– Ольгина! – возмущенно закричала Марина Петровна в трубку. – Ну разве так можно?!
– У меня насморк, – старательно имитируя заложенность носа сказала я. – Я утром к врачу ходила, а там такая очередь огромная. Марина Петровна, я завтра обязательно появлюсь.
– Непременно! И не вздумай болеть, у меня для тебя сюрприз.
– Я надеюсь, приятный?
– Еще какой! Одно очень респектабельное модельное агентство предлагает тебе контракт. Они хотят, чтобы ты рекламировала новую парфюмерную линию. Три запаха «Антониони», свежий утренний бриз, сдержанный классический аромат деловой женщины и восхитительная, волнующая, изысканная волна для любовных утех. В общем, что-то в этом роде. Не знаю, почему они захотели именно тебя, это агентство обычно работает только с известными лицами, но чем-то ты им приглянулась.
В голосе Марины Петровны слышалось некоторое недоумение. Надо полагать, она пыталась заполучить этот контракт для одной из своих протеже, но у нее ничего не вышло. Я подавила смешок. Так ей и надо!
– А что за фирма? Никогда не слышала про духи «Антониони».
– Это новая разработка. А когда ты услышишь название марки, то в обморок упадешь! Поэтому я не стану тебя заранее волновать и сообщать подробности. Пей чай с медом, закапывай свой очаровательный носик и завтра с утра чтоб была тут.
– Подождите! Сколько они хоть денег предлагают?
– Много! – загадочно сказала Марина Петровна. – И вообще, Ольгина, такой шанс выпадает не так уж и часто, так что здесь не столько в деньгах дело, сколько в престижности. На этом контракте ты себе имя сделаешь! – И моя строгая наставница отключилась.
Я призадумалась. Само собой, отказываться от контракта я не собиралась. «Антониони» – это, если не ошибаюсь, итальянская фамилия, значит, путешествие предстоит скорей всего в солнечную Италию. В детстве я всегда называла ее сапожком. Что ж, мама будет очень довольна. А Олег?
«А что Олег? – вмешался мой благоразумный близнец. – Он-то что может возразить? Знакомы вы без году неделя, никаких обещаний ты ему пока не давала. Пусть смирится или расстается с тобой навсегда. Или из-за какого-то нищего курсанта ты готова отказаться от таких головокружительных перспектив?! Надеюсь, ты понимаешь, что этот шанс упускать нельзя?»
Я понимала, я все понимала. Близнец снова брал надо мной верх. Разговор с Олегом предстоял не из приятных, но он должен был меня понять. Он же знал, что я модель! Так что придется ему смириться. Бедный Олег!
Я заправила кровать, вытерла пыль, помыла полы, наспех приняла душ. Потом достала из холодильника размороженную еще утром курицу, натерла ее солью и перцем, посыпала чесноком в гранулах и поставила в духовку. Открыла все окна, чтобы выветрился даже запах пребывания мужчины в нашей целомудренной квартирке. Когда вернулась мама, я уже чистила картошку. Идеальная дочь!
– Как дела? – спросила мама, устало опускаясь на табурет и пристраивая в угол мокрый зонтик.
Вид у нее был замученный. Мама много лет проработала стоматологом в районной поликлинике за скромную зарплату. Чтобы хоть как-то прожить и прокормить нас обеих, она крутилась, как только могла, брала дополнительных пациентов за отдельную плату, подменяла заболевших коллег. В позапрошлом году ей наконец-то повезло – маму пригласили работать в дорогой медицинский центр. Заработок там был сказочный, но и требования очень высоки. Мама была первоклассным специалистом, поэтому к ней отправляли самых элитных клиентов. И к каждому из них требовался индивидуальный подход. Каждому следовало любезно улыбаться, помнить его привычки, исполнять мелкие прихоти, в некоторых случаях даже подхалимничать. А для мамы это было тяжело, она человек простой и привыкла одинаково относиться к пациентам, будь то дворник или депутат. Так что, с одной стороны, работы у нее стало меньше, зато с другой – забот явно прибавилось.
– У меня все хорошо, мамуль. – Я улыбнулась. – Курица скоро будет готова. Ты голодная?
– Съела бы что-нибудь.
– Может еще огурчиков с помидорками порезать?
– Порежь.
