– Плевать... Уходите. Из-за вас... Из-за меня теперь гибнут невинные эльфы!
– Ох, мальчик мой... Я столько времени потратил, разъясняя тебе суть дела... Отвечая на твои многочисленные вопросы... А ты решил подохнуть?
– Угу. Из-за меня Пепел напал на Великий лес. Гибнут ни в чём невиновные эльфы! Если я умру, то не причиню ещё больше вреда...
– Сейчас гибнут только эльфы, желавшие скормить остальные народы Пеплу и отсидеться за Пеленой. Ты предпочитаешь, чтобы монстры перебили все прочие расы вашего мира, оставив эльфов напоследок?
– Нет! Но... Но там были мирные жители. Они не принимали никаких решений! Они ни в чём не виноваты! А их теперь убивают из-за меня... Потому что я вас послушался!
– Котик, сейчас...
– Я не котик! Хватит меня так называть! – во весь голос заорал зверолюд. Самди разочарованно вздохнул, потрепал свои волосы и спокойно произнёс: – Ладно... Прощу тебя за нарушение наших сделок. Но только на этот раз. Нервы шалят. Понимаю... Ирбис, сейчас тяжёлые времена. Остаться беленьким и пушистым не получится. Для выживания нужно принимать сложные решения. Ты сделал правильный выбор, как минимум, отсрочив вашу гибель и выиграв время для тех, кто может спасти мир. Ах да, если тебя это немного успокоит, то, благодаря тебе эльфийский мальчишка смог спастись.
– Правда? – проявив каплю интереса, спросил юноша.
– Правда. Он добрался до портала. Так что не ной. Соберись. Начни думать головой!
– Но я...
– Что ты? Не считай себя центром мироздания. Корни нынешнего конфликта уходят глубоко в прошлое. Это началось за тысячи лет до твоего рождения!
– Но я... Но если бы я не... Если бы Пелена осталась... Вы ведь говорили, что есть третий герой, способный убивать лордов пепла. Он мог справиться! – вспомнил Ирбис, – тогда эльфы бы не гибли!
– Чего ты так зациклился на одних лишь эльфах? Гибли бы представители других народов и в куда больших количествах. Да и ушастики бы не спаслись! Сдохли последними. У третьего героя катастрофически не хватало времени на подготовку. В лучшем случае он смог бы добраться до одного лорда пепла, в то время как четверо остальных опустошили мир. Сейчас это самое время у него появилось.
– Но...
– Котик, я больше не буду останавливать тебя. Захочешь убить себя – действуй. Но подумай о своих родителях. Что будет с ними, когда они узнают о самоубийстве младшего сыночка?
– Они не узнают, – фыркнул мальчишка.
– Я могу рассказать, – посулил бог, – и показать.
– Не надо... Зачем вам это вообще нужно? Зачем вы меня к той деревне выкинули? Чего сейчас пришли?
– О! Сколько вопросов, – улыбнулся златоглазый, – похоже, уже приходишь в себя. Туда тебя отправил, чтобы увидел реальность своими глазами. Хотел показать: у эльфов есть чем защищаться. Парнишка ты стойкий, способен выдержать и принять жестокую правду. Только с детишками накладочка вышла. Ну а сейчас я тут... Помнишь, во сне говорил тебе, какой выбор ты бы не сделал, а в любом случае умереть захочешь? Но сделай ты, как мной велено, и обещал попробовать отговорить тебя от самоубийства. И вот я тут веду воодушевляющую беседу. Хотя подобного терпеть не могу...
– Вы...
– Что я? Соберись, Ирбис! Хватит уже ныть. Сейчас умирает много тех, кто очень хотел жить. Ты жить можешь, но забил себе голову идиотскими мыслями. Соберись уже. Иди дальше своей дорогой. Проживи, сколько сможешь.
– Но вам то это зачем? – не понимающе спросил парень, только теперь опустив бесполезную рукоять от охотничьего ножа.
– Ну... Нравишься ты мне. Скажем, что мне хочется посмотреть, сможешь ли ты, узнав жестокую правду, прожить жизнь, оставшись верным себе.
– Не понимаю... Вы и дальше за мной шпионить хотите?
– Отнюдь, котик. Наше дело закончилось. Больше я за тобой не присматриваю.
