– Ну, что ты! Какие обиды?! – я улыбнулся. Слегка ядовито. – Кадровый вопрос вечен. На первом месте в низшей категории эксперты по части магии, на втором – уборщицы. Впрочем, уборщицы – дело святое. Их трогать – смерти подобно. Остаются только колдуны. Ату их всех! Долой!
– Я обещал выбить для тебя вакансию. И вот…
– Неужели гардеробщик вышел-таки на пенсию после ста двадцати лет безупречной службы?! – округлил я глаза. – Удивлен, польщён, рад безмерно!..
– Ладно, – махнул рукой Селин. – Не хочешь, не надо. Ты не единственный некромант в городе и стране. Может, у иных и не три диплома в активе, зато сговорчивость получше. И понимание.
Встал, у двери оглянулся, даже рот открыл что-то сказать. Но не сказал. Ушел, не попрощавшись.
Да знал он, знал, что я соглашусь! И что спектакль мой – не более чем спектакль. Не кричать же «ура!» от радости, что ко мне пришли с предложением. Надо лицо сохранить! И невозмутимость. Для говорящего с мертвое главное качество – выдержка. Хотя бы половина выдержки…
Знал. Именно поэтому оставил на столе стеклянный прямоугольничек временного пропуска в Управление. Пока временного, а там, глядишь, и…
От прикосновения прямоугольничек из абсолютно прозрачного стал голубоватым, – значит, точно ориентирован на мои параметры. В чужих руках так и остался бы никчемной стекляшкой.
Помощница моя пернатая заглянула в дверь.
– Маркел Антонович, ну, что? Работаем? – спросила почему-то шепотом.
– Работаем, Сонечка, работаем, – пробормотал задумчиво, вертя в пальцах пропуск. – Меня какое-то время не будет. Надо помочь стране. Принимай клиентов, назначай время. Постараюсь совместить и всё успеть.
– Я хочу с вами!
– Со мной нельзя. Но можешь понадобиться, так что оставайся на связи. Если что срочное, звони в любое время. Если нет, то в девятнадцать ноль-ноль – отчет дня. Всё поняла?
– Поняла, – вздохнула моя птичка. – В девятнадцать.
Вот кто придумал, что сороки бестолковые? Поняла же! С первого раза! И вообще она здорово изменилась за последние три года, что живет у меня.
Глава 5.
Охранник в стеклянной кабинке в фойе Управления придирчиво осматривал пропуск, сверял мою физиономию с изображением на мониторе и уровнем допуска. Хмыкнул, смерив меня с ног до головы. Ну, да, видок… скажем так, запоминающийся. Черная рубашка с красноватым отливом под цвет волос, черные, идеально отглаженные брюки, шевелюра с проседью гладко зачесанная назад, бледное лицо… Вообще-то не собирался наряжаться скоморохом. Футболка, джинсы, некоторая лохматость на макушке и легкая небритость на подбородке, – вот и весь имидж. Но Соня впала в истерику.
– Надо произвести впечатление, Мастер! Вы можете хоть с ног до головы обклеиться грамотами и дипломами, но судить о вас станут по первой секунде общения! По вашему облику! Ваш клиент должен знать, с кем имеет дело, и проникнуться уважением!
– Мой работодатель прекрасно меня знает, и устраивать перед ним цирк излишне, – проворчал я. Но Соня не унималась.
– Встречают, как известно, по одежке. Откройте-ка шкаф, я оценю гардероб.
Ничего из набора маек и джинсов ей не понравилось. Заказала в Интернете для меня пару костюмов, рубашек, туфли повседневные, праздничные… (О-о-о! А кроссовки на что?!) Я ужаснулся, глянув на счет в Корзине.
– С ума сошла?! Жить на что станем? Семечки твои грызть? Отмени заказ быстро! Я лучше в мантии пойду, если считаешь, что футболка не престижна.
– Ваша мантия, милорд, сшита из занавески и хорошо подчеркивает статус мага, а не бомжа со свалки только в кромешной темноте. Или желаете по пути в Управление подсобрать милостыни?
И добавила философски:
– Будет день, будет пища! – закрыла и открыла глаза. – Проживём!
Когда доставили ворох пакетов и коробок, и я переоделся, скептически оглядела меня.
– Та-ак… Галстук снимите, расстегните рубашку на пару верхних пуговиц… Лучше на три…Хорошо. Поднимите воротник. Чуть-чуть… Сойдет! У вас какого-нибудь амулета с пентаграммой нет? Желательно золотого. На шею. На такой витой цепочке… Нет? Тогда обойдемся. Не забудьте причесаться и побриться.
