Като и Дисс пересекли залитую утренним солнцем Долину, куда постепенно стали стекаться ученики школы подготовки, и приблизились к Вратам. На деле эти Врата представляли собой особый портал, который, подобно двери, пропускал эфоров на континент и обратно. Всего было трое Врат: альсиронские, иофские, ирилийские – по одним на каждый материк. Девушка всегда испытывала некое волнение, трепет, когда заходила в эксперий – особое пространство перед Вратами, где каждого проверяли на право входа и выхода. Здесь не было стен в привычном понимании, и Дисс казалось, что обзор на Эллию закрывали течения Силы, перемешанные со светом. Эти потоки неспешно переливались в каком-то неведомом порядке, рассеивались, наполняя воздушное пространство мельчайшими искрящимися частицами, и собирались вновь, перетекая в Великий защитный Барьер. У любого, кто впервые здесь оказывался, перехватывало дыхание от ощущения многотонной Силы, размеренно струящейся вокруг, так, возможно, ощущалась бы мощь океана на самом его дне.
Дисс шла чуть позади Като, затаив дыхание. Вслед за ним она протянула руку с силовым амулетом дежурному для проверки. Здесь всегда был пост с четырьмя боевыми эфорами, ведущими учет убывших и прибывших. Записав ее данные, эфор молча кивнул и отступил, пропуская девушку к Вратам.
«Интересно, они вообще когда-нибудь разговаривают?» – подумала Дисс, шагнув в портал.
Со стороны Мира Барьер и Врата не выглядели столь впечатляющими – обычный северный лес стоял стеной. Присутствие сильной защитной магии явно ощущалось, но было почти незримо. Лишь присмотревшись, можно было разглядеть на опавшей хвое небольшое волнение, словно от горячего пара – границу Эллии, а в полуметре от земли – рябь, какая бывает, когда смешиваются горячий и холодный воздушные потоки – Врата.
Как только Като и Дисс оказались по ту сторону Барьера, они тут же телепортировались к деревне Пятитропье. Это поселение было совсем небольшим, но найти хоть какой-нибудь знак, не зная, что конкретно ищешь, оказалось непросто. А из-за наплыва людей, которые стекались на ежегодный базар или ехали к Новому Городу, задача затруднялась вдвойне. Они медленно обходили деревню, огибали каждый дом, отыскивая какие-либо следы чар, но ничего не находили. Люди стали коситься на них, видимо, чары отвода глаз иссякали. Но судя по настрою Като, заканчивать они пока не собирались, что Дисс отметила про себя, подавив тяжкий вздох. Ее живот давно урчал, прося чем-нибудь его наполнить, а веки потяжелели, напоминая о перебитом сне прошлой ночью. Девушка не знала, отдыхал ли ее начальник перед вылазкой, но выглядел он всегда бодрым, готовым идти в бой. Честно говоря, она иногда задумывалась, а отдыхал ли он вообще когда-нибудь?
Спустя несколько часов монотонных поисков, они вышли к перепутью, в честь которого и было названо село. В летнее время года здесь каждый год спонтанно возникал большой базар. Поскольку день уже близился к завершению, людей на нем почти не было, а лавочники складывали свой товар. Небо заволокли плотные облака, раздумывая, не пустить ли дождик, подгоняя тем самым торговцев. Покупателей здесь почти не было, самые припозднившиеся, увешанные тяжелыми корзинами, уже покидали площадь и спешили домой, чтобы рассматривать покупки и готовить ужин.
Эфоры обошли базар сбоку и остановились у двух крайних домов с редким заборчиком. Рядом укладывали свой товар продавцы меда и фруктов, обсуждая прошедший день и наглых покупателей, сбивающих цены. К ним присоединился продавец свечей, который только что убрал последний ящик. Тут они заметили Като с Дисс. Продавец фруктовой лавки обратился к ним:
– Добрый вечер, господа! Вы за фруктами пришли?
– А, может, за медом? Отличный выбор, я могу показать, хоть уже и закрываюсь.
– Нет-нет, – ответила Дисс. – Мы просто зашли посмотреть.
– Ну, вы немного припоздали, – сказал свечник. – Приходите завтра с утра, будет на что посмотреть.
– Спасибо, – поблагодарила девушка и развернулась, чтобы пойти обратно, но ее остановил Като, стоявший позади.
