Только с семьей он был добрым и заботливым, а со всеми, кто пытался ей навредить, — жестоким и бескомпромиссным. Те немногие, кто был в курсе жизни их семьи, говорили, что в своей жестокости Демьян превзошел даже их с Дариной отца.
— Ты не посмеешь! — воскликнула Дарина. — Оставь его в покое, слышишь, не смей, ты…ты не имеешь права.
— И кто мне помешает? — практически проурчал Демьян, касаясь губами виска Дарины, обжигая его дыханием.
Даря не понимала, что происходит и что творит этот ненормальный, Демьян же тем временем продолжал спускаться губами ниже: от виска к скулам, от скул к шее.
— Что ты…что ты делаешь? — прохрипела девушка, поразившись реакции своего тела и тому, что вообще происходило в этот момент между ней и братом.
Одной рукой Демьян скользнул под плотную водолазку девушки. Холодные пальцы коснулись оголенной поясницы и поднялись выше, а после переместились на плоский животик и с губ Демьяна сорвался какой-то глухой, отчаянный стон, вибрацией прокатившейся по телу девушки, от шеи до самых пят. Дарина задрожала всем телом, вытянулась струной, откинув голову назад.
Что она творит?
Что они творят?
— Дрожишь, — усмехнулся Демьян, а потом все прекратилось. — Я продолжу, но не сейчас…
Дарину словно ушатом холодной воды окатили, воспользовавшись моментом, она выскользнула из рук брата и замахнулась, собираясь отвесить наглецу оплеуху, только кто бы ей позволил. Демьян перехватил маленькую ладошку в нескольких сантиметрах от своего лица.
— Еще успеешь, — улыбнулся парень.
— Убирайся.
Демьян усмехнулся, притянул ладошку девушки к своим губам, а потом произнес:
— Увидимся вечером.
Прежде чем Даря успела что либо ответить, Демьян молча развернулся и покинул ее квартиру также неожиданно, как ворвался.
4. Родные пенаты
Покидая квартиру Дарины, Демьян едва держал себя в руках. Как же ему хотелось вернуться, как хотелось вновь почувствовать в своих руках трепещущую фигурку Дари. От греха подальше, парень ускорил шаг. Нужно валить отсюда как можно скорее, иначе он вернется и тогда…
Тогда он просто потеряет всякий контроль, он уже почти его потерял. Как увидел ее, как почувствовал запах. Даря пахла медом и корицей, такая сладкая, красивая до невозможности. Разве мог он устоять?
