Рус ржет, быстро пересекая зал и почти полностью закрывая от меня девушку. Но я умудряюсь рассматривать чисто профессионально.

И правда есть в них что-то похожее.

Ахмедовы тихо спорят, Ира поджимает губы, обиженно глядя на брата, а он проводит большой ладонью по своему бритому под единичку затылку.

– Пожалуйста, Рустам, – долетает до меня, когда парни перестают шуметь и уходят из зала за водой и тряпками. – Пожалуйста, – хватает его за мощную руку, – помоги мне. Если ты не заступишься, я не знаю, что будет со мной дальше.

Ахмедов оглядывается, замечает мой слишком пристальный взгляд и, хрустнув шеей, возвращает внимание сестре.

– Отец будет недоволен уже тем, что ты сбежала, Ира, – строго отчитывает ее. – Пришла без разрешения туда, где нет ни одной женщины, только полуголые мужчины.

– Я не смотрю, – упрямо поджимает губы.

– Еще бы ты смотрела! – рявкает Рустам. – Что у тебя в голове, скажи мне? Без грамма физической подготовки, еще и с твоими проблемами, прыгать из окна?

Ого!

Тихо посмеиваюсь, поняв теперь природу происхождения сухого листика в ее растрепавшихся волосах. Отчаянная, однако. Точно Ахмедова.

– Он бы меня не выпустил. – Она даже ногой топает от обиды.

– А дождаться меня не судьба? – Рустам складывает руки на груди. Ира тут же копирует его позу.

– Ты сказал, что не приедешь сегодня ночевать. А мне очень надо было тебя увидеть. Рус, ну пожалуйста. Сделай что-нибудь. – Она мило складывает ладошки в умоляющем жесте.

Что-то в ней есть такое, цепляющее. Вроде обычная, темненькая зеленоглазка с черными густыми ресницами. Забавная в этой своей перепачканной юбке. И я даже отвожу взгляд, потому что девочка эта из другого мира, там свои правила, которые необходимо уважать. Смотрю в окно, но взгляд снова сам ловит упавшую на пол тень ее силуэта и поднимается выше по свободной юбке, тонкой талии к поджатым бледным губам.

«Ты охренел, майор?!» – даю себе ощутимый такой, мысленный подзатыльник.

– Давай позже обсудим, Ир. – В голосе Рустама чувствуется нерв. – Не здесь. Денег дам сейчас, домой езжай. Я вернусь…

– Не пойду туда одна, – продолжает упрямиться его сестренка. – Я боюсь, – шепотом.

Я много знаю про старшего Ахмедова. Рус, например, здесь тоже против воли отца, но за побег из окна, будь у меня дочь, я бы ее тоже выпорол. Это ж надо было додуматься!

Сижу и какого-то хрена улыбаюсь.

– Ладно, – вздыхает Рустам. – С нами в бар поедешь. Но, Ира! Сидеть тихо, не пялиться, ни влезать в разговоры, и вообще не отсвечивать. Ясно? Представь, что ты невидимка.

«Да поздно, Рус, я ее уже вижу», – тихо смеюсь сам над собой и разворачиваюсь к вернувшимся парням, вытягивая ноги на матах и прислоняясь к выкрашенной лет десять назад шершавой стене.

– Обещаю. – До меня эхом долетает шелест голоса Иры.

Ворон

Я давно обещал парням вылазку в «Форвард», неплохой спорт-бар, как раз здесь, недалеко от нашего зала. Сегодня для того чтобы попасть туда, у нас аж целых два повода: трансляция важного хоккейного матча и день, свободный от специальной диеты, которую для них разработал мой хороший знакомый спортивный медик, чтобы форма для сдачи нормативов при отборе в контрактный контртеррористический специальный отряд была на высшем уровне.

И нужна она там далеко не для красоты. Пацанам придется выполнять сложные боевые задачи, длительное время быть в движении, перемещаясь в сложных условиях и рельефах местности. Выполнить задачу и выжить в таких ситуациях помогают не только опыт, но и детали.

Я пару лет назад ушел полностью из структуры, работаю начальником службы безопасности у молодого, но уже успешного бизнесмена, Руслана Грановского. Но те, кто там побывал, знают: бывших бойцов спецподразделений не бывает. И чтобы накормить эту часть себя, да и просто помочь реально нормальным пацанам, я взялся делать из них машины для убийства.

– Завтра вечером тир, – озвучиваю парням, пока они домывают полы.