Я поставила кастрюлю с картошкой на плиту и стала мыть овощи.
– Меня на съемки приглашают. Кажется, в Италию. Завтра буду знать все подробности. Что скажешь?
– Отличная новость! Я когда-то мечтала побывать в Италии. Римский Колизей, вулкан Этна, Помпеи, Сиракузы… – Мама мечтательно вздохнула. – А Венеция! Ты знаешь, что это единственный в мире город, построенный на воде, точнее на архипелаге из 118 островов в нескольких километрах от берега? Там больше ста каналов, по ним плавают прекрасные гондолы, всюду маленькие мостики, перекинутые над водой. Эх! Это теперь мне все равно, где отдыхать, был бы отпуск. Старая я уже стала.
– Мама, прекрати прибедняться! Ты у меня в самом расцвете сил! Когда-нибудь у нас будет куча денег, и мы обязательно поедем в Италию. Вместе. И погреем наши косточки на каком-нибудь модном курорте на побережье Средиземного моря. Обещаю!
– Конечно, поедем, Лялечка, если ты так говоришь. А сейчас я очень за тебя рада!
– Я тоже рада, что ты меня поддерживаешь. А скучать ты не будешь?
– Еще как буду! Кто же станет встречать меня по вечерам, кормить ужинами?
– Не давать тебе смотреть мексиканские сериалы…
Мать ухмыльнулась.
– Верно подмечено. Сериалов я насмотрюсь всласть, если, конечно, ты не будешь мне в это время звонить.
– Обязательно буду! И фотографий пришлю кучу. Мам, ну пока еще ничего не решено окончательно. Я даже контракта еще не видела. А вдруг я не справлюсь? Как считаешь?
– Подписывай свой контракт, Ляля. Ты у меня умница, со всем справишься! А заодно и отдохнешь.
У мамы были какие-то идеалистические представления о моей работе. Она считала, что съемки для рекламы – это что-то такое легкое и приятное, что-то вроде любительской фотографии. О том, что труд модели – не сахар, я ей не сообщала. Зачем расстраивать близкого человека?
Действительность превзошла самые смелые мои ожидания! И я вполне отдавала себе отчет в том, насколько мне повезло. Первоначально, после звонка Марины Петровны, я полагала, что это будет просто очередная ступенька в моей карьере, но на самом деле контракт с итальянцами мог оказаться таким скачком в плане профессионального роста, о котором я не смела и мечтать. Теперь все зависело от меня, от того, насколько хорошо я себя проявлю, как быстро сумею адаптироваться к новым условиям работы. Съемки должны были проходить в Риме, в самом сердце Италии. Акклиматизации я не боялась, там сейчас не намного теплее. Да и время в Риме отстает от нашего всего на два часа. Немного страшили неизвестность и очень напряженный график работ. Ехала я всего на две недели, а успеть за это время нужно было многое.
– Ольгина, – спросила меня Марина Петровна, – а что там у тебя с языковым барьером?
– С этим проблемы, – честно призналась я. – Свободно английский, базовый немецкий. А по-итальянски я знаю только три слова: синьор, брависсимо и пицца. Нет, вру. Еще сорри. Или сорри это не по-итальянски?
– Оля, сейчас не до шуток, – рассердилась Марина Петровна. – Немедленно покупай словарь и учи! Хоть что-нибудь. На это у тебя есть десять дней.
Легко сказать: «Учи!». Следовало еще получить Шенгенскую визу, оформить медицинскую страховку, действительную для всех стран Шенгенского договора, сфотографироваться и приготовить все необходимое для поездки. Хорошо еще, что все организовывала и оплачивала фирма, но без моего непосредственного участия обойтись было невозможно. Полгода назад, за компанию с Иришкой, я сделала себе загранпаспорт и очень радовалась сейчас этой предусмотрительности. Потому что забот хватало. Я крутилась, как белка в колесе, а в редкие свободные минуты, обложась словарями, картами и справочниками, пыталась вместить в свою бедную головушку как можно больше полезной информации. Иришка с Машей помогали мне по мере сил. Маша снабдила меня разговорником и путеводителем по Италии, а затем выкроила время на совместный поход по магазинам. Шопинг был одним из ее излюбленных занятий, и она лучше других знала, где сейчас распродажи, где новые коллекции, а в какие магазины лучше не заглядывать вообще.