— Как со мной? Я в режимной зоне, кто его сюда пустит!
— Ой, ладно, не грузите меня! — и Анжела отключилась.
Вальжан выглядел довольным:
— На нет и суда нет! — заявил он. — Шеф, трогай!
Дирекция.
Справа от Плотины имелась пологая земляная насыпь, по которой змеилась грунтовая колея, и таким образом автобус выехал из ущелья на асфальт. Это была федеральная трасса М5. Направо Москва, налево Казань. Проезд открывался с 8 утра до 8 вечера. Сейчас он был закрыт.
Автобус миновал площадку, густо уставленную вышками, бывшие ОРУ-открытые распределительные устройства. Большинство проводов отсутствовало, только мачты уцелели.
Оперативный персонал дежурил везде-на 3-х ОРУ, на гидротехнических сооружениях, в главном здании и машзале, и чтобы не собирать всех поодиночке, они добирались до места сбора, у стеллы, самостоятельно. Сюда людей доставляли служебные пикапы, на них же новая смена отправлялась по местам.
Ранее обслугой ГЭС занимались 280 человек-инженеры, электрики, водолазы. Теперь же осталось 22.
Предыдущая вахта встретила автобус бурно, стучали кулаками в окна, кидали пустые пластиковые бутылки. Смена отвечала дружным матом. Водила кричал:
— Отойдите от машины, нелюди!
Приехавшие споро разошлись, до открытия трассы оставалось недолго, необходимо было до это времени добраться до отдаленных площадок.
Пикапы разъехались, автобус ушел, и пять человек понуро побрели к зданию дирекции. Директор здесь никогда не заседал, но здание по привычке называли так.
Рядом с центральным входом висела табличка «Рус гидро», расколотая пополам. Над дверями торчали разбитые подчистую светильники, и можно было лишь догадываться, какой они были формы.
Большинство окон было забито фанерой. Там, где стекла уцелели, в основном на верхних этажах, из покрывал толстый слой пыли. Многие были в трещинах. Кое-где вместо окон зияли неприкрытые дыры, из которых торчали измочаленные занавески. Торжество упадка.
Когда большая вода ушла, ГЭС перестала быть нужной, наступил недолгий период анархии. С Плотины тащили все, от офисной техники до проводов. Кстати, один цельный провод от ГЭС до ОРУ весил 8 тонн! А чистая медь дорого стоит.
Потом директора расстреляли, установили Периметр и навели порядок, который вахта и поддерживала все эти годы. Не знаю, надеялись ли в Правительстве, что ГЭС снова заработает, либо Плотину решили сохранить как памятник.
В дирекции вахтовики разошлись по рабочим местам. Им предстояло встретиться лишь у автобуса через сутки.
Внутри помещения имелся лифт, естественно не работающий. Шахта углублялась вниз на 30 метров, на технические этажи, и на столько же вверх. В помещении мало что работало из прежнего оборудования. Аварийное освещение и электропитание дежурного оборудования обеспечивалось от дизель-генераторов, за которыми следил отельный человек. Кстати, им оказался тот самый дружелюбный чмырь в капюшоне.
«Офис» Вальжана находился на 4-м этаже. Довольно просторный кабинет с кучей столов, где некогда стояла офисная техника. От некоторых остались сломанные корпуса.
Из открытого окна с треснувшими стеклами доносился ровный шум-по М5 пошел транспорт.
В кабинете работал небольшой холодильник. Вальжан сунул туда пакет с продуктами. Я заранее не озаботился о питании, он успокоил, что жратвы хватит на обоих. Да и не жрать мы сюда пришли, заявил он.
Он включил чайник в единственную работающую розетку и радио. На железном столике рядом с чайником обнаружились «общие» кофе и сахар. Стало уютненько.
— В эфире новости! — жизнерадостно сообщило радио. — Всех радиослушателей интересуют причины разводы Эжены Развалюевой!
— А кто это? — поддел Вальжан. — И почему мы об этом должны знать?
Он переключил волну на рекламу, но оказалось, что он ее уже слышал, и выключил.
— Что ты знаешь о Двойниках? — поинтересовался он.