– Может, я бороду хочу отпустить, – попытался отвоевать хоть что-то своё и привычное.
– Вам не идет. Выглядите диким и неряшливым!
Вот как с ней разговаривать?! Но послушался. В конце-концов в некоторых вещах женщины, даже пернатые, разбираются лучше.
И уж не знаю, на кого еще, но на охранника в Управлении впечатление я произвел. Не восторженное, правда, а скорее неприязненное, – так смотрят на сытого вампира. Ну и ладно. Дружбу мне с ним не водить.
– Кабинет сто восемнадцать, крыло «Б», – буркнул, вернув мне стеклянный прямоугольник и потеряв интерес.
– Благодарю, – по-вампирски, одними губами, улыбнулся – клыков жаль нет! – и прошествовал за турникет.
Крыло «Б» … И где оно?
Минут пятнадцать бродил по лабиринтам широких светлых коридоров с выходами на остекленные балконы и дверями, издающими мелодичный звон при открывании. Вот на такой офис средства нашлись, а на мою должность – увы! Или благодаря массовым сокращениям так развернулись?
118b. Толкнул дверь. «Дзинь-нь-нь…!». И на меня уставились три пары глаз.
У паренька, сидящего на столе выпал из открытого рта недожеванный кусок бутерброда.
– Ух, ты! – сказал он. (Паренек, конечно, а не бутерброд) Вытер губы. – Вам кого, сударь? Али заблудились?
– Это, господа мои, – Селин бесшумно вошел в кабинет следом за мной, – наш новый временный сотрудник, эксперт, для дела «двести двадцать аш» Данилов Маркел Антонович.
– У-у-у! – протянул паренек. – Тогда не временный. Он к нам навечно! Дело-то однозначно висяк!
– Помолчи уж, криминалист-недоучка! – вмешался угрюмый бородач в белом халате и проворчал, – понаберут всяких, с позволения сказать «специалистов», которые бутилацетат от эфира отличить не могут, зато имеют дедушку-генерала и гарантированное теплое местечко для начала головокружительной карьеры. А проку от таких…!
– Дедушка ни при чем, – насупился любитель бутербродов. – Я в Академию сам поступил, без протекции! И в Управление распределился на общих основаниях.
– Конечно! – хмыкнул бородач. – Конечно, на общих! Как я мог усомниться?!
– Вообще-то, – я решил вставить словцо в дискуссию, – бутилацетат и есть эфир. Если точнее, органическое вещество класса сложных эфиров.
– В самом деле? – изогнул бровь бородач. – Может, и формулу знаете?
– Це шесть, аш двенадцать, о два.
– Впечатлен! – он протянул руку. – Максимов Геннадий Игоревич, суд-мед-… и всё остальное.
– Марк! – я пожал его ладонь размером с саперную лопату.
– А вы, я извиняюсь, – вмешался третий обитатель кабинета 118b, коротко стриженный щуплый мужичок непонятного возраста. Прищурился, – часом не потомок всеми уважаемого графа Дракулы? Явное сходство вашего облика с его прижизненными портретами навевает мысли о родстве.
– Маркел Антонович не вампир, Кирьянов, – вмешался Селин. – Можешь за кровушку не опасаться…
– Вот прямо от сердца отлегло! Так полегчало, так полегчало!
– …он некромант.
В кабинете повисло молчание.
– А шамана нам для комплекта не пришлют? – глухо поинтересовался бородач Максимов. – И бабу-ягу с котом-баюном. А то один гадалка у нас есть уже, – кивнул в сторону паренька-стажера. – Теперь вот некромант. Скоро нас всех, сирых и убогих, разгонят при таких-то специалистах! Чай в подметки не годимся со своими академическими образованиями. Против бабы-яги-то!
– Я не гадалка! – рыкнул паренек и кинул остатки бутерброда в урну. Промазал. Сверток в салфетке шлепнулся далеко в стороне. – Я псионик! И криминальный статистик-аналитик.
– Статистик, – хмыкнул Кирьянов, – по переучету нераскрытых преступлений.
Паренек спрыгнул со стола, протянул руку.
– Валенко. Семен. Для друзей – Сеня. Для не очень друзей, – искоса глянул на Кирьянова, – Семен Витальевич. Рад знакомству, коллега. Добро пожаловать в наш маленький сплоченный коллектив.