Хотел было он взглянуть на небо, забравшись на ближайшую высотку, но увидел только коричневое полотно. Йеров смог, чтоб неладен был.
Отрастив крылья, Фокуснику пришлось низко лететь в сторону «как можно быстрее убраться за черту города», периодически двигаясь опасно узко меж зданий. Пируэты были вынужденной мерой, потому что высоко в воздухе его так однажды приняли за боеголовку. Находиться под прицелом нескольких установок ПВО не слишком-то приятно, хоть сами установки мало чем способны ему помешать. Да и лишний раз раздражать «арктурцев» не хотелось.
Когда пригород Ксенона остался лишь тонкой полосой на горизонте, он наконец-то выбрался за пределы огромной пелены смога. Приземлившись на случайном голом холмике, Фокусник уставился в теперь уже ясное небо, на которое, казалось, он обращал внимание слишком давно.
Почти треть небосвода занимала огромная темно-фиолетовая сфера, хоть при этом половина её была скрыта за горизонтом, за свою монументальность прозванная «Отцом» давным-давно. Слева от него, почти возле земли мирно парил грязно-бирюзовый шарик – Фракт, а справа в, примерно, такой же отдаленности от Отца, находился Кирк, выглядевший точь-в-точь как газовый гигант, только полностью белый.
В Кирк попасть было нельзя, сколько Фокусник себя знал (и, наверняка, сильно дольше). Отец же и вовсе представал аномалией, в которую действительно нельзя было попасть, в отличии от белого мира, что просто охранялся пачкой агрессивно настроенных Возвышенных, уничтожавших любого удумавшего приблизиться к их родине.
Как удачно, что экспансия ВОСТОРГа оказалась задушена его неудобным географическим положением меж двух больших миров, по коим невозможно провести массивный флот, в то время как по тонким тяжам крохотных миров на оконечностях ветвей могли пролететь разве что небольшие эсминцы. Иначе на десятки, а то и сотни миров больше оказалось опустошено в бесконечной погоне за ресурсами. ВОСТОРГ, как жадный ребенок, ел и ел, пока не понял, что больше сладостей не будет, остановившись на сорока двух мирах своей ветви, к которым удалось добраться большим флотом. Почти два десятка совсем крохотных мирков на оконечностях ветвей технологическому титану были недоступны. Случись иначе, то на сегодняшний день большая часть Сети Миров оказалась бы под пятой Триумвирата, разве что кроме Ийера, Дрейга, Фракта и Кирка. Естественно, невозможность протолкнуть линкоры и фрегаты не значила, что высшие мира сего просто так откажутся от множества ресурсных территорий – вместо тактики выжженной земли стали применяться чуть более… мягкие методы. Например, захват правительств.
Он любил этот, по сути ставший родным, мир, но он был тем еще гадюшником. Во всех смыслах.
Стоило глянуть в противоположную от Отца сторону, как открывался вид на россыпь из более чем двух сотен мирков ветвей трех больших миров. Несколько самых близких и больших походили на массивные луны, зеленую и не только поверхность коих можно было легко рассмотреть в телескоп, в то время как самые дальние и крошечные мало чем отличались от тех тусклых звезд, что вращались вокруг каждого мира, формируя времена суток. И во всем этом ночном великолепии Освальд пытался ощутить направление поисков, указывавшее прямо на Отца.
Естественно, Сандей была не в нем, а за ним. Судя по вектору, в Дрейге или в каком-то из миров его ветви. Точнее сказать было сложно, потому как червь Клокрима действовал как мощный фонарик, направленный прямо в лицо, а у Сандей тот едва укрепился.
Но теперь он хотя бы знает, в каком направлении стоит копать. Оставалось надеяться, что червя не раскроют слишком быстро.
…
Стоило на один день прерваться от череды бессмысленных миссий, отдохнуть в своем баре и набить брюхо яствами богов, как сразу повылезали всякие. Ну нельзя было НЕ выламывать йерову дверь? Он понимал, что вмятина, по факту, хуже не сделает, но все равно… Постучались бы хоть.
Не с ноги, важное уточнение.
