Я глуповато улыбнулась, надеясь убедить его в своей невменяемости. Не вышло.
– Даю вам три секунды на размышление, – угрожающе предупредил он, но тут жетон на его груди мелко завибрировал. – Я должен ответить. А вы стойте здесь, и ни шагу в комнату, ясно? Я скоро вернусь.
Я пожала плечами, косясь в сторону спальни.
– Вы меня поняли? – Инквизитор таки посмотрел на меня как на идиотку, которой всё нужно объяснять на пальцах.
– Это мой дом, и я буду ходить, где захочу! – поджала я губы.
Вампир скрипнул клыками и ушёл в гостиную, оставив после себя неповторимый запах лесной чащи, омытой первым весенним дождём. А в спальне послышались голоса и шум передвигаемой мебели. Я посмотрела вслед инквизитору и, благополучно наплевав на его приказ, отправилась на звук. Будут мне тут всякие мою комнату громить!
Итак, три фигуры в чёрном – двое крепких парней и девушка, тянули в разные стороны "моего" поджаристого зомби, которого тут, вообще-то, только что не было. И, судя по самозабвенному сопению и злобному переругиванию, в любой момент нас всех ждал сюрприз в виде хорошо приготовленных потрошков, вывалившихся на ковер из злосчастного тела.
– Ой! – вскрикнула девушка, заметив меня на пороге. – А мы тут…
Парни повернулись ко мне с недвусмысленно перекошенными лицами. Не будь рядом инквизитора, я бы, пожалуй, вступила в полемику на предмет выяснения, какого хрена им тут понадобилось, но он тут был. Поэтому я без лишних слов попятилась в коридор, почти сразу наткнувшись спиной на какое-то препятствие. Воистину каменные пальцы вцепились в моё предплечье, и я резко рванулась куда-то назад, едва снова не оставшись без рукава пальто.
– Больно же! – зашипела я, но вампир на меня даже не покосился. Чёрные глаза словно смотрели в неведомую пустоту, а в ладони, мерцая острыми красными лучами, мелко вибрировал жетон.
– Расстояние до объекта пять метров, – сообщил женский голос. – Рядом зафиксированы четыре потенциально опасные цели. Рекомендована ликвидация.
В горле мгновенно пересохло, ибо вряд ли инквизитор не умел считать, и я перестала трепыхаться. Стоило обвиснуть на его руке, как меня протащили следом вдоль стенки.
– Эй, ведьма! Давай, выходи! – заорали из спальни. – Просто отдай нашу вещь, и мы уйдём!
– Ваши сообщники? – Вместо страстного бархата в голосе вампира зазвучал металл. Такой же острый, как лезвие опасной бритвы.
– Не знаю, о чём вы, – пискнула я, избегая на него смотреть. Но он уже и так потерял ко мне интерес.
– Это Инквизиция! – громко сказал он. – В случае сопротивления вы будете уничтожены!
В ответ донёсся издевательский, но не очень уверенный смех.
– Слышь, братишка, не знаю, откуда ты тут взялся, но у нас встречное предложение! Сам сверни этой ведьме шею, а мы пока заберём, что осталось от нашего товарища, и слиняем по-тихому!
И тут инквизитор меня внезапно отпустил.
– Не боитесь, что сбегу? – Я со стоном растёрла место будущего синяка.
– А вы попробуйте, – внезапно улыбнулся он, обнажая острейшие белоснежные клыки, и я подавила икоту. Хмыкнув, вампир нырнул за дверь. После короткой возни с криками и яркой вспышки установилась гнетущая тишина.
Подождав пару минут, я осторожно заглянула в спальню. Дэ Аншэри стоял у кучки дымящейся субстанции с самым разочарованным видом. Больше внутри никого не было.
– А говорите, бежать некуда. – Я потрогала носком сапога кровавое пятно на затоптанном ковре, и оно неприятно чавкнуло. Интересно, от кого из тех троих такое вот осталось? – Нельзя было поаккуратнее?
Вампир как-то странно на меня глянул, доставая из кармана брюк перчатки. Надел их, звучно щёлкнув краями, и наклонился к кучке.
– Вы уже определились, где будете давать показания: в допросной камере Управления или в домашней обстановке? – спросил он.
– Пока вы добрый? – буркнула я.
– Что? – Инквизитор поднял на меня задумчивый взгляд.
– Что? – округлила я свои. – Мне почему-то кажется, что вам нравится задавать вопросы, на которые вы заранее знаете ответы.