– Пройдем здесь, так быстрее, – сказал он и уверенно направился между лавок.
Дисс, вскинув брови, глянула на него, но ничего не спросила, чтобы не смущать и без того удивленных торговцев. Она пролезла вслед за Като через забор. Тот, дождавшись ее, начертил отводящую руну, и лавочники тут же забыли о поздних посетителях и вернулись к своим хлопотам. Пока Дисс разговаривала с ними, Като случайно заметил, а, точнее, почувствовал, что здесь, между двумя домами, недавно творилась магия. Он проверил это чарами, и, действительно, обнаружился след на стене.
– Ты видишь? – спросил Като у Дисс. Та кивнула.
– Может проявляющую руну начертить? – спросила она.
– Слишком просто. Хотя, попробуй, – пожал плечами Като.
Дисс проворно начертила рисунок, но ничего не получилось.
– Нужен механизм. Или более сильная магия, но мы вроде не хотели привлекать внимания? – неуверенно сказала девушка.
– Погоди, – эфор обернулся, убедиться, что отводящая руна действует. – Ты ведь не попробовала на второй стене.
Дисс повернулась к стене другого дома и проделала те же манипуляции. Высветилась надпись, состоящая из разных цифр и простого рисунка, изображающего птицу и свинью. Девушка нахмурилась, а Като приблизился к стене почти вплотную и приложил к цифрам руку, к которой под рукавом плаща был прикреплен амулет Силы. Знаки тут же стали меняться и через мгновение сложились в слова: «У перепутья». Как только Дисс скользнула глазами по надписи, она растворилась. Девушка не поняла, что это значит, но хотя бы стало интересно, даже усталость немного отступила. Зато Като присвистнул, и на его лице появилось довольное выражение.
– Даже не думал, что так повезет, хотя… может, наше появление здесь предугадали и послание специально для нас оставили? – задумчиво произнес эфор. – В любом случае, нам надо это проверить, идем.
– Так эти рисунки – послание? – удивилась Дисс. – Может, объясните, что это означало?
– Тебе нужно посетить хотя бы несколько уроков дешифровки, – проворчал Като. – Слушай, повторять не буду. Помнишь, была птица? Это кукушка, означает «случайный связной». Свинья – кодовое слово, которое ему нужно сказать, хотя обычно его пишут, а не рисуют. «У перепутья» – название трактира. Цифры – координаты и время, где и когда именно он будет передавать информацию. То есть, если сейчас около пяти вечера, он уже на месте. Поняла?
– Поняла, – кивнула Дисс.
Что значит «случайный» связной, она уточнять не стала, дабы не раздражать начальника. Как правило, связными были эфоры, которые доставляли сообщения между своими. Но из уроков девушка припомнила, что иногда для экстренной связи выбирается обычный человек. Ему немного затуманивают разум, заставляя запомнить определенное сообщение. Когда случайный связной слышит кодовое слово, он выдает послание, и оно тут же исчезает из его памяти. Для людей этот способ совершенно безвредный, а для эфоров очень полезный.
Като и Дисс пошли к единственному в этой деревушке трактиру. Это был довольно старенький большой двухэтажный дом, у которого над входом красовалась выцветшая надпись: «У перепутья». Войдя внутрь, оба остановились и стали оглядываться. Весьма просторное помещение переполнено людьми: почти за каждым столиком кто-то сидел, за многими – компанией. Постояльцы ели, пили пиво или вино, шутили, перекрикивая царивший здесь гомон, кто-то бранился. Пройдет еще четверть часа, и хозяин станет выносить в зал дополнительные стулья, на которых люди будут тесниться друг к другу за столиками и стойкой.
«И как же здесь связного искать, да еще и случайного?» – подумала Дисс. Тут ее взгляд остановился на пареньке в дальнем углу зала. Он неуловимо отличался от прочих посетителей, может быть, тем, что один не пил, а украдкой разглядывал постояльцев трактира. Одежда на нем добротная, но неприметная, как у обычного проезжего горожанина среднего достатка, каких здесь много. Внешность тоже не особо выделяющаяся, а вот взгляд… Слишком тяжелый для такого юнца и чересчур проницательный. Дисс почему-то была уверена, что он обратил на них внимание сразу, как они появились в зале, но не подал виду. Девушка подумала, что это наверняка и есть связной. Она шагнула было к нему, но тут Като ее окликнул и кивнул в противоположный угол.