– Тогда чего вы от меня хотите?
– Считай, что ничего. Собирайся и иди уже, – велел Самди.
– Куда? Вы... Ты меня во что-то опять втянуть хочешь?
– У меня больше нет для тебя работы. Тебе так нужны указания, что теперь делать?
– Нет, – медленно помотал головой парень.
Златоглазый поднялся с корточек. Отвернувшись, сложив руки за спиной, он сделал пару шагов прочь от юноши, а затем, не оборачиваясь, произнес: – Нужна какая-то цель для фокусировки внимания... У тебя ведь есть подружка, которую хотел найти? Вот и разыщи её. Вполне себе цель. Не хватайся сразу за нож, чуть что не так, – закончив говорить, бог вдруг вернулся к зверолюду, присел перед ним и со словами: – Кстати, блевотину с лица сотри. Разит, как от помойки! А это за беспокойство... – вырвал у него пару усов, после чего исчез.
Вскрикнувший от боли Ирбис выронил рукоять. Тут же из пыли, рассыпанной по коленям и земле, восстановилось лезвие. С минуту с обидой глядя в то место, где пропал Самди, полой плаща вытерев лицо, парнишка подобрал целёхонький охотничий нож, посмотрел на острую кромку лезвия, повторно уколол палец и, хмыкнув, убрал его на место. Нет, чувство вины никуда не делось. Совесть по-прежнему давила на разум, но умирать больше не хотелось. Разговор с невыносимым богом помог молодому страннику более или менее прийти в себя, вспомнить о любящих родителях, брате с сестрой и едва не забытой цели: вновь встретиться с Тиль и узнать, что она хотела сказать.
«Всего одно слово. Она хотела сказать всего одно слово... Нет, не думать об эльфах, иначе опять начнется... Надеюсь, Самди не наврал. Он вроде не врёт... Надо самому посмотреть, что сейчас творится в Империи... Его слова можно проверить», – пытаясь успокоить собственные мысли, юноша накинул лямку дорожного мешка на левое плечо и зашагал навстречу потоку монстров, рассудив, что именно в той стороне находится граница Великого леса.
История 21: Шанс (Часть 10)
История 21: Шанс (Часть 10)
Примерно час Ирбис шёл сквозь несущийся навстречу нескончаемый поток всевозможных монстров. Постепенно среди малых по размеру тварей, ещё похожих на животных, начали появляться гуманоидные фигуры, бывшие при жизни представителями разумных рас. Угольно-чёрные, иссечённые огненными прожилками, разной степени изувеченности, они брели меж деревьев. Люди, зверолюды, гномы, орки. Изредка встречались эльфы. Мелькали силуэты длиннолапых чудишь, подобных тем, что нападали на беженцев по дороге к Патруму и ловко карабкались на городские стены. Сопровождая свою поступь треском и грохотом ломаемых деревьев, в отдалении, валя лес, медленно двигалась длинная, метров пять в высоту, тень неведомого существа. В просветах меж зелёных крон, на фоне затянутого облаками, начинавшего темнеть вечернего неба, то и дело проносились крылатые бестии. Никому из них не было дела до одиноко бредущего зверолюда. Все они спешили на штурм Великого леса.
Нервничающий парень, за сутки переживший несколько пиков нервного напряжения и однажды сорвавшись, решившись на большую глупость, начинал понемногу привыкать к зрелищу окружавших его монстров, более не реагируя столь остро, как по началу. До него дошла простая суть возникшего "перемирия": он не трогает их, а они не трогают его. Мести за выстрелы в спину слуги пепла пока не последовало. Чудища так и не напали. Молодой странник искренне надеялся, что та женщина погибла в бою, а её товарищ не видел подлой атаки.
Но внезапно поток монстров иссяк. Минут десять мальчишка шагал по вытоптанной тысячами ног и лап земле, пока не увидел стоящих рядами гуманоидных порождений пепла с вплавленными в их мощные тела кусками доспехов. Одни из них держали оружие. Для других оружие являлось неотъемлемой частью и продолжением рук. Словно башни на крепостной стене, меж них возвышались четырёхметровые гиганты с огромными литыми металлическими дубинами. Все они чего-то ждали.