— Сим карта просрочена, — Фену с неудовольствием оторвал от уха свой загадочный телефон. — Подожди меня тут, постарайся ничего не трогать и не привлекать ненужного внимания. Люди как асы — если просто сидеть и ничего не делать, тебя не тронут. Я схожу куплю новую симку и позвоню Алгиру. Дождись меня.
Он почти силой усадил Раиду на скамейку и направился к выходу из парка. Ученый никак не отреагировал: Фену для него теперь не существовал. Несколько минут он спокойно сидел и переводил взгляд с одного предмета на другой, стараясь определить, что из чего состоит. У него было одно желание — телепортировать домой весь этот сад целиком со всеми его деревьями и асфальтом. А там, в тиши лабораториума, заняться кропотливыми исследованиями всех возможных сплавов и соединений.
На одной скамейке с ним сидела и вязала светловолосая молодая немочка, болтая одновременно по телефону. Дамочка закрывала плечом почти весь аппарат, так что была видна только часть корпуса. Подле нее не менее молодой немец уткнулся в плоский экран, по которому летали круглые клювастые шарики и разбивали детские пирамидки. Раиду это заинтересовало настолько, что он пересел поближе. Немец бросил на него подозрительный взгляд и уткнулся обратно в экран. Он выделывал руками странные пассы, и красные шарики летали во все стороны, сшибая клетки и освобождая зеленые шарики. Это была настоящая магия! Но ведь ее не существует в мире людей.
— Möchten Sie probieren? {?}[Хотите попробовать?]
Раиду настолько увлекся шариками, что далеко не сразу понял, что ему предлагают попробовать. Он неуверенно кивнул и с большой опаской взял странный прибор. На ощупь он был теплым — но это от того, что лежал на коленях незнакомца. На самом деле он из металла, а вот из чего сделан экран?
Немец со свойственной только этой нацией скрупулезностью объяснил, как надо водить пальцами, чтобы птицей (Раиду присмотрелся повнимательнее, но в шарике с клювиком птицу не узнал. Похоже, в Мидгарде существовали птицы, похожие на печеные колобки) сбить клетки и получить как можно больше очков. Зачем нужны нарисованные очки, Раиду так и не понял, но провел чуть дрожащей рукой по экрану: птица улетела за его пределы. Раиду послабее провел рукой — птица не долетела. Если бы все то же самое происходило в Асгарде, ученый бы нисколько не удивился — какие только фокусы не показывают маги. Но это ведь технологии. Легкое прикосновение — опять недолет. Но сегодня даже проигрыши в игре не могли омрачить его приподнятого настроения.
— Wie funkzioniert es? {?}[Как это работает?]
Человек не понял вопроса. Стал рассказывать что-то о том, что эта игра уже третья в серии, что «планшет» ему недавно подарили и прочую ничего не значащую чушь. Раиду с сожалением вернул научный артефакт. Он не сможет за то небольшое время, что Фену нет, освоить эту игру. Надо купить такой экран, научиться им пользоваться, а потом разобрать на мелкие детали. А лучше купить сразу два, чтобы не откладывать разборку на потом.
— Я смотрю, ты не теряешь времени зря, — Фену уселся на скамейку, чуть потеснив всех. — Алгир через полчаса прибудет. Он был очень обрадован, услышал мой голос.
— Еще бы, — Раиду откровенно подсматривал за летающими шариками. Если бы он был магом, то сейчас бы наслал на всех этих людей сонные чары, забрал у них все ценные вещи и… Примерно это он и изложил Фену на языке асов.
— Ни в коем случае не нарушай местных законов, пускай и ради науки, — логист встал и потянул спутника за собой, уводя прочь от детской площадки. — В мире людей везде стоят камеры и снимают все на видео. У нас только один Хеймдаль, а у них множество, и эти Хеймдали никогда не дремлют.
— Здешняя диктатура сходна обличаем с нашей? — изумился Раиду. — Мы дерзко сражались со зловредной вороной Одина, а люди во всем блюдут меру?
— В человеческом мире вечные перекосы, — отозвался Фену, не выпуская из рук телефон. — Теоретически камеры — это нарушение прав личности, свободы передвижения, свободы высказывания анонимного мнения и прочее, но слежка, очень удобная местным правящим классам, объявлена безопасностью, и люди сами просят, чтобы за ними следили.
