— Хватит меня дразнить, — яростно выкрикнула она, как только штаны слетели с ее ног, и начала быстро водить руками над кушеткой, закрыв при этом глаза.
— Остановись, — нежно произнес я.
— Но, — она запнулась и с грустью добавила, — ты передумал?
Я подошел к ней вплотную, на ходу скидывая х/б рубаху и шепча тихо на ушко:
— Ни за что, — и впился своими губами в ее шею, одной рукой держа ее за подбородок, а второй массируя левую грудь через лиф.
— А-а-а-ах, — сорвалось с ее губ и ее руки обвили мое тело, прижимая еще сильнее к ней.
— Я скоро сойду с ума, — начала почти умолять она, — дай я закончу и… а-а-ах…
— Обойдемся без заклинаний, — резко ответил я и, подхватив ее, уложил на кушетку. Она лишь недоуменно на меня глядела.
— Ты мне доверяешь? — спросил я и наклонился к ее лицу.
В ответ Елизавета лишь неуверенно кивнула, а я глядя на разбросанные по подушке золотистые волосы и начиная снова тонуть в небесно-голубых глазах, в очередной раз прильнул к ее губам. С ее невысказанным «а-ах» послышался скрип приоткрывающейся двери, на который в тот момент я не обратил большого внимания, так как меня накрыло желание этого прекрасного тела. Так что, более не тратя время зря, я медленно начал снимать ее трусики, а она приподняла свою попку, чтобы упростить мне задачу. Скинув с себя больничные штаны и запрыгнув снова на кровать, уловил на себе ее удивленный взгляд. Я аккуратно положил ее ноги себе на плечи и медленно вошел. Не встретив сопротивления из-за ее желания и обилия смазки, начал двигаться, постепенно набирая темп. Звуки шлепков и вздохов перемешивались с ее стонами, набирая громкость. Во избежание проблем с администрацией больницы и чтобы хоть как-то заглушить ее крики, я закрыл ее рот рукой. Госпожа лишь закрыла глаза от удовольствия и начала руками мять мои бедра, впиваясь ноготками и иногда причиняя дискомфорт. Посчитав, что есть и более приятные способы заткнуть ей рот, убрал руку и снова впился в ее губы. Через пару мгновений она открыла глаза, перестав отвечать на поцелуй и крепко обняв меня ногами, в попытках прекратить мои движения. Но я и не думал останавливаться, поэтому протяжный стон и немного подрагивающее тело не стало для меня неожиданностью. Я смотрел с наслаждением, ведь эта волна ее удовольствия — моя заслуга.
— Ты все? — немного приоткрыв глаза, спросила Елизавета.
— Нет, — с улыбкой ответил я, — просто не хотелось сводить тебя с ума.
— Как? — удивленно ответила она и заглянула прямо в глаза, пытаясь уловить, правду я говорю или нет.
Я не стал ничего отвечать, лишь нагнулся и поцеловал ее в щеку. Тут, видимо, взыграло ее эго, потому как за несколько секунд мы сменили позу. Причем сменили — это слабо сказано. Она обняла меня своими ногами и руками, прижавшись ко мне всем телом, а потом мы каким-то образом кувыркнулись на месте так, что я оказался снизу, а она восседала на мне.
И с довольной улыбкой, ловя не понимание произошедшего в моих глазах, изрекла:
— Очень хочется, чтобы оба получили удовольствие, — и маняще облизала свои губы, расстегивая лифчик и бросая его на пол.
Не заставляя ее ждать, направил свой член в ее лоно и вошел. От неожиданности она так застонала, что мне не захотелось останавливаться, и я продолжил ритмично двигаться, следя за тем, как закатываются от удовольствия ее глаза, а волосы от подпрыгиваний раскидываются по телу. Отодвинул волосы с ее лица, резко остановившись, принял почти сидячее положение и нежно поцеловал ее в губы. Руками, тем временем, крепко обнимал за талию. Краем глаза заметил, что дверь приоткрылась еще сильнее и у нас есть тайный наблюдатель.
— За нами наблюдают, — тихо шепнул на ушко госпоже.
— Лишь бы не отвлекали, — так же тихо ответила она.