Вот и настигли арктурцы Фокусника в самом уязвимом из возможных его положений – с панкейком на вилке. Меньше пяти секунд ушло на то, чтобы толпа мужиков в экзоброне с шоковыми пушками (подготовились, поганцы) окружила сидевшего за стойкой вяза. Байкерское сословие отточенными рефлексами повытаскивало огнестрел, но вряд ли малокалиберные пульки пробьют технологичную импульсную броню. В первую очередь они давали понять, что будут защищать Айнза Оал Мяун’а любой ценой.
— Эй, Ос, — шепотом обратился Кон, сидевший чуть правее, — кто это? Почему нам пушками в лицо тычут?
Бедный некромантище находился в настоящей прострации. Подобным образом от еды его еще не отвлекали. Ничего, привыкнет.
— Не парься, я разрулю. Только не тупи и, если говорят целовать пол – делай.
Ленни же было плевать, как и всегда – он натирал свой стакан. Если приходили разбираться с клиентами, бармена обычно не трогали.
— Тц-тц-тц… Фокусник-Фокусник, ты ведь не думал, что твои действия останутся безнаказанными? — в дверях же показался тонкий мужчина в деловом костюме серых тонов, бронированном наверняка не хуже снаряжения штурмовиков. В отличии от своих подчиненных, он действовал вальяжно, успевая глубоко затягиваться дорогущей (и по цене, и по здоровью, в текущих-то реалиях) сигаретой. Однако, хоть и выглядел он солидно, впечатление вызывал… своеобразное.
О, а этого он знал. Офицер А-851, известный также как самый большой лох ЧВК Арктур или попросту Риззли Ридус. Сколько они знакомы… много, в общем. И с тех пор он совершенно не поднялся по карьерной лестнице, если судить по тому, что бедняга до сих пор водит за собой отряд карателей, не забывая прикуривать в пути.
— Хватит говорить, как клишированный злодей. Ты портишь атмосферу, знаешь?
— Как можно испортить болото? Вычистить его? Получается, этим я и занимаюсь, прости уж, — максимально иронично, насколько позволял великий талант комедианта, ответил Риззли. Да уж, разговоры вне устава не его конек.
— Слушай, я тут занят вообще-то, — указал вилкой на полную панкейков тарелку Фокусник, — так что давай вещай, что хотел, и возвращайся в штаб кошмарить новобранцев. Ну или чем ты там обычно в перерывах от кофе занимаешься?
— Что? Да как ты…
— Ну вот так посмел. Чего надо?
Нет хуже оскорбления полевому «командиру», чем приписка к штатским. У многих аж искры из пятой точки идут, особенно у малорезультативных. Вон как помидор начал надуваться.
— Ты арестован за нарушение границ воздушного пространства ЧВК Арктур. Кроме тог…
— Эй, с каких пор тяж во Фракт принадлежит Арктуру? В Первой Гордской Ревизии, которую Триумвират, напоминаю, за 85 лет так и не поменял, четко прописано, что тяжи являются общественным достоянием.
— Как будто Триумвирату не плевать на тот договор.
— Ну слушай. По отдельности каждой из корп действительно плевать, но ведь нарушение Первой Ревизии отличный повод прижать конкурента. И, поверь, Новый Ты и Группа Сильда шансом сразу воспользуются. Прояви признаки мыслительного процесса и скажи, кого Арктур сделает крайним в случае такой нападки?
— Естественно, командующего базой.
— А вот и не верно. Шестеренки у тебя тугие, погляжу, так что объясняю: ты крайний. Не потому, что Арктур хочет сохранить того командующего или подложить тебе вонючий пакет под дверь, а потому что не хочет разбираться со мной. Им это просто невыгодно в финансовом плане, поверь. Ты ведь знаешь, что делает инициатива с инициатором в той известной поговорке.
— Мы – Армия этого…
— Армия клоунов разве что, а ты в ней медведь на моноколесе. Арктур в первую очередь корпа, а только затем ЧВК, — очередной раз перебил юродивого Фокусник, — ты действительно думаешь, что наказание какого-то искрящего с возможной ответкой от двух других корп стоит того?
И замолчал. Вот так выглядит давление авторитетом. Хотя, нет, скорее интеллектом, особенно учитывая мыслительные способности индивида напротив. Чего уж, если Фокусник в его присутствии даже мыслил пренебрежительно. А случалось подобное довольно редко.