Раиду не слушал. На обочине дорожки сидел человек, а рядом с ним стояло средство передвижения на двух колесах, которое недавно пронеслось мимо ученых. Фену едва удержал Раиду, направившегося было к велосипеду и его хозяину.
— Пока у нас есть время, пошли в магазин. Я пить хочу. Заодно покажу тебе местные лавки, — Фену очень надеялся отвлечь своего неугомонного друга от зависания на каждом шагу и рассматривания каждой мало-мальски непонятной вещи. И ведь это они еще не вышли из парка. А если он увидит центральный вокзал, стройку вокруг него, высотные дома? Фену даже представить не мог, что сопровождение одного из лучших естественников будет столь сложной задачей. А если бы мог, то отказался бы от такой безумной затеи.
Они перешли бетонный мост и вышли на маленькую Neckarstrasse. По ней ездили трамваи и машины. Раиду встал, как вкопанный, с каким-то благоговейным трепетом и испугом наблюдая за проносящимися мимо него автомобилями, за чинно проехавшим и прогудевшим трамваем.
— Как люди не лишаются рассудка, бросаясь под колеса? — только и выговорил он.
— Ходят только на зеленый свет вон того светофора или по белым полоскам на асфальте, — Фену нетерпеливо взял за руку ученого и с легкостью перешел через дорогу. Он никогда раньше не водил новых логистов по Мидгарду — новичками занимался Алгир. Фену, давно привыкший к реалиям современного мира, понятия не имел, как на него отреагирует тот, кто знает новый мир только по книгам…
Стоило отвлечься на секунду, как Раиду уже едва не обнимался с ближайшим оштукатуренным домом. Отковырнул немного побелки и с большим интересом пробовал её на зуб.
Фену почувствовал легкое раздражение — вести переговоры с поставщиками было много проще, чем следить за одним фанатичным естественником. Огромных трудов стоило дотащить его до магазина еды. Сперва Раиду задавал бесчисленное количество вопросов, потом понял, что собеседник ему ни в чем не поможет, и начал поднимать и изучать все, что попадалось по пути, особенное внимание уделяя мелкому мусору. Фену пришлось заверить его, что в магазине этого добра довольно. Он заглянул в кошелек. На карточке денег не было, зато в главном отделении приятно шелестели пятидесятиевровые купюры. Тем временем спутник, оставленный без внимания на несколько мгновений, уже ощупывал ближайший фонарный столб. Логист страдальчески вздохнул, прикидывая, сколько времени осталось до того, как удастся передать его Алгиру с рук на руки.
Простые смертные приезжали в Штутгарт для того, чтобы оценить красоты исторической части города — посмотреть на городской театр, старый вокзал, старый замок, домовую церковь, прогуляться по Королевской улице, сплошь заставленной маленькими ресторанчиками, памятниками и магазинчиками. Сам Фену редко бывал в Германии: обычно он работал в Швеции, — но Штутгарт искренне любил и к Алгиру порой приезжал в гости. Они обязательно заходили в музей искусства, потом шли на площадь рядом со старым замком и садились в летнее кафе. Попивая вино и поедая мороженое, наблюдали за жителями и гостями города, беседуя о поставках сырья на свою суровую родину. Фену привык к размеренной жизни, и неугомонный естественник, напоминавший маленького ребенка, только-только научившегося ходить и говорить, немного раздражал его. И зря он считал, что в продуктовом супермаркете ему будет проще.
— Это что, все еда? Да её хватит, чтобы прокормить поселение в течение нескольких ночей. Так вот, чем питаются города-миллионики… Холодильник. Самый настоящий. Холодный. Овощи в нем прохладные. И никакой магии… Эмульгатор лецитин, яичный порошок, его используют в еде, карбонат аммония, гидрокарбонат натрия, его тоже используют?! Рассудка можно лишиться. Скажи мне только одно — как все это устроено? Как люди производят столько разной еды? Как они её перевозят?
Фену старался не слушать бормотания Раиду, позволяя складывать в корзинку любые продукты. Денег у них достаточно на любую блажь, а объяснить увлеченному ученому, что большая часть еды людей несъедобна, он даже не пытался. Скорее всего Раиду не есть все это будет, а проводить какие-нибудь сложные опыты.
