Но я никогда не любил слишком накаченные. Вот она идеальная, которая только что была в моей ладони. В меру упругая и в меру мягкая. Небольшая и немаленькая. Идеальная.
Провожу небольшую дыхательную гимнастику. Вроде помогает. Ведь я уже взрослый мужик, а реагирую как малолетний девственник, ни разу не державшийся за женскую задницу. Надо сделать вид, что ничего не было.
С кем не бывает? Подумаешь, отшлёпал управляющую…
Пиздец!
Отправлю сегодня её домой. На хрен с глаз долой! А завтра снова поведём собрание…
С такими мыслями я и направляюсь за чашкой кофе в кафе при клубе, а затем уже и в кабинет к Разумовской Танзиле…
Открываю дверь и вижу, как она разговаривает с кем-то по видеосвязи.
Сначала снова хочется… нет, не отшлёпать. Наорать! Мало того, что опоздала, ещё и время тратит на разговоры. Но как только открываю рот, то слышу голос маленькой девочки. Разговор идёт на итальянском языке, его я абсолютно не понимаю.
Внезапно в кабинете раздаётся всхлипывание и не только девочки, но и самой Тани. Она стоит ко мне спиной у окна, поэтому не видит, что я зашёл. А я так и застываю на месте. Ни разу не видел, чтоб она лила слёзы.
В моих воспоминаниях Таня всегда оставалась для меня непробиваемой девочкой. С колким характером и умеющей постоять за себя. Но тут я вижу совершенно другую её сторону. Слышно, что она ревёт, постоянно шмыгая носом, но при этом пытается говорить бодро и с улыбкой. Могу слышать, как она улыбается. Понимаю, что это её дочь. В груди щемит. Но не хочу углубляться, что стало этому причиной.
Закончив разговор, Таня поворачивается в мою сторону, и тут же подпрыгивает от неожиданности.
— Котов! Твою ж… — кладёт руку на грудь и глубоко выдыхает. — Зачем так пугать?! — не смотря на меня, быстро смахивает слёзы.
После увиденного и услышанного и о порке забываю и о том, что видеть эту стерву не могу — тоже.
— Я пришел сказать, что на сегодня ты свободна. Завтра к 8:30, и не опаздывай. Будем снова все знакомиться, — прохожусь по ней многозначительным взглядом и добавляю: — И, надеюсь, ты будешь в подобающем виде…
— Я что, должна одеваться, как монашка? — выдыхает она раздражённо, а я снова улавливаю в её глазах искры.
Дьявол!
— Ты поняла, о чем я, — цежу сквозь зубы, на что Таня согласно кивает и начинает собирать свои вещи в сумочку. А меня удивляет, что спор она не продолжила. — Документы с собой?
— Ах, да! Документы я взяла. На вот, держи, — выкладывает на стол папку.
Подхожу, чтобы взять и замечаю, как Таня слегка напрягается.
Боится, что отшлёпаю снова?
— Хорошо. Завтра заберёшь, — ухмыляюсь и немного помолчав, решаю спросить. — Это была твоя дочь?
Таня вздрагивает и резко вскидывает голову, впиваясь в меня прямым взглядом.
— Да. У неё сегодня День Рождения. Звонила поздравить… — пытается натянуть улыбку.
В кабинете после этого ненадолго воцаряется тишина. Мы стоим, так и глядя друг другу в глаза. Давно я этого не дела вот так просто.
Но уже скоро Таня прерывает наши гляделки.
— Ну… Я тогда пойду? — тихо спрашивает, но тут же заверяет уже громче: — Завтра обещаю не опаздывать!
— Иди.
— До свидания, — кивает она, не смотря на меня, когда проходит мимо, точно, как подчинённый своему начальнику.
Провожаю её стройную фигуру задумчивым взглядом, пока она не скрывается за дверью.
Её нахождение здесь дастся мне очень сложно. Ведь приезжать сюда мне придётся часто. Клуб новый, нужен постоянный контроль, тем более с некоторыми сотрудниками. Придётся собрать всю свою выдержку и выработанный за годы профессионализм, Григорий Александрович. Постараться не наломать дров. Ни для кого это хорошим не закончится. Нужно держаться от стервы подальше, но должен признать, как и раньше, меня тянет к ней с дикой силой…
***
«Таня»
По дороге домой я обдумываю поведение Гриши, и для меня оно остаётся загадкой. Ненавидит меня, при этом я вижу его взгляд. При этом он вытворяет что-то непонятное. Он хочет меня, это очевидно. И я хочу, что тоже очевидно.
