Пожалуй, единственное, что Беннера не удивляло — поведение Локи. Он не помнил, что творил в обличье Халка, но после возвращения принцев на родину Старк показал запись с камеры наблюдения, которая поразила Беннера до глубины души. Он увидел, как впечатал Локи в бетонный пол, а тот остался жив и относительно здоров. Эта загадка терзала Беннера весь последний год, во многом из-за нее он прибыл в мир богов, но поговорить с Локи у него никак не получалось: тот присутствовал на завтраках и ужинах (обедов в Асгарде не было), держался вежливо и занимал отведенное ему место, а потом бесследно исчезал. Далеко не в первый день Беннеру таки удалось перехватить его, едва не зажав в угол. По крайней мере, ему показалось, что Локи не исчез только потому, что исчезать было некуда — они столкнулись практически в тупике.
— Здравствуй, Локи, я давно ищу тебя, — сказал Беннер по возможности дружелюбно. — Мне, наверное, стоит извиниться перед тобой за большого парня. Это было…
Не успел подобрать слова, как на его плечо легла тяжелая рука.
— Локи, Брюс, наконец-то вы вместе, — Тор положил вторую руку на плечо брату, и тот ощутимо вздрогнул. — Наконец, вы помиритесь. Пойдемте, это надо отметить. Выпьем в моих покоях.
Беннер оценил неожиданное появление Тора, а вот Локи помрачнел. Он не проронил ни слова, но покорно пошел с братом, не снимая руки со своего плеча. Втроем они заняли чуть ли не весь коридор и стали бы причиной заторов, если бы покои Тора не располагались неподалеку.
— Доброго эля нам, — распорядился Тор и плюхнулся на то, что Беннер назвал бы софой, если бы она существовала в Асгарде. — Дружеская беседа пойдет всем на пользу. Вам больше не нужно враждовать.
— Согласен, — улыбнулся Беннер. Локи ответил ему такой же дружелюбной улыбкой. — Я как раз хотел поговорить с Локи о его выносливости, о его силе.
— Это хороший разговор, — кивнул Тор. — Настоящие воины всегда расскажут парочку историй о своих подвигах.
— Я не о подвигах, — Беннер сел рядом с Локи, приглашая к беседе. — Я о его невероятной выносливости, о способностях, которые никак не соотносятся с известными мне законами физики.
— Оставь, друг, — Тор принял из рук слуги эль и лично разлил по чашам. — Выносливость Локи такая же, как у меня, это особенность всех асов.
— Но все же бетонный пол, — Беннер слишком поздно заметил ненавидящий взгляд, которым его одарил Локи.
— Какой пол? — заинтересованно переспросил Тор.
— Неважно, — Брюс отпил обжигающий горло напиток, чтобы выиграть пару секунд и собраться с мыслями. Тор не знал о столкновении Халка с Локи, а, учитывая, какие почести оказывают в Асгарде неудачливому завоевателю, будет лучше, если никто ни о чем не узнает. — В него попадали пули, а его тело…
— Не мое тело, — подал голос Локи. — Не стоит даже пытаться изучать его. Хочешь изучать — бери мою одежду, можешь возиться с ней, сколько хочешь. Наши одежды — это доспехи, даже если они так не выглядят. Они часто спасают нам жизнь.
— Вот как, — протянул Беннер. — Но ты все же сын двух народов…
— Друг! — Тор с грохотом поднял чашу, выпил и бросил на пол — традиция, к которой Беннер никак не мог привыкнуть. — Забудь о своих идеях. Не надо изучать моего брата. Ты изучаешь Асгард. Мой брат на Землю не вернется, он не опасен, лучше наслаждайся вотчиной богов.
— Как скажешь, — Беннер решил не затевать спор. Лучше бы он не встретил Тора в коридоре. Если бы он столкнулся с Локи один на один, то рассказал бы подробнее о своих идеях, подозрениях и прочем, заинтересовал бы его и добился согласия. Но ничего, время еще не упущено, надо выждать.
