В самом деле, местность вокруг выглядела абсолютно так же, как и во времена предыдущих визитов в эти края двух знаменитых детективов. Правда, уже при подходе к зданию почты и полиции гости наткнулись на нечто вроде свежевырытых фортификационных окопов… Впрочем, при ближайшем рассмотрении окопы оказались остатками колеи для несуществующего подземного трубопровода, проложенной минувшим летом какой-то шальной строительной бригадой.
Приободрившиеся детективы вплотную приблизились к хорошо им знакомому одноэтажному деревянному зданию. Оно также выглядело абсолютно мирно и безобидно. Более того: Из него доносилось сразу пять голосов. Судя по всему, эти голоса вели между собой вполне доброжелательную беседу… Открыв дверь, новоприбывшие обнаружили в здании почты и полиции следующих лиц: начальника местной полиции Джиллета, начальника местной почты Берда, начальника местной электроподстанции Вудса и рядового сотрудника той же подстанции Лоуренса. (Пятый голос принадлежал диктору радио, зачитывавшему последние новости откуда-то со шкафа, на котором был установлен небольшой стационарный радиоприёмник, называемый в народе радиоточкой.)
– Невероятно! – воскликнул потрясённый Доддс, – Я не верю своим глазам! Среди обитателей Клошби опять воцарился мир и добрососедские отношения? Похоже, конфликт вокруг этой несчастной радиоточки остался в прошлом, а сама она теперь мирно вещает с вашего шкафа…
– Да-да, мы очень рады видеть вас, Доддс-Маклуски! – приветливо кивнул новоприбывшим Вудс, – К сожалению, до полного мира нам в Клошби ещё далеко. На смену одному конфликту сразу пришёл другой, куда похлеще первого… Просим нас извинить: Мы вас срочно покидаем и возвращаемся на подстанцию!
Прославленные детективы едва успели обменяться дружескими рукопожатиями со всеми присутствующими, как Вудс и Лоуренс оперативно покинули здание почты и полиции, а Джиллет не преминул последовать их примеру. Впрочем, полминуты спустя Лоуренс прибежал обратно, выдернул радиоточку из розетки, забрал её с собой и снова поспешил на выход… Когда топот его торопливых шагов постепенно заглох по ту сторону входной двери, новоприбывшие наконец поставили свои драгоценные саквояжи на пол у стены и расселись по свободным стульям.
– Ну, Берд, рассказывайте! – предложил Маклуски, – С момента нашего прошлого приезда у вас в Клошби произошло немало любопытного; не так ли?
– Да так, пустяки, – скромно усмехнулся почтенный почтарь, – Вас интересует окончание конфликта вокруг радиоточки? Надо признать, закончился он довольно неожиданно… Как мне помнится, вы покинули нас как раз в тот день, когда Вудс и Лоуренс ожидали прибытия из Бриндвича какого-то представителя энергослужб, который должен был окончательно решить вопрос о принадлежности радиоточки. Как и следовало ожидать, этот тип до нас не доехал; он всего лишь посоветовал Вудсу и Лоуренсу обратиться в Лондон в конфликтную комиссию по имущественным спорам – и был таков… Я сразу сказал Вудсу и Лоуренсу, что ничего хорошего от конфликтной комиссии ожидать не стоит. Но они меня не послушали и всё-таки вызвали эту комиссию… Как водится, Лондон долго тянул с присылкой своего представителя. Добрался он до нас только позавчера, в понедельник. Звали этого раздолбая Моррисон. Он передвигался на собственном автомобиле и, похоже, очень сильно куда-то спешил… Глубоко вникать в суть дела ему было некогда. Он наскоро опросил меня, Джиллета, Вудса и Лоуренса, а напоследок решил заглянуть в больницу № 1, чтобы снять показания с местных работников. (Если вы ещё не забыли: До того, как Лоуренс утащил радиоточку к себе на подстанцию, она стояла в дежурной комнате этой больницы, а сам Лоуренс работал там ночным дежурным.) Итак, Моррисон предложил Лоуренсу и Джиллету съездить вместе с ним в больницу № 1 и поговорить с главврачом Сэвиджем… Лоуренс сразу согласился; Джиллет сперва отказался, но потом, немного подумав, изменил своё решение. Он помчался в больницу следом за Моррисоном и Лоуренсом, но опоздал буквально на несколько минут – когда