Дверь конюшни открылась и мужик, рассказывавший Ристу накануне о перевозке, вывел под уздцы двух коней, а Эльмир – главный извозчик – и еще несколько пареньков стали их впрягать. В каждую повозку впрягали по шесть лошадей. Парень невольно залюбовался грациозными животными. Они были молоды, ухожены и вычищены, даже гривы аккуратно заплетены, а блестящая шерсть переливалась в утреннем свете. Жеребцы и кобылки нетерпеливо били копытами, им хотелось скорее отправиться в путь.
Из разговора конюхов Рист понял, что старшего над ними – знакомого мужика – звали Йорзом. Он сам впрягал некоторых лошадей. В каждом его аккуратном жесте и прикосновении к животным чувствовалась забота. Он похлопал по шее последнюю впряженную лошадку, подошел к Эльмиру и двум другим извозчикам, наставляя их.
Рист занял место за спиной Эльмира в первой повозке. Какой-то паренек собрал плату за поездку с каждого пассажира, главный извозчик подал команду лошадям, и те двинулись с места. Йорз проводил взглядом колонну и скрылся в конюшне. По деревне кони шли быстрым шагом, а дальше перешли на среднюю рысь. Мимо проплыли дома, базарное перепутье осталось позади. Дорога вильнула, и село вовсе скрылось из виду, а вскоре затих приглушенный гомон торговли, на смену которому появилось веселое щебетание птиц.
Через некоторое время в пути какая-то ворчливая женщина спросила:
– Мы так и будем тащиться всю дорогу? Может, пустите своих кобыл быстрее?
– Нет, – ответил Эльмир. – Едем в таком темпе. Будем в Новом Городе чуть раньше полудня, как и было обещано, – а потом пробурчал себе под нос так, что его услышал только Рист: – увидит Йорз, что хоть одна лошадь загнана или ногу подвернула, шкуру с меня спустит.
Рист улыбнулся и решил, что надо будет оставить извозчикам на чай.
Он наслаждался поездкой, приглушенным цоканьем копыт по дороге, плывущим мимо пейзажем. Утренняя бодрящая прохлада стала сменяться приятным теплом солнца, лучи которого проглядывали сквозь частые легкие облака. Пока они ехали, пассажиры почти не разговаривали. Лишь иногда обменивались тихими фразами. Многие дремали, опустив голову на плечо соседа или откинув ее на высокую спинку сиденья. А Рист все любовался природой, такой могучей, сильной, бескрайней, и надеялся когда-нибудь забыть, что где-то существует мир, напрочь лишенный жизни.
7. Свинья и арфа
В зале сборов военных отрядов стояла возня. Вернувшись с вахт, патрульные снимали обмундирование, ставили на место механизмы связи и вполголоса переговаривались, обсуждая последнее дежурство или планы на предстоящий отдых. Им на смену собирались другие эфоры, готовясь заступить в патруль. Первые обменивались новостями со вторыми, рассказывали о нежити, которую встретили в этот раз. Почему-то основной наплыв этих существ происходил в королевстве Ирпеир, в северном округе, и в граничащем с ним государстве Сурсо. Возможно, это связано с изменением климата: лето выдалось жарким в этом году, а нежить любит прохладу и поэтому стягивается к северу. Хотя в прошлом подобного поведения не наблюдалось. Как бы то ни было, работы у эфоров все прибавлялось, хотя обычно после Сдвига наступает затишье во всем Мире, но не в этот раз. Патрули не успевают объехать все деревни в своей области дежурства несмотря на то, что после последнего заседания глав подразделений с Кэмиллусом эфоров перераспределили по Миру, перекинув треть патрульных с Иофу и Ирили на Альсирон. Это значительно облегчило задачу, но все равно дежурные не могли справиться полностью. Все они были уставшие и взбудораженные, это слышалось в их голосах.