На счастье Беннера, хорошая возможность подвернулась буквально через пару дней. Несмотря на то, что Тору не понравились приставания к Локи, он старался помирить бывших врагов, пускай сам Локи не желал иметь никаких дел с мидгардским гостем. Поскольку у Брюса был свой интерес, то он соглашался на все совместные предприятия, одним из которых стало распитие прекрасного ванахеймского виски, лучше которого, по утверждению Тора, не сыщешь во всех Девяти мирах. Брюс редко позволял себе такие крепкие напитки, поэтому не оценил бы его прелести, даже если бы захотел, однако в данном случае напиваться не входило в его планы. Он надеялся, что Локи, разомлев от спиртного, позволит взять кровь на анализы. В последнее время Беннер набрал множество образцов разных видов местной ткани: растения, грибы, лишайники, мхи, животные — все обладатели живых клеток интересовали Брюса донельзя. У него не было с собой даже оптического микроскопа, поэтому он бережно складировал образцы в чемодан, снабжая подробными этикетками. Взять немного крови аса было не очень сложно — стоило попросить любого из слуг — а вот полукровка во дворце только один, и договориться пока с ним никак не получалось.
Когда первые чаши опустели, Брюс обратился к Локи с просьбой, но получил резкий отказ. Тор тоже заметно напрягся, что не укрылось от проницательного Беннера. Поскольку еще оставалось около пяти бутылок виски, он решил отойти от скользкой темы и усиленно продолжил делать вид, что пьет, пока асгардцы опустошали кружку за кружкой, восхищаясь вкусом огненного напитка. Тор становился все более веселым, шумным и бодрым, в то время как Локи все меньше участвовал в разговоре. Его взгляд затуманился, а потом он и вовсе уснул прямо за столом, положив голову на руки, на что Тор не обратил никакого внимания, и Брюс решил, что это обычная для Локи реакция на алкоголь.
Тор попытался привлечь друга к пустому разговору, но тот предпочел сделать вид, что тоже клюёт носом, разомлев от напитка и жары, царящей в протопленном золотом зале. Богу грома быстро наскучило пить практически в одиночестве, и он, уложив спящего брата на лавку, предложил проводить Беннера до его покоев. Сопровождение вовсе не входило в планы ученого, но отказ Тор бы не принял, поэтому, чтобы не вызывать лишних подозрений, Брюс позволил проводить себя до ближайшего поворота.
— Голова кружится, — произнес он, опираясь о стену. — Я лучше пойду подышу воздухом в одиночестве. Понаблюдаю за звездами.
— Только не замерзни. Зима ведь, еще простынешь и попадешь к Эйр. Изучишь нашу медицину на себе, — хохотнул Тор и пошел в противоположную сторону. Едва он скрылся за поворотом, как Беннер бросился обратно в залу. Локи лежал на лавке, безвольно свесив руку почти до пола. С бешено колотящимся сердцем Брюс подошел ближе, разглядывая спящего бога. Не притворяется ли? Беннер прислушался к ровному дыханию, потрогал свисающую руку и, совсем осмелев, убрал с лица растрепавшиеся волосы. Локи крепко спал и не чувствовал прикосновений. Второго такого шанса могло не представиться, поэтому Брюс решил рискнуть. Осторожно закатав рукав камзола Локи, он достал из кармана набор для взятия анализа крови, распечатал иглу и ввел ее в вену. Принц даже не пошевелился. Брюс, затаив дыхание, присоединил к игле пластиковую пробирку, в которую стала набираться кровь. Осталось совсем чуть-чуть, но… Именно в этот момент с грохотом открылась дверь. Беннер вздрогнул и дернулся — пробирка упала на пол.
— Брюс! — громыхнул Тор. — Что ты делаешь? Отойди от моего брата!
Бог грома мог этого и не говорить: Беннер и так отпрыгнул в сторону. И вовремя — Локи проснулся и сел, осоловело оглядываясь вокруг. Увидел струйку крови на своей руке и иглу, оставшуюся торчать в вене. Скривившись, он выдернул ее и отбросил в сторону. Потом резко встал и, потеряв равновесие, чуть не упал. Тор подхватил его и повел к выходу, смерив Брюса таким взглядом, что тот сделал еще пару шагов назад.
— Ты мой гость, но ты перешел черту, — сказал Тор таким тоном, какого Брюс никогда от него не слышал. Он пробормотал невнятные извинения, но Тор ничего не ответил и увел брата. Когда за ними закрылась дверь, ученый трясущимися руками поднял с пола закатившуюся под лавку пробирку с кровью и сунул ее в карман. Немного, конечно, но вполне хватит для исследований. Если пробирку не отберут. Брюс огляделся: ни одного слуги или раба — он так и не разобрался, кто именно прислуживал во дворце — повезло или они скрываются и наблюдают из-за закрытых дверей? Брюс сжал пробирку в кармане и беспрепятственно добрался до своей комнаты: никто не остановил его и ни о чем не спросил.
