В процессе работы торговцы приобретали характерное выражение лица и своеобразное дурашливое поведение. За маской клоуна скрывались манипулятивность, коварство и даже воровство. Сейчас их количество на улице было значительным, ведь несколько дней назад в город прибыл торговый караван, привезший около сотни торговцев. Они умели полностью заполнять пространство, оттесняя внимание жителей и других гостей города. Нельзя было недооценивать этих людей, большинство из которых было одето в мешковатую кандуру. Она всегда скрывала ношение защиты от огнестрельного оружия и личное оружие торговцев.
Несмотря на то, что ношение оружия в полисе было допустимо, его использование без крайней необходимости влекло за собой серьезные наказания, вплоть до публичной смертной казни. Соблюдение этого закона служило фундаментальным механизмом предотвращения проявлений агрессии среди массы на улицах города. Солдаты магистрата могли предоставить частичную поддержку в обеспечении безопасности, но основная ответственность всегда лежала на плечах граждан полиса. Этот строгий закон служил эффективным средством контроля, обеспечивая относительное спокойствие в городе.
В это время дня улица также наполнялась наемниками и путешественниками. Адри всегда старался учиться у них, внимательно следя за их поведением и манерами. Эти профессионалы вели себя уверенно и статно, в их глазах читалась усталость, сопровождаемая спокойствием. Они были невозмутимы перед провокациями со стороны солдат или торговцев. Как правило, это были люди, берущие разнообразные контракты на перевозку грузов, людей или информации – занятие, аналогичное тому, чем занимался Безул, но на более обширных территориях.
Одежда наемников напоминала ту, в которой был одет Адри: мембранный костюм или комбинезон, в руках оружие для дальних дистанций, а на спине массивные рюкзаки. Они предпочитали передвигаться по пустыне, избегая дорог и поселений, заходя в них только для пополнения запасов. Их внешность и поведение свидетельствовали о жизни в условиях, где всегда нужно быть на чеку и готовым к любым испытаниям, что делало их востребованными и уважаемыми в своем ремесле.
Жители полиса составляли основную часть обитателей красной улицы, готовые предложить свои товары и услуги. За последние несколько лет город установил логистические связи с оставшимися свободными полисами Ближнего Востока, что заметно подняло благосостояние города и привлекло новых граждан. Иберис славился качественными тканями, из которых шились костюмы и комбинезоны для передвижения по пустыне, а также обувь и различные припасы. Горожане также проявляли мастерство в ремонте и усовершенствовании этих неотъемлемых элементов выживания.
За несколько лет Адри стал свидетелем увеличения числа последователей хионизма на улицах. Они выделялись специальными серыми повязками или платками с орнаментом на голове и ежедневно агитировали в самых оживленных местах города, привлекая к себе новых последователей. Резкое увеличение числа верующих вызывало беспокойство у префекта, и год назад было принято решение ограничить мирные собрания хионитов. Однако это не слишком помогло, и с течением времени солдаты, патрулирующие улицы, все меньше обращали внимания на них.
Слухи о том, что в городе приветствуются различные вероисповедания, включая хионизм, быстро распространились, и в результате начали приходить беженцы, мотивированные только своей верой. Это значительно улучшило экономическое положение города, так как такие прибывшие были готовы принимать любую работу за любую оплату, лишь бы остаться в безопасности и избежать преследований. Молодая религия, возникшая сразу после освоения первой колонии на Хионе, быстро привлекла внимание даже за пределами Альянса.
Адри, пройдя несколько кварталов по красной улице, свернул за угол, где дорога уходила к его дому. Она проходила сквозь дворы двухэтажных зданий из красного, облупленного красного кирпича. Некоторые из этих зданий уже казались готовыми к обрушению. Адри остановился всего в нескольких метрах от своего дома, но ощущение опасности внезапно остановило его перед входом в собственное жилище. Он почувствовал исходящую угрозу из-за угла и едва слышное шептание.