Зал негромко жужжал, впуская и выпуская партии эфорских отрядов. Като стоял в стороне, иногда обмениваясь репликами с командирами групп. Он ждал Дисс, которая заканчивала сборы и уже застегивала плащ. Она вернулась с задания поздней ночью – их группу послали на закрытие разлома – и спать легла только под утро. Девушка едва не проспала сборы, назначенные Като для внештатного задания. Не успев поесть, она наскоро влезла в одежду, завязала недлинные рыжеватые волосы и помчалась в военный зал. Дисс была недовольна собой: ведь это ее первая миссия внештатного характера, а она уже напортачила. От этого волнение только усилилось. Вдобавок ничего о предстоящей вылазке кроме времени сборов Дисс не было известно. Ей сообщили, что все подробности объяснит сам Като непосредственно перед отправкой, отчего предстоящее задание казалось чем-то жутко важным и серьезным. Как тут не нервничать? Буквально влетев в зал, Дисс затараторила извинения, от которых Като поморщившись отмахнулся, и на ходу стала напяливать защитный жилет.
Когда девушка была собрана, а в зале не осталось других эфоров, командующий кратко рассказал ей о внештатной миссии и о ее непосредственных обязанностях: сопровождать и беспрекословно подчиняться приказам. Поступила весть, что Бранта – их агента – уличили в шпионаже, и он в бегах. Его след уловили сегодня утром в деревне Пятитропье. Като решил отправиться туда осмотреть место. Может, получится что-то узнать. В конце концов, Брант больше не мог связываться с Эллиий напрямую и, возможно, оставил послание там, где его след должны заметить. Для этой вылазки необходим проворный помощник, который готов всегда подчиняться, даже если не понимает необходимости приказа. Като подумал, что Дисс как раз подойдет.
Конечно, у нее тут же возник миллион вопросов, но она уже была научена горьким опытом, что лучше не открывать рот сразу, и поэтому слушала начальника молча. Все равно по пути что-нибудь да объяснит.
– …И перестань ее теребить, оторвешь, – кивнул Като на застежку нарукавника Дисс.
– Ой!
Она тут же убрала руки за спину. Застежка, державшаяся на истрепанном кожаном ремешке, печально повисла. Когда девушка из-за чего-то нервничала, она всегда ее теребила, даже не обращая на это внимания.
Когда Като заканчивал давать указания, в зал подготовки вошел Грэм. У него был уставший вид, под глазами залегли синяки. Задание, на которое он отправлялся с отрядом накануне, затянулось, и Грэм вернулся в Эллию намного позже, чем рассчитывал. Из разлома выбрались кромыры, ужасные твари, которые уже давно не появлялись в Мире. Отряд принялся их ловить, но убить не мог, поскольку шкуры чудищ нечувствительны к магии и настолько прочны, когда те защищаются, что мечом их не пробить. Кромыр пришлось отловить, заключить в магическую клетку и привезти с собой в Эллию. На все это ушла целая ночь. По возвращении Грэм тут же получил весть о том, что руководитель ждет его в зале, и, распустив свой измотанный отряд, эфор отправился к нему.
«Ох, мне-то хоть немного поспать дали», – подумала Дисс, сочувственно глядя на осунувшееся лицо Грэма.
– Грэм, у нас с Дисс внештатное задание, так что снова оставляю тебя за руководителя, – сказал Като приказным тоном, а потом чуть мягче добавил: – я вижу, что ты устал. Когда мы вернемся, дам тебе день отдыха.
Но тот, махнув рукой, сказал:
– Все в порядке, Като, в этом нет необходимости. Раз я вас замещаю, то сам подежурю у поста. Так что, если потребуется помощь, дайте знать.
– Нет необходимости. Идем, Дисс, – отрезал Като.
Девушка направилась к выходу, но начальник замешкался, дожидаясь, пока она выйдет за дверь. Раньше Като брал на внештатные миссии Грэма, и парень с неприятным удивлением отметил, что его это задело. Конечно, младший эфор этого никак не показал, но руководитель почувствовал изменение настроения своего заместителя. Когда Дисс вышла, он обернулся к нему:
– Грэм. Если я…ммм… задержусь или не вернусь вообще, Дисс не сможет меня заменить здесь. А ты сможешь. Понял?
Тот задумчиво кивнул. Он не задумывался об этом. Като, увидев, что тот все понял, вышел на улицу, предоставив Грэму возможность покопаться в себе. Глава военных отрядов и его помощница направились к альсиронским Вратам. Мощная защита, установленная вокруг пристанища эфоров, была настолько сильна, что в ее пределах невозможно было телепортироваться без специально подготовленного усиленного портала. Поэтому по самой Эллии эфоры перемещались пешком или на специальных плавучих платформах на одного человека.