После этих слов она толкнула меня в грудь, чтобы я принял горизонтальное положение, и хлюпающие звуки снова наполнили комнату. Водя своими руками по ее прекрасному нежному телу, останавливаясь на груди и зажимая соски между пальцами, заставлял чувствовать ее желанной, любимой, сносил напрочь ее крышу. Когда же она почувствовала дрожь в моих ногах и тепло, разливающееся внутри нее, она начала замедляться, пока полностью не остановилась. С довольной улыбкой, она улеглась мне на грудь и, поцеловав, крепко обняла, прикрыв глаза. А я, зарывшись носом в ее волосы, вдыхал цветочный аромат. Вывел нас из блаженства окрик:
— А кто это у нас тут такой наглый⁈ Ой, госпожа, извините, не узнала сразу, — и Анна Викторовна, подняв упавшую на пол простыню, накрыла нас.
— Ань, дай нам, пожалуйста, еще пару минуток. Я потом тебе все объясню, — чуть приоткрыв глаза, попросила Елизавета Егоровна.
— Конечно. У меня есть для вас информация, так что буду ждать вас в ординаторской, когда… вы приведете себя в порядок, — со смешком ответила Анна и быстро удалилась, плотно закрыв за собой дверь.
— Как ты думаешь, это она за нами подсматривала? — спросила у меня госпожа.
— Вряд ли. Тогда бы она так не удивилась, — с сомнением произнес я.
— Ладно, пора вставать, у нас мало времени, — и начала подниматься с меня, ища свой пиджак взглядом.
— Они на быльце кровати, — указал я, думая, что она ищет свои трусики.
— А? — ответила она, поднимая пиджак с пола и доставая влажные салфетки из кармана, — спасибо, — и подхватив сразу трусики, запихнула себе под мышку.
В общем, мы приводили себя в порядок не больше пяти минут. А дальше с хорошим настроением направились в ординаторскую, где нас уже ожидали.
Глава 24
— И так, — начала Анна Викторовна, все еще немного смущенная увиденным, — в книгах про проклятие ничего нет, но экспериментаторы обещали помочь. Видимо, у них есть какие-то наработки, так что к завтрашнему дню предоставят рабочую версию. Так что через пару дней ты сможешь вернуться в Дом.
— Здорово, — воскликнул я, — а то тут от скуки с ума сойти можно.
— Ну да, я заметила, — едко и с упреком ответила главный лекарь.
— Извини, — с улыбкой проговорила Елизавета, обращаясь к Анне, — в прошлый раз нас прервали на самом интересном и… я не удержалась.
— Могла бы хоть предупредить, — с укором ответила Анна, — тут же медучреждение, замков на дверях нет. А если бы зашла не я, а кто-то еще?
— Они бы к нам присоединились? — с хохотом поинтересовалась госпожа.
— Ага, только массовой оргии мне тут не хватает для полного счастья, — попытавшись сделать злую гримасу и покачав головой, ответила главный лекарь.
— Извините, больше этого не повторится, — уже влез в разговор я.
— Ну-ну, — не веря ни единому моему слову, — так, все, ты в палату, — указывая на меня, — а вам пора домой. Часы приема в больнице вы знаете.
— Уже иду, — подняв руки ладонями вперед, примирительно произнесла Елизавета.
— До вечера, — сказал я на прощание.
— До вечера, — подтвердила она и поцеловала меня в щеку.
— Устроили тут непонятно что, — когда вышла госпожа, Анна злобно глянула на меня, — теперь сиди голодный, так как обед ты пропустил.
— Это того стоило, — с мечтательной улыбкой ответил я на упрек.
— Так, предаваться воспоминаниям будешь у себя в палате, а мне работать нужно, — и всем видом показывая, что мне давно пора идти.
В приподнятом настроении я покинул ординаторскую и направился к себе в палату. После небольшого марафона нужно было немного отдохнуть, так что, улегшись на кровати, я и не заметил, как выключился.
Открыв глаза, я сладко потянулся и резко замер от боли, прострелившей спину. Неужели проклятие со времени начала действия стало усиливаться? Нужно бы уточнить у Анны Викторовны, но глянув на часы, которые показывали почти шесть вечера, решил сперва отправиться на ужин.
Как обычно, когда я пришел в столовую, большинство из присутствующих уже заканчивали трапезничать.
— Давай к нам, — все с такой же дружелюбной улыбкой кричала мне Лена, махая рукой.
Большинство из девушек уже никак не реагировало на мое появление, но некоторые до сих пор провожали меня взглядом.