– Это моя работа. – Он как ни в чём не бывало запустил руку в ещё дымящиеся останки, и его раскопки увенчались успехом. Он поддел мизинцем какой-то шнурок. Амулет обгорел, но на поверхности можно было различить какой-то рисунок в кольце неразборчивых рун.
– Это что, дерево? – вытянула я шею, чтобы получше его рассмотреть, но вампир сделал вид, что не расслышал, и поднялся.
– Хорошенько тут всё осмотрите, – сказал он кому-то за моей спиной. – Отчёт жду через час.
Я обернулась в тот момент, когда в комнату входили пять человек в белых защитных комбинезонах. Группа быстро рассредоточилась по комнате, обшаривая всё подряд на своём пути.
– Эй?! – возмутилась я, когда один них полез в ящик с нижним бельем. – Это же трусики от Велолы! С ним грех так обращаться! Послушайте, вы! – Я повернулась к инквизитору, который вполголоса что-то объяснял одному из "комбинезонов". – Немедленно отзовите своих людей! Это беспредел! Я буду жаловаться!
– Мои люди выполняют свою работу, и, поверьте, для вас будет лучше им не мешать. Если вы, конечно, не хотите провести некоторое время в допросной камере Управления. – Он повернулся ко мне и дёрнул углом рта, наверное, улыбнулся. С чего только вдруг?
– Не нужно быть телепатом, чтобы узнать мой ответ, – вздохнула я с нехорошим предчувствием. – Жду вас в гостиной! Глаза б мои не видели, как вы громите мой дом!
Глава 7. Поцелуй или действие
Лекционная зала, любезно предоставленная Бьёрсгардской Академией Высшей Магии под курсы повышения квалификации, имела вид воронки под выпуклым куполом из чистого хрусталя. Над ним скулил стылый ветер, убаюкивая и без того не проснувшихся до конца слушателей, не имея, впрочем, никакой власти над Лидиусом Кляйниусом. Магистр технического зельеварения был крайне раздражён и от этого весьма бодр и деятелен.
С каждым взглядом на полупустую залу старика окатывало волной злости. Подагрические ножки сердито топали каблуками, пока он скакал вокруг огромного самоподогревающегося медного котла со слабо бурлящим содержимым, пытаясь хоть как-то привлечь внимание сонной аудитории. Аудитория отвечала ему апатичными зевками. И это были лучшие выпускники магических школ: практикующие травники и ведущие специалисты крупных предприятий.
– Итак, кто-нибудь сказать мне, что я следоваль положить в ускоряющее зелье для усиления его свёйств? – задал вопрос магистр, и его водянистые, неопределённого цвета глазки, скользнув по зале, остановились на темноволосой девушке. Одна из лучших слушательниц курса, бальзам на его разочарованную душу, и та с отсутствующим видом пересчитывала планирующие над куполом снежинки. Её соседка поймала взгляд преподавателя и с глупой улыбкой пнула её под столом.
– Какого хрена?! – зашипела девушка и вернула пинок. Ей показали кулак и кивнули в сторону Кляйниуса. Тут-то их глаза и встретились. Магистр смотрел хладнокровно, словно бывалый киллер. Это был явный признак того, что кое-кто может и не сдать ему итоговый экзамен.
– Так-так, мадемуазель Колючикина, я полагаль, что ви готов дать прявильный ответ на такой есть прёстой вопрёс, но ви меня разочароваль, – задребезжал старик. – Увы, эйтот есть ядрёний корень не иметь место входить в состав этот ошень польезный для техников зелье!
Мадемуазель Колючикина, она же бакалавр технического зельеварения с хорошими перспективам на получение магистерской степени – Виринея Колючкина, чьё утро, как вы помните, было далеко от совершенства, кисло ему улыбнулась.
– Простите, но я знаю правильный ответ!
– Неужель? – Седые брови Кляйниуса презрительно приподнялись. – И кто же вам подсказаль? Можейт бить, снежинки, который ви так внимайтельно считаль, а?
– Ваш прекрасный учебник, – пожала я плечами и продемонстрировала коллегам по цеху увесистый фолиант под названием "Улучшение формул технических зелий. Теория и практика". Недавно я уснула именно на рецепте ускоряющего зелья, а потом ходила с перепачканным лицом, за что отдельное спасибо свежим магическим чернилам. Поневоле запомнишь, если целый день видишь в зеркале эту техническую абракадабру.