он зашёл в кабинет главврача, эти двое уже успели его покинуть. Таким образом, Джиллет только зря потратил время на беготню… Из больницы он сразу отправился к себе домой; тем временем Моррисон подвёз Лоуренса до электростанции и сам отчалил куда-то в Лондон. (Разумеется, никакого решения о судьбе радиоточки он пока не принял, а лишь пообещал поразмыслить над этим вопросом в течение ближайших пары месяцев.) А вот далее как раз и произошло самое главное: Едва Джиллет ушёл из больницы, тамошний главврач вдруг обнаружил, что из его кабинета бесследно исчезла куча склянок с какими-то важными лекарствами, содержащими наркотические вещества. (Название лекарств я уже не помню – что-то вроде «серобуромалин».) Следуя своим служебным инструкциям, главврач тут же сообщил о пропаже наркосодержащих препаратов головной медицинской конторе в Бриндвиче. Согласно его донесению, непосредственно перед исчезновением лекарств в его кабинете побывали только трое посторонних лиц: Джиллет, Вудс и Лоуренс… Естественно, все трое тут же были поставлены под подозрение в их похищении. Как обычно бывает, общая беда сплотила бывших непримиримых противников, а история с радиоточкой сама собой отошла на второй план. Теперь Джиллет, Вудс и Лоуренс озабочены лишь тем, как бы отвертеться от обвинений в похищении лекарств… Джиллет в качестве жеста доброй воли отказался от всех претензий на радиоточку. В ответ Лоуренс и Вудс сегодня притащили её на полчаса в здание почты и полиции, чтобы мы все вчетвером послушали по ней выпуск новостей… Вот такая дурацкая история у нас приключилась! – подытожил рассказчик, – Чем закончится расследование похищения лекарств, пока не совсем понятно. Строго говоря, оно ещё даже не началось: Майор Грэггерс лишь пообещал прислать из Бриндвича кого-нибудь из своих сотрудников, как только он освободится от более важных дел. Ну а Джиллета к этому расследованию не подпускают, поскольку он сам является одним из подозреваемых…
– Стойте! – сообразил внезапно Доддс, – Я не понял одного: А с какой стати в список подозреваемых был включён Вудс? Как следует из вашего рассказа, он позавчера вообще в больницу не заходил…
– В этой истории и мне многое непонятно, – подтвердил Берд, – Да, по моим данным Вудс в больнице не появлялся… А если я что-то напутал, то начальник полиции сейчас меня поправит! – добавил он при виде головы Джиллета, неожиданно выглянувшей из-за входной двери.
– Доддс-Маклуски, у меня имеется для вас важное сообщение, – произнёс обладатель головы, – Вудс и Лоуренс уполномочили меня передать вам их приглашение посетить нашу электроподстанцию… Проще говоря, мы всегда будем рады вас видеть! – он с удовлетворением кивнул при виде двух стоящих у стены больших саквояжей, – Возможно, нам понадобится ваша профессиональная помощь для решения кое-каких щекотливых проблем…
– Мы занесём вам виски на станцию чуточку попозже, ближе к вечеру, – пообещал Доддс, – Но раз уж вы к нам заглянули, то заходите и располагайтесь! Мы хотим задать вам парочку каверзных вопросов, – предложил он с таким радушием, словно он сам (а не его собеседник) был хозяином здания почты и полиции, – Итак, до нас дошли слухи, что вас будто бы обвиняют в похищении наркосодержащих препаратов…
– Никогда не думал, что доживу до такого дурдома! – вздохнул начальник полиции, окончательно заходя в подотчётное здание и присаживаясь на свободный стул, – По-моему, Сэвидж (главврач больницы) совсем спятил… Вообразить, что я слямзил из его кабинета какие-то таблетки? Да этого Сэвиджа самого пора лечить от слабоумия – и от излишней болтливости тоже!
– То есть, вы не похищали из больницы эти препараты? – уточнил для полной ясности Маклуски.
– Нет, нет и нет! – Джиллет решительно двинул кулаком по столу, возле которого сидел, – И ещё раз нет! В гробу я видал все эти лекарства от склероза и снотворные таблетки! (Или что там ещё спёрли у Сэвиджа?) Мне они и даром не нужны. Я никогда не принимал никаких медицинских препаратов и вообще испытываю к ним стойкое отвращение!