Все годы помнила, как хорошо мне с ним было. И сегодняшние его прикосновения вновь разожгли тот давний огонёк. Без преувеличения я давно не ощущала ничего подобного. Соскучилась безумно по этим ощущениям. И даже поддалась бы, если бы Гриша продолжил сегодняшнее наказание. Приняла бы всё покорно, даже несмотря на наше прошлое. Но! Я никогда не водилась с женатыми. Они были для меня табу.
Я никогда не заморачивалась с моральными устоями, но женатые всегда были для меня запретным плодом. Мой отец ушёл от моей мамы к другой, когда она была ещё беременна мной. Его я не особо помню, ведь он погиб, когда мне было три. Но его поступок и то, как маме было тяжело одной, навсегда отпечаталось во мне. Она всю жизнь растила меня одна, работая при этом на двух-трёх работах. Какой-то мудак, да простит меня мой "дорогой папочка", заделал ребёнка, обещая долго и счастливо, и сбежал к любовнице!
Что видела моя мама за свою жизнь?! Старая квартира её родителей. Ребёнок на руках. Работа за гроши сутками на пролёт. Когда обнаружился рак у мамы, мы как раз планировали покупку ей новой квартиры. Тогда я могла себе это позволить. Хотела, чтобы мама, наконец, жила в хороших условиях. Я высылала ей деньги какое-то время. Эти единственные годы она жила, не думая, сколько стоит гречка или мясо. Могла позволить купить себе куртку подороже. Но я не успела до конца довести начатое.
Мне не жалко Алину, если вдруг она останется без Гриши. Я её, мягко говоря, недолюбливаю. Но этот принцип так въелся в меня, что я не могу позволить себе пойти на поводу своих желаний.
Изменяет ли он ей? Остался ли он таким же кобелём, как и раньше? Я не знаю. Меня это не касается, и нужно держаться от него как можно дальше…
А самое главное, что не выходило из моей головы, это разговор с Мией. Она расплакалась, когда я позвонила поздравить её с Днём Рождения по видеосвязи. Она говорила, что очень скучает и хочет поскорей меня увидеть. Моё сердце обливалось кровью. Впервые мы так надолго разлучены. Ей даётся это так же тяжело, как и мне. Такое чувство, что из меня вырвали кусок сердца. Отрезали половину меня. Как я тоскую по ней.
В ближайшее время я задалась целью съездить в банк и попробовать закинуть заявку на ипотеку. Не могу медлить, нужно сделать всё, как можно быстрее. Но сегодня не получится, так как все мои документы остались у Гриши для моего оформления.
По приезде домой, приготовила себе спагетти и отварила сосиски.
М-да… Шикарный ужин! Жую и морщусь, пытаясь заглушить в себе чувство разочарования жизнью. Ведь я бежала от этого, но в итоге где оказалась? Всё в той же квартире, всё с той же дешёвой лапшой. Маникюр и педикюр отрос, нужна коррекция, но и этого я себе сейчас позволить не могу. Никаких салонов, никаких эпиляций и шугаринга. Всё теперь придётся делать самой.
После «прекрасного» ужина достаю из чемодана бутылку виски, привезённое из моих итальянских запасов, и отпиваю прямо из горла. Алкоголь обжигает горло, ударяет в голову. А в груди ощущаю прилив сил.
— Ничего, прорвёмся!
На часах только шесть вечера, поэтому решаю разобрать чемоданы. Раскладываю вещи по полочкам в шкафу, костюмы и платья развешиваю. Но вмещается лишь половина моих одеяний. Очередное «Fottuto!». Готовлю себе одежду на завтра, иду в душ, а затем ложусь спать.
Да Таня отрывается наполную…
***
Аллилуйя!
Встаю я даже раньше будильника на десять минут. Видимо, вчера очень испугалась потерять работу, к которой ещё даже не приступила.
Включаю музыкальный канал погромче и принимаюсь собираться. Настроение на удивление просто шикарное. А ещё очень предвкушаю знакомство с персоналом. Я всегда была очень общительной и любила новые знакомства. Вот и сейчас мне не терпится посмотреть, кого же нанял Гриша. Наверняка одни цыпочки в штате.
И хочу сразу определить, кто станет мне другом, а от кого нужно будет держаться подальше. Так как личность я иногда конфликтная, а скандалы на рабочем месте мне не нужны, то надо будет хорошенько присмотреться.