– Извините, дела-дела, – он пожал плечами и ринулся куда-то за дверь.
– Вот так он всегда, – тяжело вздохнула Ника. – И как иметь с ним дело? А верный мужчина – это действительно интересно, – она изучающе глянула на него, заставив ещё раз покраснеть. – Редкий экземпляр. Но, может быть, из-за возраста? Ладно, больше не буду тебя смущать, обещаю, – она улыбнулась так мило, что у него отлегло от сердца. – Извини, я иногда кажусь очень чёрствой, но на самом деле я не такая.
– Она ещё хуже, – улыбнулся ему Эркюль. – Понятия не имею, зачем я на ней женился.
– Ты всегда был адреналиновым безумцем по натуре, – пожала она плечами. – Из тех, кто ставит все безумные эксперименты исключительно на себе.
***
Желание провалиться сквозь землю возникало у него довольно часто, но такой интенсивности только раз – когда отец застукал его в объятиях Сьюзи, на которой в тот момент из одежды был только пояс для чулок, сами чулки и туфли на высоких каблуках.
Лицо стало краснее помидора, сердце билось, как бешеное, кулаки сжимались и хотелось выброситься в окно.
Уже не хотелось ни волшебства, ни вообще ничего. Только, чтобы его оставили в покое, и он мог забиться в самый тёмный угол, закрыться с головой одеялом и…
«Нет, мужчины не плачут. Даже если я и кажусь им маленьким, наивным дурачком, который размяк, как девчонка, начитавшись любовных романов, я всё равно мужчина… В отличие от тех уродов-бабников, которых показывают по ТВ, почему-то называя их мачо», – мысли бились в голове, как бабочки о стекло, стремясь добраться до яркого света.
Льюис заметил сквозь бурю своих переживаний, как девушка уставилась на него изучающим взглядом зелёных глаз.
– Любимый, – она отошла от обнимавшего её мужчины. – С обрядом покончим потом. Ожидание не смертельно. Возвращайся домой, сходи, погуляй с нашим сыном, а то он уже чувствует себя заброшенным, – она склонилась и нежно поцеловала его, погладив по волосам. – Кого увидишь из наших, передавай привет. Думаю, я займусь одним из неотложных дел нашей фирмы. Хватит уже бездельничать! Заодно и новобранцу покажу, как наши задания исполняются, – она очаровательно улыбнулась мужчине.
Тот перевёл взгляд с неё на краснеющего новичка и подбадривающе улыбнулся:
– Понял, ухожу-ухожу! – он тот час же в подтверждении своих слов выудил смартфон, затем открыл на нём какое-то приложение, ткнул пальцем в экран, а затем исчез.
– Спасибо, хоть не произнёс свою любимую шутку, что я ему изменять надумала, – девушка вздохнула с облегчением.
– Ника, иди, погуляй, – обратилась она к своей копии. – Да, разыщи Аллу и скажи, что мы предлагаем ей работать в главном офисе ОФУИСА. Когда его приведут в порядок, естественно, – девушка вздохнула. – Конечно, это будет ещё не скоро. Вообще неизвестно когда, хотя оба Леопольда стараются, а им сам Зорро помогает. Но, зная Аллу, лучше предупредить её заранее.
– Как скажешь, дорогая, – девушка понимающе улыбнулась, и тоже выхватив из кармана смартфон, долго копошилась в нём, затем, вздохнув, коснулась нужного места пальцем – и тоже испарилась.
Сердце Льюиса застучало сильнее, когда девушка, сотворив из воздуха удобную кожаную кушетку чёрного цвета, уселась на ней и похлопала ладонью по месту рядом.
Не успел он сесть, ощущая все фазы неловкости сразу, как перед кушеткой появился круглый стеклянный столик с бутылкой коньяка и двумя бокалами.
Налив им по пятьдесят грамм, она покрутила бокал в тонких пальцах маленькой руки, насладилась ароматом, а потом слегка пригубила… И тот час же поморщилась.
– Ненавижу эту гадость! – прошептала она ему с доверительной интонацией, склоняясь к его лицу. Льюис ощутил аромат цветочных духов и апельсинового аромо-масла.
– Я тоже, – кивнул юноша, но тоже пригубил свою порцию, ожидая, что именно скажет эта хрупкая женщина. Кажется, именно от неё сейчас зависело его будущее в этой волшебной фирме. Смешно, а он-то думал, что уже принят. Какой наивный! И опять этот дурацкий слишком юный возраст и тотальная наивность вкупе с идиотской привычкой краснеть по любому поводу и без оного смешали ему все карты! А он ведь уже понадеялся, что смог забыть прошлое и начать жить заново. Как взрослый и полностью самостоятельный мужчина.