— 28 случаев за полгода. 11 человек погибло. Двойники не агрессивны, склонны к суициду.
— Все? Немного. Почему они бегут сюда, не установили?
— Что значит бегут? Тебе явно известно больше, чем мне. И про модуль Пантанала у меня тоже нет никаких данных.
— Это секретная информация. Модуль нам с тобой еще предстоит отыскать.
— Стоит ли? Все, что связано с Пантаналом, большой обман. Чудо, которого нет.
Вальжан серьезно посмотрел на меня и сказал слова, которые вряд ли кому-нибудь бы понравились.
— Это не чудо, это единственный нас шанс на спасение. Ты спросил, от кого бегут Двойники? Всего сказать не могу, связан подпиской о неразглашении. Двойники не бегут, они спасаются. Но не это должно нас беспокоить. Подумаешь, жены их не узнают, шрамы рассосались и подобная чушь. Это их проблемы. Страшнее другое. Та жуть, от чего они спасаются, идет следом за ними!
И он спросил:
— Ты захватил ствол? Сколько у тебя патронов?
Витязь на распутье.
Согласно теории множественности миров (ТММ) Эверетта происходят все события. То есть нет дилеммы витязя перед камнем. Направо пойдешь, коня потеряешь. Направо, жизнь. Прямо-и жизнь и коняку.
На самом деле витязь следует по все трем направлениям сразу. Просто в этом месте возникает 3 непересекающиеся реальности. В следующем месте, где витязю предстоит сделать выбор, он опять-таки выбирает кнопку «Все».
Если представить комнату с единственно находящимся в ней человеком, и допустить, что мы сможем наблюдать все вариации событий, то за бесконечно большое время она окажется полностью лишена свободного места. Дубликаты человека во всех местах принятия решения забьют комнаты до предела.
«До предела» это конечно не научный термин. Современная физика допускает существование мира в виде куба сверхплотной материи, где произошли все возможные события. Там нет отдельных людей, прогресса, войн. Куб мёртвой материи с гранью в миллионы световых лет.
— Это мы! — ухмыльнулся Вальжан.
— Верю, сам болтун! — серьезно согласился я. — И что из этого теоретического бреда важно для выполнения задания?
— Представь, существует множество миров, похожих на наш. Там живут точно такие Вальжан и Вершинин. Где счастливее, где нет. Миры не пересекаются и вообще не имеют ничего общего, существуют сами по себе. Потом появляется Пантанал. Вещь хорошая. Можно солдат в тыл врагу забросить, кучу народу перестрелять, Европу захватить, мир заставить через жопу дышать. Но есть один маленький даже не дефект, так, побочный эффект. Он нарушает фундаментальные законы физики. Даже не так. Он заставляет проявляться законам, о которых мы и представления не имеем. И не будем иметь еще лет 100. ТММ не допускает возможность соединения миров с разными вариациями, а Пантанал наплевал на теорию. Его и создали, чтобы подавлять и властвовать! Он и подавил, а мы имеем, что имеем!
— Двойников, проникших из параллельной реальности! — догадался я.
— Не проникших, а бежавших! — поправил Вальжан. — Это ведь здорово. Бежать от своих проблем в мир, где этих проблем нет.
— Это что же получается? Наш мир лучше ихнего?
— Получается! — вздохнул Вальжан. — Допускаю, что есть балдежные реальности, куда бы мы сами с удовольствием сбежали. Но твои Двойники бегут из своего мира с упорством достойном лучшего применения. Да и черт бы с ними. Но есть сведения, что вслед за ними в наш мир просачивается нечто, от чего они все спасаются. Представляешь, чем это грозит?
— Многочисленные жертвы. Паника.
— Именно. Мы не знаем точно, чем нам это грозит. Мы не имеем способов защиты. Мир совершенно иной, что там принято, что нет, нам неизвестно. Единственно, мы знаем из какой щели они все выползли. Модуль Пантанала открылся на Плотине, нам необходимо обнаружить его и заткнуть фонтан.
— Плотина она большая.
— У меня есть необходимое оборудование.
— Так что мы теряем время?
— Поиски проведем ночью, когда закроют трассу. К тому же у меня есть служебные обязанности по вахте.