ГЛАВА 7. Бро
В голове шумит от напряжения. Даже не смотрю, на кого налетела. Все еще мысленно перебираю в голове варианты, зачем мне сунули эти проклятые пятитысячные.
Чтобы заплатила за курицу и чай?
За потраченное на бесполезный визит время?
За красивые глаза?
За навязанное продолжение вечера, чтобы потом можно было сказать: «Ну, чего ты ломаешься?! Деньги же взяла!»
От последней мысли внутри закипает то ли бешенство, то ли ярость. Вообще-то на лабораторных практикумах нас учили распознавать нюансы своих чувств, но сейчас просто хочется вышвырнуть в мусорное ведро «профессиональную компетентность психолога» и отхлестать Льва Боярова пятитысячными по щекам.
– Олеся Данилова? – узнаю его приятный тембр.
Медленно поднимаю глаза.
Интересно, он услышал про «козлину»? Я это в слух сказала?!
Если услышал, то отлично! Пусть теперь живёт с этим!
Почему-то лицо миллионера узнаю не сразу. То ли правду говорят, что камера прибавляет несколько лишних килограммов, то ли я настолько зла, что попросту не могу адекватно оценивать происходящее.
Настоящий миллионер Лев Бояров стоит в шаге, но смотрит куда через меня или сквозь. Я отчетливо ощущаю его полное безразличие. Надменность и абсолютную незаинтересованность в моей скромной персоне. Один его мёртвый, бесчувственный взгляд, и между нами моментально выстроена ледяная пропасть. Впрочем, о его равнодушии можно было бы догадаться уже давно. Хотя бы по тому факту, что мажор не нашел времени подтвердить сегодняшнюю встречу.
Наши взгляды цепляются друг за друга, но я быстро опускаю глаза. Намеренно задерживаю дыхание, чтобы не ощущать согревающий, уютный аромат его парфюма с отголосками специй. Стараюсь не дышать, однако игривые нотки перца, имбиря и кардамона, как специально, щекочут нос.
– Приятного вечера, – тихонько нежничаю я и с кокетливой улыбкой шагаю мимо миллионера.
Я тоже не намерена продолжать этот вечер! И какой-либо другой в его присутствии – тоже!
Быстрым шагом прохожу до середины темного коридора и, остановившись, грозно кричу уже другому мужчине: «Официант! Мне надо расплатиться, я ухожу!»
Не оборачиваюсь. И так знаю, что ценитель идеальных женщин (тех, которых не существует!) стоит сейчас в дверном проеме, озаренный теплым светом комнаты и озадаченно смотрит мне в след. Возможно, безразличие на его лице сменяется искренним удивлением из разряда: «Как же она могла уйти, оставив такого классного меня?! Я же сунул ей десять тысяч!»
Мне хочется поскорее попасть домой. Голова гудит, мысли сейчас перебьют друг друга кулаками.
– Счет, пожалуйста! – по-генеральски прикрикиваю на «своего» китайца и размашистым жестом выхватываю из конверта одну пятитысячную.
Будем считать, что денег мне оставили, чтобы заплатила за ужин.
Официант с легкой улыбкой кивает и бормочет:
– Уже всё оплачено! Лев Олегович позаб.т.л.ся.
Окончание слова китаец потешно проглатывает, и я на секунду застываю на месте. Вариант кинуть деньги миллионеру в лицо вообще-то не плох!
Кутаюсь в пиджак, хотя мне не холодно, аккуратно укладываю пятитысячные обратно в конверт и оборачиваюсь. Взгляд упирается прямиком в насмешливое лицо Льва Боярова. Да что там! Миллионер уже стоит рядом и открыто ржёт надо мной, как над клоуном в цирке.
В эту секунду я остро чувствую непреодолимую пропасть в наших положениях и жизнях. Дорогой костюм мужчины и мой старенький пиджак, подъеденный молью, с по-прежнему грязным рукавом. Богатый аромат его одеколона со стойким шлейфом благополучия и мои недорогие, но натуральные духи из кокосового масла.
Странная ситуация. Он, вроде бы, хотел поговорить, а в итоге не пришел в указанное время, затянул до последнего, зачем-то сунул мне деньги, а теперь еще невежливо ржёт… Он был не прав, но почему-то я сейчас чувствую вину, что совершила ошибку. Доверилась, согласилась и зачем-то приехала играть не в свою сказку.