Подумав несколько секунд, Адри немедленно побежал к своей двери. Из-за угла выбежали четверо молодых мужчин. Их поведение и внешний вид указывали на то, что они пришли за Адри. Юноша подбежал вплотную к двери и стал совать ключ во входную дверь своего дома. Однако они случайно выпали из его рук. Не успев среагировать, один из нападавших рывком сбил Адри с ног, а самый крепкий из них навалился всем весом на него. Смеясь, остальные трое наблюдали за этим действием, наслаждаясь унижением и чужой болью. Им казалось забавным унижение человека, который был меньше их. Это приносило им своеобразное удовлетворение и адреналиновый подъем от акта садизма.
– Лежи, не дёргайся! – произнёс самый толстый пацан.
Адри изо всех сил пытался освободиться, но все попытки были неудачными; вес навалившегося на него парня был в несколько раз больше.
– Что, где твоя сумасшедшая мамаша? Где прокуратор? Никто тебе не поможет! – после этих слов все закатились гогочущий в смех.
Толстый парень и его напарник подняли Адри и держали его руки, пока самый щуплый из них бил его в живот. Но правая рука Адри выскользнула, и он со всей силы ударил щуплого по носу. Тот закричал от боли. Толстый и крепкий парни опять схватили его и повалили на землю.
– Держите его руки! – прокричал самый щуплый из них.
Адри попытался вырваться, но они навалились на него всем своим весом. Щуплый парень подошёл со стороны головы и нанёс ответный удар в лицо. У Адри потекла кровь из носа, и он во все стороны начал крутить головой.
– Он меня заляпал! – обратившись к толпе, толстяк жалобно произнёс эти слова. На вид ему было около двадцати, но поведение было инфантильным и ребяческим.
– Тихо! – грубым басом заорал самый высокий и коренастый парень, который был явно старше всех остальных и, очевидно, был главным среди них.
Все затихли, даже Адри, в непонимании, что же сейчас должно произойти. Высокий парень встал над юношей, которого держал самый толстый из них. Он ехидным и злобным взглядом смотрел на него не отрываясь, затем достал старый барабанный пистолет.
– Знаешь, что это? – указывая взглядом он задал вопрос, демонстративно размахивая перед лицом Адри старым пистолетом.
Адри молчал, только смотрел ему в глаза. Он чувствовал, что нападавшие боится его. Они были из трущоб, все были одеты в старые, грязные мешковатые обноски.
– Я хочу всадить одну пулю тебе в голову, знаешь почему? – он спросил со злостью.
И снова Адри не проронил ни слова.
– Потому что ты тут не нужен. Если я тебя убью, никто о тебе не будет беспокоиться. Мне ничего за это не сделают! – со злой улыбкой на лице, произнёс главный.
Он направил пистолет к лицу юноши и одёрнул затвор. Вокруг резко появилось напряжение. Лица у всех стали такими же напуганными. Адри при этом широко открытыми глазами смотрел на него, ему не было страшно в этот момент, даже интересно, сможет ли нажать или нет.
– Ладно, пошли! – вымолвил щуплый, видимо, поняв, что, если сейчас не остановить процесс, может произойти убийство. Но Адри понимал, что это пустая угроза; подобное в городе жестоко каралось. Жирный отпустил руки Адри и резко встал с него. Адри лежал на песке возле своего дома, продолжая смотреть в глаза главному. Тот после нескольких секунд одёрнул затвор пистолета обратно.
– Живи, мы ещё скоро тебя навестим. Передай привет прокуратору, скоро вас всех сотрут в порошок! – громким голосом сказал старший.
Они развернулись, смеясь и обсуждая Адри, пошли в сторону красной улицы. Юноша остался лежать на песке ещё минуту. Адреналин некоторое время притуплял боль, давление в теле упало, из-за чего кружилась голова. Как только резкая, пронзающая боль дала о себе знать, Адри смог встать и сесть на порог своего дома, кровь ручьем потекла из носа. Он зажал крылья носа, его одолевала злость. Юноша представлял, как берёт ружьё Безула отстреливает их по одному в тот самый момент, когда они этого не ожидают, в аналогичной ситуации, как была несколько минут назад. Поднявшись, он пошёл в дом. Спустя несколько минут, когда к дому подошла Элана, она увидела кровь на пороге и открытую дверь в дом. Бегом она забежала внутрь.