Литмир - Электронная Библиотека
A
A

12. Галичина

24 июля 1920 года передовой отряд Красной Армии – червонное казачество, славные сыны трудовой Украины, торопясь протянуть руку помощи своим галицийским братьям, сломив сопротивление интервентов на Збруче, через Токи – Ожоговцы вышло на просторы Галиции.

Позади остался Збруч, впереди находились Карпаты.

А между ними манившие своим величием сказочные просторы Галичины.

Двадцать два дня держались 12-я и 18-я белопольские и пять петлюровских дивизий (35 тысяч бойцов) на Збруче против четырех советских стрелковых и одной дивизии червонного казачества (всего 14 тысяч). И лишь два дня понадобилось червонным казакам, чтобы очистить пространство от Збруча до Серета.

3-я бригада Демичева, ее 5-й полк Ивана Самойлова и 6-й Василия Федоренко, вышибла пилсудчиков из Збаража лишь после третьей сокрушительной атаки. В тот же день, 22 июля, 2-я бригада Владимира Микулина, отбросив батальоны подхалянцев за Серет, освободила Тернополь.

3-й полк Ивана Хвистецкого через Великие Борки, а 4-й Сергея Букацеля через Толстолуг ворвались на окраины города одновременно. Командир бригады Микулин шел с 3-м полком, я, комиссар, с 4-м.

Еще не утихли звуки выстрелов, еще в пойме Серета трещали пулеметы, а на залитые ярким солнцем улицы высыпали радостные жители освобожденного Тернополя – первого большого города Западной Украины.

Направив комиссара 4-го полка Гавриша для переговоров в ратушу, мы с комбригом ускакали туда, где наши передовые сотни вели оживленную перестрелку с арьергардами пилсудчиков. Владимир Иосифович, прекрасный знаток военного дела, оценив обстановку, сразу определил, что без пехоты нам линию реки Серет не преодолеть.

Высокий, стройный, широкоплечий, умный и душевный человек, Микулин был единственным старым офицером среди командиров червонного казачества.

Случилось так, что царские офицеры-украинцы, в большинстве своем выходцы из зажиточных семей, особенно высших званий – генералы, полковники, не захотели связать свою судьбу с Красной Армией. Почти все они ушли к Петлюре. В советских украинских дивизиях командовали полками бывшие солдаты, унтер-офицеры или же офицеры военного времени – прапорщики: Дубовой, Федько, Осадчий, Петренко-Петриковский, Борисенко. Подполковником был только коммунист Крапивянский.

Бывший царский подполковник Микулин полюбил червонных казаков за их лихость, за то, что они воскресили на полях гражданской войны былое доброе имя конницы – «царицы полей». И служил он советскому народу со всей глубокой верой в правоту его святого дела.

Словно в подтверждение сделанного Микулиным вывода, к переправам через Серет начали выходить передовые части только что вступившей по нашим следам в город боевой 60-й стрелковой дивизии. Год назад все ее десять полков создал в Чернигове легендарный герой гражданской войны Николай Крапивянский.

Мы же получили приказ от нашего начдива Виталия Примакова идти на соединение с остальными силами дивизии в район Ново-Алексинца.

Незабываемая дорога, незабываемые дни… Если в селах от Збруча до Серета селяне встречали нас приветливо, но с некоторой опаской, то теперь на всем пути от Тернополя до нового места назначения разодетые в праздничные, ярко расшитые одежды труженики Галичины встречали наши полки с цветами и радостными возгласами: «Слава братам!»

И не только по восторженным встречам запомнились те дни. Как только наши агитаторы зачитали на сходах воззвание Галревкома и разъяснили людям, что отныне лишь трудовой народ – хозяин всей галицийской земли, селяне тут же, выкатив из ворот возы, поспешили в поле. Еще не обмолоченный, аккуратно выложенный высокими бастионами-копнами хлеб уже давно дожидался тех, кто его вырастил.

Изрезанный глубокими окопами первой мировой войны район стеснял действия конницы. Туго пришлось тогда полкам Буденного и полкам Примакова. Еще двадцать два дня несколько дивизий белополяков на фронте Заложцы – Подкамень – Броды отчаянно сопротивлялись натиску Конной армии, 45-й дивизии Якира, бригады Котовского, 47-й стрелковой и дивизии червонных казаков.

