойдя ко окну.
– Может и поможет – задумчиво проговорил Миша, кладя в готовый кофе ложку сахара.
– Ну что, у нас три заявление о пропаже девушек за последнюю неделю. Надо понять, которую из них мы нашли. – Проговорил Слава, уже внимательно изучая данные в компьютере. – Все примерно одного возраста и по приметам все темноволосые. Я сейчас быстро обзвоню их родственников, уточню. Как странно… Тут приложены фото девушек. Они все похожи, но ни одна не совпадает.
– Ну и правильно, она же умерла сегодня ночью, значит родственники ещё не обращались.
Зазвонил сотовый Надежды. Она недолго слушала, то что ей говорили в трубку, затем обратилась к операм:
– Нашёлся телефон девушки, данные нам уже скинули. Ребята пробейте всех её знакомых.
По номеру телефона удалось установить имя жертвы – Романова Светлана Викторовна, 1986 г.р. По распечаткам звонков было понятно, что девушка в последнее время много созванивалась с неким Сержем и судя по их переписке, она в парке ждала именно его. Но пробить телефон не удалось, сим-карта была зарегистрирована в США и явно на подставное имя.
Надя обычно тянула до последнего со звонками родственникам. Сколько не обрастай защитной плёнкой от чужих эмоций и переживаний не защититься. Всё равно сообщать о смерти всегда тяжело. Набрав в грудь немного воздуха, она уже собралась звонить, но что-то её беспокоило. Оглянувшись по сторонам, она обнаружила, что Тины нигде нет.
– Ребята, кто-нибудь видел журналистку?
– Она ушла, сказав, что завтра будет в морге к одиннадцати утра – ответил Слава.
– А у нас что? Елизавета Павловна уже назначает время сама? – удивлённо спросила Надя.
– Мы не в курсе, – задумчиво ответил Михаил, откидываясь на спинку компьютерного кресла, – Какая женщина! Интересно, сколько ей лет?
– Я её уже пробил – сказал Славик – ей тридцать пять, и она владелица типографии «Другой мир». Вот только не пойму, что она делает у нас, под видом «журналистки».
– А что тут непонятного, хочет эксклюзивный материал! Убийство загадочное, ты бы лучше занялся расследованием, а то копаешь не там! – раздражённо пресекла все разговоры Надя.
– С ней что-то не так! Эта типография зарегистрирована в прошлом веке ещё до революции. Её не коснулись ни советская власть, ни передел девяностых. Сайт вроде есть, но он практически не содержит никакой информации. Странно это как-то.
– Давайте займёмся делом! И почему у тебя к ней такой интерес? Не припомню, чтобы ты так глубоко копал, заинтересовавшись кем-то. Запал что ли? – спросила девушка, повернувшись на кресле к Вячеславу и смотря ему в глаза.
Славка не мог выдерживать прямого взгляда Нади, всегда конфузился и менял тему. Раньше она списывала это на природную застенчивость, но потом поняла, этот «паразит» ходит налево, а поэтому и в глаза ей не смотрит.
– Надь, надо проверить компьютер жертвы, возможно там вся переписка. В телефоне её мало. Влезем в комп, найдём зацепку?
Девушка, ничего не ответив, набрала номер матери жертвы.
– Здравствуйте, старший следователь Надежда Викторовна Филёр. Я могу поговорить с Романовой Марией Валентиновной?
– Это я – услышала она в трубку испуганно-удивленный женский голос.
– Я хотела бы к вам подъехать, через полчаса удобно будет?
– А по какому вопросу? – насторожено спросила старая женщина.
– Давайте не по телефону, диктуйте адрес.
Записав адрес, Надежда, быстро схватила куртку и выбежала на ходу бросив:
– Слав, подбрось меня до парка, я там машину оставила.
***
Следователь добралась до Марии Валентиновны за двадцать минут. Увидев обычную многоэтажку в спальном районе и ещё раз сверив с адресом, направилась во второй подъезд. Столкнувшись там на первом этаже с высоким парнем в чёрной толстовке и джинсах, что спускался с верхнего этажа, Надя напряглась. Что-то в нём было подозрительно, а что она и сама не могла понять. Даже остановилась и повинуясь какому-то импульсу, хотела уже спуститься за ним, но её отвлёк звонок судмедэксперта Елизаветы Петровны.
– Надь, завтра подъезжай в одиннадцать в морг, постараюсь успеть с заключением, – попросил её судмедэксперт.
«Вот интересно, – подумала Надя, – а откуда узнала журналистка, когда будет встреча в морге, если у неё даже телефона Елизаветы Петровны нет? Хотя номер мог дать Павел Сергеевич или сам время узнать».
Надежда устремилась вверх, на пятый этаж. Она всегда старалась подниматься по лестнице, минуя лифт. Это была привычка, связанная с профессией. Просто знала статистику убийств и изнасилований в лифтах, особенно вот в таких многоквартирных домах, где никто никого не знает. Раньше хоть бабушки на лавочках были кладезем информации. Но сейчас почему-то при сдаче новых домов не ставят лавочки около подъездов. Она часто сталкивалась даже с тем, что именно когда преступники обносили квартиры, предварительно пырнув хозяев ножом, бабули никого подозрительного не видели. Загадка просто!
Размышляя об этом, Надя успела добраться до нужной квартиры и позвонила в дверь. Открыла ей ухоженная пожилая женщина лет за шестьдесят, чуть полноватая в китайском расписном шёлковом халате и с настороженным взглядом. Показав удостоверение и представившись, Надя осталась в коридоре, ожидая пока та позвонит в отделение и сверит её личность.
«Вот если бы все были такими сознательными! Столько грабежей удалось избежать, особенно среди доверчивых пенсионеров» – проворчала неслышно Надя.
Придав лицу нейтральное выражение, которое по опыту лучше воспринималось родственниками жертв при оглашении им плохих вестей, она шагнула в квартиру. Окинув взглядом прихожую, обклеенную обоями в цветочек, Надежда разулась и прошла в гостиную.
Гостиная с кухней были одной большой комнатой, где витал вкусный запах пирога. Надя вдруг осознала, что она сегодня не обедала и даже не завтракала. Выкинув эти мысли из головы, следователь, присев на бордовый парчовый диван, обратилась к даме: