Вот на вылете из таверне мы и познакомились… Он летел красиво! Махал руками, брызгая кровью из носа и сплёвывая вышибленный зуб. Бедняга. Да и приземление было эпическим – в лужу. Представляете достаточно чистая и сухая площадь и одна единственная лужа, помойная.
Как-то не смогла я пройти мимо «утопающего», вот и помогла ему всать…
– Я вам еще покажу, как меня, Махея, как какого-то плешивого катейку выбрасывать. Я на вас Ордену пожалуюсь! Прохиндеи! – отряхиваясь от луковой шелухи кричал он.
–Уважаемый, давайте я вам помогу! – стряхивая грязь с шапки возницы, говорю я.
– А тебе сорванец чего надо? Поглумиться решил над чужой бедой!– зыркнул он своим тяжёлым взглядом и выхватил из рук шапку.
–Да нет, что вы, я просто ищу с кем бы в Кронвельд добраться, к тетке – переубеждать, что перед ним девушка совсем не хотелось, а так в полутьме и не заметно, что у паренька грудь есть. Вот прикуплю плащ с капюшоном и не важно будет, кто под ним скрывается парень или девушка, ну и грудь перетянуть ведь можно. Кстати этим и надо заняться в ближайшее время.
На лице возницы видно было, как одна мысль сменяется другой. Сперва вроде надежда, а потом и явное намерение кого-то обдурить. И этот кто-то видимо я.
–Так это я как раз туда и еду. Я почту развожу, ну и попутчиков беру, только мест у меня не осталось. На козлах поедешь? Возьму как с дорогого друга – ну значит точно втридорога.
– А сколько будет стоить проезд? – посмотрим, на сколько губу раскатает.
– Ну, дак если бы в карете место было, то три серебром, а раз на козлах поедешь, да и парень ты отзывчивый. Не бросать же тебя в беде. Вот и на один серебром и сговоримся – ответил он. Да видимо у этого малого совсем мозги отшибло.
– Нет, что вы я не буду вас утруждать, там и для одного вас, скорее всего места мало. К чему вам такие неудобства. Я уж с каким-нибудь обозом поеду, да и нет у меня таких деньжишь. На дорогу батя только и оставил что двадцать медяков –протараторила ему я. Лицо у возницы перекосило. Рыбка срывается… видимо деньги ему прям сейчас нужны.
– Да ладно тебе, малый, составишь мне компанию, если что подсобишь маленько. Коня покормишь или похлебку сваришь. Ехать ведь дня два, а мне так порой поговорить охота, а не с кем – посмотрел на меня такой добродушной улыбкой, аж всё внутри скрутило от сладости. А сладкого много вредно!
Я подумала немного для вида, ну и конечно согласилась. Я-то пока в своём уме. Мне поскорее из города уехать нужно, а то с утра, скорее всего уже разыскивать будут, тогда точно мне несдобровать: «Тогда я согласен, только во сколько отправляемся? А то мне еще сделать кое-что нужно».
– С первым лучом солнца, в пять часов. Успеешь? И да расчет сразу – и глазами так хлопает, наивный, он, наверное, думал, что я прям по доброте душевной сразу всё и выложу.
–У меня сейчас десять есть, а десять в мешке у ростовщика. Подождете часок, я сбегаю? – мне всего-то нужно отлучиться, чтобы вид себе придать, да плащ раздобыть потеплее, а то замерзну я на ветру ехать.
– Хорошо, давай половину и поспеши, ждать мне некогда – на его морде так и было написано – «ну, что не сделать для дорогого человека».
Я по-быстрому вытащила задаток и, помахав рукой, юркнула за хозяйские постройки в блаженную тень. Сейчас срочно нужно найти, где раздобыть плащ, да и посмотреть, наконец, что мне Марта собрала в мешке. Обошла торговую площадь, скрываясь в практически непроглядной темени построек. Времени уже давно заполночь, до отправления часа два, а вопросов две телеги и обозик. На площади было всего две таверны, снимать комнату, чтобы передохнуть смысла нет, да и вдруг кто увидит и запомнит меня, вещи в темноте не особо рассмотреть, значит буду исходить из того, что нужен мне сейчас небольшой минимум на два дня до поездки. А еда мне точно нужна, на одном воздухе не протяну… Тем временем подобралась ко второй таверне с громким таким названием «На распутье дорог». Здание было в два этажа, с спальными комнатами на втором и обедней на первом. Именно с первого этажа слышались голоса загулявших посетителей. Я подняла голову и стала бесцельно осматривать здание, обдумывать что делать дальше. Простояла, прислонившись к стене, недалеко от входа в таверну минуты две, как услышала резкий шум открывающегося окна. Сразу юркнула в ближайший сарай, оказавшийся конюшней. Три рысака, тихо похрапывая, стояли на привязи и лишь один из них был оседлан. Выглянув на улицу, увидела, как со второго этажа выныривает молодой мужчина. Он был только в одних штанах, а в руке держал ботинки и плащ. Комната за мужчиной озарилась светом:
–Ах, ты шалава подзаборная….да я тебя…– к мужчине метнулся более крупный индивид похожий на внушительного медведя, хватая того за руку. Последовал удар кулаком в лицо. И видимо, горе-любовник полетел кубарем вниз. Медведь посмотрел вниз на картину расплостаного брусчатке любовничка. А из комнаты так и слышалось завывания и заверения в большой и светлой любви. Последовало несколько пощечин.
– А ты подожди минутку, я сейчас с этим ушлепком побеседую и вернусь. И не дай Светлый тебя здесь не найду. Шалава. – крикнул медведь и хлопнул дверью.
Любовничек лежал не двигаясь. Спасать парня надо, а то не прощу же себе. Подбежала к нему. Дышит, значит просто отключился.
– Вставай давай. Живее – отвешивала пощечины не жалея рук. Вроде эта сволочь семью разрушила похоже, но человеколюбие не позволяло спокойно наблюдать как его будут убивать и возможно даже с особой жестокостью. Наконец, он открыл ошалевшие глаза – Что случилось? А… голова – схватившись за оную стал вставать.
– Пошли быстрее или хочешь жизни лишиться. Там муж спускается..
–Не муж, отец – проговорил этот осталоп.
– Да какая разница…
–Надо бежать – сказал герой-любовник. Гений, ну просто гений. А подорвался так, что чуть меня не снёс. И метнулся к конюшне. А мысли то у нас схожие. Через мгновение он уже вывел коня и вскачил на него. Распахнулась дверь, выскочил из таверны отец-медведь. Увидев оттого папашу герой-любовник пустил коня вскачь, а я так бы и стояла, но не очень-то хотелось попасть под горячую руку и я скрылась в тени конюшни. Похоже не заметил. Папаша видимо решил догнать возможного претендента на руку и сердце своей нерадивой дочери, раз с такой прытью сиганул за ним. Я подождала еще минут пять и, убедившись, что никого нет, решила подобрать вдруг обретенное богатство в виде ботинок и плаща. Жениху-любовнику сейчас точно не пригодится, ему бы себя от женитьбы сберечь. Сидя в конюшне, все-таки решила перевести дух и хоть немного оценить содержимое мешка. В итоге из одежды: платье, цвет не разобрать, серый чепец, пара чулков, туфли, сорочка, пара панталонов и сменная мужская рубаха, ну и конечно мой балахон. Вот его и использую, чтобы перетянуть грудь. Здесь нашлась и книга с рецептами и описаниями трав, которую мы составляли с Мартой. На дне обмотанные тканью, обнаружились письменные перья, баночка с чернилами, письмо, видимо от госпожи Анхелики, с какими-то мешочками. В отдельном небольшом мешке была небольшая бутыль с настоем, откупорив и принюхавшись, поняла, что настой для бодрости и сразу сделала глоток. По телу прошли строем мурашки. Там же нашелся, небольшой кошель с деньгами, нож, кусок копченой ветчины, сыр, каравай хлеба и о Светлый, утренние булочки. Я просто обожаю Марту, она просто богиня. Сунув булочку в рот, всё, кроме балахона, сложила обратно добавив и трофейные сапоги обмотанные в мешок из тайника. Жевать булочку и резать на полосы балахон было неудобно, но время не терпит. Пока я обматывала грудь, услышала топот ног и бурчание возвратившегося папаши. Голосов с первого этажа не было слышно, но скоро хозяева будут готовить завтрак для постояльцев, а столкнуться ни с кем не хотелось. Надела плащ, закинула на плечо лямки от мешка и побрела в сторону конкурентной таверны.
Побродив около получаса подошла к месту встречи. А здесь уже вовсю бурлила жизнь. На почтовую карету запряженную двумя гнедыми грузились вещи, пассажиры усаживались на свои места, возница разговаривал с коренастым мужичком:
