Венделин. Нет.
Альфред. Кто же на нее имеет право? Наш обожаемый фюрер?
Венделин. Я опять буду просить…
Альфред(помолчав, горько усмехаясь). Братья славяне не хотят быть обязанными немцу?
В руках Альфреда лопается бокал.
Венделин. Я опять буду просить за тебя, Альф. Большего пока не могу обещать.
Полицейский пост на размытой весенней дороге у въезда в поселок. Дежурят полицаи Костюк и Терех. Оба напевают излюбленную песенку.
Ихь тебя шукала,
Варум ты не пришел?
Ихь пошла нах хауз,
Бо вассер с неба шел!
У поста останавливается Аня с мешком за плечами.
Костюк(лениво поднимаясь). Откуда?
Аня. Из Башиловки. На картошку последнее барахло меняла.
Костюк. А ну, покажь! Развяжи сидор!
Аня охотно развязывает мешок.
Костюк. Мороженая… Что гниль такую несешь?
На тошнотки только и сгодится.
Аня. Другой нет.
Терех. Плохо тебя, соседка, кавалеры твои кормят!
Костюк старательно перерывает мешок.
Костюк. Ну, иди!
Аня завязывает мешок.
Комната Ани. За окном — мокрая яблоневая ветка.
Аня развязывает мешок.
В ее комнате Ян Маленький.
Задернув занавеску, Аня выбрасывает картошку, наконец, осторожно вынимает пачку листовок и небольшую продолговатую коробку — кожух из черного бакелита, плоское дно, обтекаемый верх.
Аня(дает листовки Яну). Это от комиссара. А вот подарок от «Бати». (Прикрепляет коробку ко дну корыта, она прилипает.) Видите?
Ян Маленький. Магнитная?
Аня. К дюралю, конечно, не пристанет, а к бомбам — пожалуйста. Замедленного действия. Сработает через час, через три, через шесть — как захочешь.
Ян Маленький. И как вам удалось пронести?
Аня. Повезло! (Искоса смотрит на Яна.) Люсю полиция опять беспокоит?
Ян Маленький. Да, панна Аня. Зимой она сказала им (он смотрит в сторону), будто ждет ребенка. Мы фальшивую справку у врача достали. Вот такие мы муж и жена… А теперь полиция ругается — соврала, мол, обманула великую Германию.
Аня. Нельзя дать им угнать Люсю. Ты… ты ее любишь, Ян?
Ян молча кивает.
Видно, как тяжело Ане — она все еще надеялась…
Ян(грустно). А как она, не знаю, не пойму.
Аня. Да, сердцу не прикажешь…
Ян. Я вас очень прошу, Аня. Поговорите с Янеком — он мне житья не дает, чуть не изменником объявил, когда я… женился. А разве это мешает нашей работе?..
Аня. Поговорю.
Ян. Панна Аня, Люся называет вас старшей сестрой. И мне вы — как сестра!
Он хочет поцеловать ее руку, но Аня убирает руку.
Аня. Заболтались! Теперь о деле. Мин у нас пока четыре штуки. Нужно расходовать экономно.
У полуразрушенного здания казино — очередная встреча Ани и Венделина.
Венделин. Склады сейчас пусты — «Батя» на неделю остановил движение на железной дороге. Ждут эшелона с боеприпасами и авиамоторами. Он должен прибыть завтра вечером под охраной бронепоезда.
Аня. Очень хорошо. Как поживает ваш друг Альфред?
Венделин. Вы знаете, он рассказывает мне все, ставя себя под удар.
Аня(торжественно). «Батя» поправил нас, Вен-делин. Надо ввести в группу нашего друга Альфреда. «Батя» представил его к награде.
Венделин(радостно). Спасибо, Аня! (Он крепко жмет ей руку.) Жаль… его нет на базе… Он принимает новые самолеты. Будет только через неделю.
Аня. Что ж, подождем. Значит, эшелон прибудет завтра?
Венделин. Вечером. Точное время еще неизвестно. И вот еще что. По-моему, это очень важно. В Смоленск прибывает Гитлер. Он инспектирует группу армии «Центр».