На глазах выступают слёзы. Я разворачиваюсь к выходу и чувствую, как крепкая мужская рука хватает за запястье.
– Во-у, во-у, – с иронией произносит Лев. – Ты так просто отсюда не выйдешь!
Его слова звучат угрожающе, как из фильмов про бандитов. Я инстинктивно сжимаюсь и напугано дергаю руку на себя.
– На этаже охрана и камеры наблюдения, – лицо миллионера становится серьезным.
Он разжимает пальцы, и мое запястье плавно выскальзывает из его руки. Кожа от прикосновения горит. На удивление сразу становится неуютно. Мне словно начинает не хватать его теплых пальцев.
– Чтобы выйти, нужен пропуск, – совсем официально заканчивает Лев.
Хочется в отместку изобразить не менее крутого парня, взмахнуть конвертом с деньгами и с наигранной бравадой выкрикнуть ему в лицо: «У меня он есть!» Имея в виду, что охрану всегда можно подкупить. Но я быстро понимаю, что этот номер будет выглядеть, только как второе отделение циркового представления.
– Чёрт! – угрюмо брюзжу вслух и сверлю Льва испытывающим взглядом: – Поможешь отсюда выбраться? Побудешь ненадолго проводником? Вот плата за проход, бро3!
Я смело хлопаю миллионера по груди белым конвертом с деньгами. Задерживаю ладонь, чувствуя, как под пальцами грохочет его сердце, и, похоже, начинаю мучительно краснеть. Лев не спешит забирать деньги, а я не могу убрать свою руку, иначе конверт шмякнется на пол.
Там все-таки десять тысяч! Пусть заберет свои деньги обратно и не выпендривается!
– По рукам, бро! – Лев цепляет мои пальцы своими отнюдь не по-дружески, щекотно сжимает их и за руку подтягивает ближе к себе.
Второй рукой он забирает конверт. Я выдыхаю, но опрометчиво рано. Мужчина ловко сует мне его в карман пиджака (спасибо, что не в вырез платья, бро!) и, легонько подтолкнув к выходу, ведет за собой.
ГЛАВА 8. Комната
– Извини, что опоздал, – дежурно и без эмоций произносит Лев, когда мы отходим от ресторана.
Наша игра в близких друзей резко оборвана, точно её никогда и не было. По лицу миллионера пробегает вспышка досады и разочарования. Я человек с высшим психологическим образованием не могу понять, что с ним сейчас происходит.
Его пальцы мягко отпускают мои, и опять становится до дрожи неуютно. Теряюсь и просто иду рядом с ним, как на привязи.
Может, это стандартная игра всех манипуляторов: в «ближе-дальше»? Если так, то я давно и досконально изучила все пикаперские ходы и «привороты». Еще на третьем курсе писала по ним курсовую и получила за неё «отлично». Меня просто так на эмоции не развести!
Вспоминаю, что дальше надо будет подняться по темной лестнице, а там пропускная система и лифты. Молчу. Мысленно отсчитываю шаги. Еще немножечко, и я выйду живой и невредимой из этой деловой безжизненной пустыни.
Однако план дает сбой. Лев ведет меня отнюдь не наверх к офисам. Мы проходим через пропускные турникеты, а затем спускаемся куда-то вниз. Он вздумал вести меня пешком с 69-этажа? Мда, похоже, я чего-то не знаю о миллионерах…
– Ты куда?! – резко торможу и не слишком вежливо дергаю Льва за рукав, но иначе его не остановить.
– Не доверяешь проводнику, бро? – миллионер оборачивается и рассматривает меня с вызовом. – В Зону, конечно. В Комнату, которая исполняет желания. Ты ведь помнишь, бро, что прямой путь не всегда самый короткий4?
Я хмурю лоб, застываю на месте. Что Лев несёт?! Не сразу доходит, что я сама навязала ему игру в проводника из «Сталкера», и его слова – это отсылки к фильму Тарковского и повести Стругацких.
– Давай просто вернёмся к лифту, – вздыхаю, напряженно массируя висок.
– Здесь так не ходят. В Зоне чем длиннее путь, тем лучше5. Беспрекословное подчинение, бро.
Я мысленно хлопаю себя ладонью по лбу. Послушайте только, как гаденько звучит! Беспрекословное подчинение! Идеальное название для какого-нибудь похабного женского романа!