И вот, будто по иронии судьбы, в тот самый день, когда ударная группа Пилсудского с реки Вепш нанесла свой первый удар по советским дивизиям, наступавшим на Варшаву, Буденный и Якир, сломив упорство пилсудчиков у Брод – Подкаменя, двинулись к Львову. Примаков повел свои полки из района Нуще на Золотую Липу к Поморянам – Вишневичку.

Спустя два дня дивизии Конной армии и Золочевской группы Якира уже стояли у стен Львова. Полки червонного казачества через Перемышляны – Бобрка – Жидачев хлынули к Карпатам. Их окутанные голубой дымкой вершины виднелись за многие десятки верст.

Непрерывные бои и переходы, повседневное недоедание вызывали большие потери. Пополнение из-за Збруча поступало с перебоями. Основные резервы шли на юг против Врангеля, захватившего весь степной край. Вот тут и показали себя галицийские большевики. Они звали молодежь на борьбу, на защиту только что обретенной свободы.

С тех пор прошло сорок восемь лет. То, что откладывается в памяти, с годами постепенно улетучивается, а то, что залегло на сердце, остается в нем навеки. Вечно волнует сердце тот чистый порыв, с которым молодежь Галичины пришла к нам на помощь в те трудные дни.

Вот перед нами изданные в Варшаве в 1933 году под редакцией петлюровских генералов Сальского и Шандрука «Оперативные документы штаба армии УНР». Из них мы узнаем, что галичане добровольно вступают в Красную Армию, что штурмовали Ходоров 5-й и 6-й червонноказачьи полки, в которых половина бойцов – казаки, половина – галичане, что гражданское население относится к красным чрезвычайно хорошо и что в Галиции, в районе Тернополя, создается добровольческая Красная Армия…

Появление червонных казаков в предгорьях Карпат – Стрые, Дашаве, Болехуве, без сомнения, оживило деятельность всех патриотических сил Галичины.

Поправив дела у Варшавы, пан Пилсудский под давлением галицийских магнатов двинул к Львову свежие силы. Тут, где уже не было конницы Буденного, ушедшей к Замостью, появилась группа генерала Латынника – 8-я и 4-я пехотные дивизии с одной бригадой улан малиновых.

Под натиском старых белопольских дивизий и свежих полков Латынника 14-я советская армия отошла на восток. В конце августа Якир сдерживал натиск врага на фронте Каменка – Бобрка, 60-я дивизия – на линии Бобрка – Рогатин. 41-я, та самая, которая в декабре 1919 года вместе с червонными казаками и латышами освободила Харьков, а в феврале 1920 года вместе с Котовским – Одессу, оказывала героическое сопротивление пяти петлюровским дивизиям на фронте Рогатин – Подгайцы – Днестр.

Измотанная Стрыйским рейдом, во время которого передовые ее сотни доходили до Моршина – Болехова, а также тяжелыми боями в районе Николаева – Жидачева – Ходорова, дивизия червонных казаков 27 августа перешла в район Свиржа, из которого она, помогая пехоте 60-й дивизии, несколькими атаками вышибла легионеров и улан малиновых. А тут подоспел приказ – разбить конницу Тютюнника. Она сунулась из Галича на Подгайцы, чтобы оттуда нанести удар по Тернополю и захватить там Советское правительство Галичины.

Первая встреча червонных казаков с конными гайдамаками Петлюры произошла в начале января 1918 года под Полтавой. Потом было множество памятных для жовто-блакитной конницы схваток. Но давно уже не сходились клинком в клинок сыны трудовой Украины с сынками ее богатых хуторов. А вот довелось. И где? Почти в предгорьях Карпат.

Теперь с переходом в наступление пилсудчиков осмелели и петлюровцы. А раньше, когда червонные казаки громили штаб и тылы 6-й армии генерала графа Ромера, черношлычники отсиживались в районе Войнилова. Их штабисты, чтобы оправдать свое бездействие, распространяли чудовищные слухи, будто на польском фронте, кроме армии Буденного, оперирует еще 1-я червонноказачья армия, которой командует Примаков – русский, бывший офицер генерального штаба.

Известно – у страха глаза велики. Этот страх не только превратил дивизию червонных казаков в конную армию, но перекрестил черниговского украинца-гимназиста в русского офицера генштаба…

17
{"b":"88531","o":1}