Аня(глаза ее загораются). В Смоленск?! Почти полтораста километров отсюда! Черт, далековато. Но мы и здесь дадим ему салют!
Взрыв. Развороченные, дымящиеся вагоны. Фельджандармы отгоняют возбужденных немецких солдат.
Голоса. Опять партизаны?! Нет, это не партизаны!.. А кто же? Партизаны!
Гудок машины. Напирая на толпу, заставляя ее раздаться, движется легковая машина. Из машины выскакивает гауптштурмфюрер Вернер. За ним фельджандармы. Они окружают горящие вагоны.
В толпе у вагонов, которую теснят фельджандармы, Вацлав, Ян Маленький, Ян Большой. Они переглядываются.
Ночь. Аэродром. Поляки подвешивают бомбы. Ян Большой прилепляет мину к бомбам.
Часы на руке Яна — 11.45.
Бомбардировщик мигает фарами, просит разрешения на взлет.
Девятка «юнкерсов» в ночном небе. Стучат часы.
Часы на руке Яна — 12.44.
Взрыв. Один из «юнкерсов» разлетается на куски.
Горенка в Люсином доме. Раннее утро. Ян Маленький бреется. Люся задумчиво следит за ним, грызя яблоко.
Ян Маленький. Не грызи ты, Люся, эту кислятину. Они ж не поспели.
Люся. Поспеют — все до одного немцы заберут. (Вздыхает.) Вот тебе и понарошку!
Ян берет ее за подбородок.
Ян. Что с тобой, кохана? Последние дни ты сама не своя.
Люся(отворачивается). Ничего… (Подает ему шинель.) Тебе нужно идти.
Ян(садится). Я никуда не пойду, пока не скажешь.
Люся. Это мое дело.
Ян. Теперь у тебя нет такого дела, которое бы не было моим.
С улицы доносится гул моторов, голоса, поющие песенку «Девушки, война, война…».
Ян. Ну, кохана…
Люся. Скажи, ты меня в самом деле любишь? Очень, очень?
Ян. Когда-то я поверил твоим глазам, неужели ты теперь не веришь моим?
Люся поправляет прядь на лбу Яна, смотрит в его глаза. Счастливая, она наклоняется к уху Яна, шепчет.
Его реакция неожиданна. Он хватает ее на руки, несет, кружа по комнате.
Ян. Люся, моя кохана! (Вдруг, спохватившись, осторожно опускает ее на деревянный диван.) Это не вредно, что я так?
Люся(смеется). Пока нет. (Огорчение на лице.) А что с ним будет, Ян?.. Неужто так и вырастет под немцами?
Ян. Нет. (Спохватился.) Ох, и покажу я им сегодня!
Сует в продуктовый мешок буханку хлеба.
Люся. Ян! А что Аня скажет?
Вечереет. Ян Маленький помогает подвешивать бомбы к «хейнкелю» на аэродроме. На носу «хейнкеля» намалеван тигр. Ян незаметно прилепляет мину-магнитку к бомбам, подвешенным к самолету.
К Яну подходит Вацлав.
Вацлав, Тоже мне друзья! Вы за месяц двадцать самолетов взорвали, а я ни одного. Дайте, хоть одну поставлю.
Ян Маленький(весело насвистывая). Отстань, одна только осталась.
Вацлав. Ты что такой веселый?
Ян Маленький. О! Мне все сегодня удается! Сегодня мой день!
К «хейнкелю» подходит Альфред с немцем-механиком, о чем-то разговаривают. Ян со скрытым злорадством смотрит на Альфреда. Ясно, что для него Альф — просто гитлеровский летчик.
К самолету подъезжает мотоциклист-фельджандарм, останавливается подле Альфреда.
Фельджандарм. Фельдфебель Альфред Триллинг?
Альфред. Яволь!
Фельджандарм. Распишитесь в получении.
(Отдает повестку, уезжает,)
Альфред. Вернер приглашает на чашку чая!
Бортмеханик. Повестка в гестапо? Я ж тебе говорил, Альф, твой язык до добра тебя не доведет. Кто это прилетел?
Альфред и механик смотрят в сторону толпы, собравшейся рядом, у «мессера».