Забавная девочка Ира сидит на длинной деревянной скамейке, загнанной нами в самый угол за ненадобностью, делает вид, что рассматривает собственные ногти, а на самом деле бессовестно смотрит на обнаженных по пояс парней.

Это хороший знак. Раз девочка заглядывается, значит, нужной формы они достигли.

Смотрит на меня. Подмигиваю, улыбается и опускает взгляд, но густые черные ресницы тут же порхают вверх, и мы снова смотрим прямо в глаза друг другу. У нее там живут маленькие чертята, и эта дурацкая юбка только добавляет ее виду чего-то эдакого… особенного. Она ей не идет ни хрена, если честно, но я пялюсь, падая взглядом с болотных глаз на острые коленки, обтянутые тканью.

Полы высыхают. Душевых в старом зале отродясь не было, зато на улице есть шланг, и тепло еще там. Оставляем растрепанную ведьмочку в зале, а сами выходим обливаться. Не липкими и вонючими же нам тащиться в приличное заведение.

Еще буквально минут десять уходит на сборы, проверку и закрытие зала. Рустам забирает сестру к себе и тихо требует, чтобы шла рядом с ним. Мы с Мироном и еще парой ребят выдвигаемся чуть вперед. Обсуждаем этап первого отбора. Рассказываю некоторые нюансы, которые мог упустить при нашем первом разговоре. Слушают, впитывают.

Переходим через дорогу на светофоре, сворачиваем на одну из улиц и упираемся в вывеску, написанную в, как я это называю, футбольном стиле – «спорт-бар ФОРВАРД».

Посмотреть здесь можно все что угодно. Днем подают только перекусы, безалкогольные и слабоалкогольные напитки, а вечером он превращается в нечто похожее на обычный бар, где спорт можно посмотреть уже под что-то покрепче. Надо же им как-то выживать.

Внутри довольно уютно. Небольшая барная стойка между двумя колоннами, везде атрибутика: шарфы, флаги, много фотографий, есть даже футболка с автографом и баскетбольное кольцо под потолком. Столики, диваны, большой телевизор.

Я еще вчера забронировал нам диван. Рассаживаемся. На меня с детской надеждой смотрят глаза здоровенных парней в возрасте от двадцати двух до двадцати пяти, способных грамотно применив силу, за считаные секунды сломать пару костей своему врагу и мечтающие сожрать прямо сейчас что-то запрещенное.

Толкаю к ним меню и предупреждаю только об одном:

– Никакого бухла, никакого безалкогольного пива. Все остальное сегодня можно.

Довольные пиздец просто!

Облизнув губы, чтобы не стебаться, тоже погружаюсь в меню, подглядывая, как черноволосая ведьмочка в пыльной юбке заглядывает в папку через плечо старшего брата и тонким пальчиком указывает на свои хотелки.

На наш стол выгружают закуски. Среди них одна из моих любимых в этом заведении – океаническая. На хрустящем листе салата выложены кусочки отварного картофеля, пряная селедка и тоненькая долька лимона. Сворачиваю это все в подобие рулета и с кайфом кусаю. Так мало нам, мужикам, иногда надо для счастья. Аж смешно.

Пью обычную минералку и смотрю на экран. В зале бара шумно. Народ обсуждает матч, негодует или радуется. Мужики матерятся, вскрикивают, вскакивают со своих мест и падают обратно, а ведьмочка тихо наблюдает за происходящим.

Скосив взгляд, в ответ снова наблюдаю за ней.

Вот надо было тебе прийти к нам сегодня, а? Не сиделось дома!

А я, вроде привыкший перебиваться случайными связями, чтобы никого не втягивать в свой образ жизни и не иметь уязвимостей, бессовестно залипаю. Да еще на ком?! На младшей сестренке своего бойца.

Мда, Ворон… Баба у тебя когда последний раз была? Это ты просто недотраханный, вот и ведет.

Мля, да некогда же! Даже на чертов секс не всегда остается время. Утром встал, отжался, опустил в критической ситуации и дальше работать. Вот и весь мой секс в последнее время.

Надо бы скорректировать.

Но смотреть-то можно! И я смотрю. На губы ее розовые, на светлую кожу, на офигенную хитринку во взгляде, тонкие черные брови и симпатичный нос. Она ловит мой взгляд на себе. Застываем. Сглатывает, не отворачивается. Меня отвлекает очередной крик болельщиков.