Может, он-то и пытался всё забыть, но прошлое так просто свои когти не разжимало и отпускать не собиралось.
– Ну, выпьем же за тебя, нашего нового сотрудника со второй магической степенью! – шутливо улыбнулась она и слегка коснулась его бокала своим. Раздался приветливый звон, словно зазвенели рождественские колокольчики.
– Вторая степень – это хорошо? – заговорил он дрожащим голосом, всё ещё не веря, что принят. Или ещё нет?
– О, да! – воскликнула девушка, улыбаясь. – У меня, например, тоже вторая. Когда я ещё только здесь появилась, то ещё не знала, насколько это «круто». Самая распространенная степень у магов – третья. Это неплохо, но вторая – гораздо круче. А вот первая… – девушка мечтательно зажмурилась. – Это вообще что-то с чем-то! У нашего директора первая. А когда они собираются вместе – их двое – они вообще становятся внестепенными. Их круче только… Но об этом не будем, – она приложила палец к губам и усмехнулась. Затем налила ещё.
– Ты хотела о чём-то поговорить со мной наедине? – наконец решился он, ощутив, как кажущаяся раскалённой жидкость согрела желудок. – Ведь недаром ты всех отослала.
– Да, – она серьёзно кивнула. – Не думай о том, что ты, якобы, недостоин, неопытен и весь из себя такой зелёный новичок. Это не совсем важно, то есть… – она явно смешалась, что показалось ему забавным. – В общем, главное, что ты – маг. Да, и не обращай внимания на шуточки «ниже пояса». У нас все такие ехидные, просто ужас! Сплошные сплетни, как в любом сплочённом коллективе. Твоя личная жизнь – это твоя личная жизнь, тут тебя никто по этому поводу трогать не будет. Нам это всё равно, понимаешь?
– Не знаю, мне неприятно, что твоя копия разгласила то, что я ей доверил тет-а-тет, – Льюис снова покраснел, уже пожалев, что вообще поднял эту тему. – И этот ваш коллега, Лестат, кажется, сразу же сбежал. Наверное, ему показалось, что я недостоин чести быть одним из сотрудников вашей фирмы. Не дорос, молоко на губах не просохло – и всё в таком роде.
– Лестат не принадлежит к числу сотрудников ОФУИСА, – спокойно добавила она. – Посему его мнение касается только его самого. Он давний друг Леопольдов, и я его немного знаю, когда-то он помог мне, – девушка скривилась, явно вспомнив что-то не совсем приятное. – Но, уверяю тебя, моё мнение о тебе гораздо важнее для наших директоров, чем мнение Лестата… каким бы оно ни было.
– Хорошо, – юноша выдохнул. А что ещё он мог ответить? Развивая тему, ему пришлось бы выворачивать наизнанку свои чувства, а этого он не хотел. Хотя его по-прежнему потряхивало, а сердце готово было разорваться от презрения, на миг ярко сверкнувшего в синих глазах мужчины.
– Не грусти, – она неожиданно подмигнула ему. – Лестат может быть очень мил, правда. Но что творится в его голове, никто не знает.
– Даже ты? – он поднял голову и с любопытством уставился на девушку.
– А я-то так тем более! Я с ним на самом деле довольно мало знакома.
– Но я почему-то решил, что вы – близкие друзья, – ошарашено проговорил юноша. Только сейчас до него дошло, что он откровенничает с совершенно незнакомой ему девушкой. Пусть даже копией своей новой хозяйки, точнее, оригиналом. Или как у них там происходит распределение ролей?
«Дожил! Расклеился перед неизвестно кем! Вот что значит идиотская привычка прятать всё очень глубоко… И вынужденное одиночество после разрыва с любимой. Ладно, хватит этой психологии – одной дозы откровенности на день достаточно. Лимит исчерпан. А то такое дерьмо полезет, палкой не отмахнешься».
– У нас будет одно дельце. Пора и тебе вписываться в наш узкий круг… ограниченных людей и нелюдей, – девушка улыбнулась вполне приветливо. – Да, также по плану встреча с одним из директоров – кого поймаем – и официальное подписание контракта. Ты ведь готов у нас работать, правда?