Литмир - Электронная Библиотека

Подивившись наглости новенького, монах развел руками.

– Я бы, на вашем месте, не дразнил бандитов понапрасну.

– Волков бояться – в хате ср… опорожнять кишечник! – ощерился Тетух. – Или вы тут совсем в быдло превратились, непротивленцы хреновы? Учил же вас классик по капле выдавливать из себя раба…

– На все воля Господа! Кто мы такие, чтобы спорить с нею? – провел Русич пальцами по усыпанной мукой бороде.

Пашка уже настроился на дискуссию, но тут из-за угла показались навьюченные трофеями Лялин с Бураком.

– Бог в помощь! – шутливо бросил опер фасовщикам.

– Во славу Божию! – на полном серьезе ответил ему монах. – Давайте, братья, перекусим и совместно добьем дневную норму.

Быстро сварили пшеничную кашу и липкие сосиски, обрезали гниль с помидоров и огурцов, вскипятили чай. В этот раз никто не жаловался на отсутствие аппетита. Голод, как известно, не тетка, пирожка не поднесет.

После обеда все уселись кружком вокруг мучной кучи. Поскольку совков и мерных стаканов на всех не хватило, Паштет был назначен «старшим по заклейке», а Лялин – упаковщиком малых, двухкилограммовых, пакетов в большие хозяйственные мешки из полипропилена. Спустя несколько часов все свободное пространство помещения было заполнено готовой продукцией.

– Давайте закругляться, мужики! – стопорнул Пашка коллег, направившихся за новым мешком. – Если джигиты зафиксируют наш трудовой энтузиазм, обязательно поднимут норму выработки. Оно нам надо?

– Он прав! – поддержал его Лялин. – Не будем рвать жилы. Посмотрим, как пролезет первый блин. Отряхиваемся, моем руки, убираем рабочее место. И это… мы с бульбашом приволокли много разного добра, которое, надеюсь, улучшит наши бытовые условия. Надо только приложить к этому руки и голову. Где тут у вас инструменты? От их наличия напрямую зависят и наши возможности.

Владик махнул рукой в сторону большого фанерного ящика, подпирающего наполненные мукой рогожные мешки. Там оказались: топор, несколько молотков, ножовка по металлу, пила, коробка с гвоздями, гайками и шурупами, набор отверток, плоскогубцы, кусачки, шило, ножницы, стамеска, долото, зажимы, дрель с набором сверел и прочая дребедень, при помощи которой они в прошлом году мастерили санки и детские коляски.

– Что ж, на безрыбье и рыба – раком, – вздохнул Лялин, перебирая поступивший в его распоряжение арсенал. – Попробуем довести облик нашего узилища до уровня мировых стандартов.

Для начала нужно было составить список обнаруженного в подвале добра и наметить фронт работ. В привычной для себя роли писаря выступил Бурак. Зачерпнув из бочки пригоршню таблеток, он вместе с Лялиным направился к горячим трубам, на которых уже сушились найденные на свалке мешки с пластами технической ваты.

Каллиграфическим почерком артист вывел на трубе цифру 1 и вопросительно уставился на опера.

– Слышь, Иван! – вскинулся тот, дотронувшись ладонью до шершавой металлической поверхности. – Может ли быть такое, чтобы трубы были горячими, а воды горячей в помещении не было?

– Я не по этому делу, – поправил Бурак очки. – В туалете есть только холодная. Для помывки мы греем воду на плитке.

– С тобой все ясно, лицедей батькович! Пошли шукать нужный вентиль.

– Спроба – не хвароба[5], – буркнул тот, топая за правоохранителем.

Искомое обнаружили не сразу. Пришлось провернуть около десятка спрятавшихся среди труб вентилей. Когда же наконец из крана потекла теплая жидкость желтоватого цвета, по коридорам подземелья пронесся победный крик. На шум сбежались все обитатели темницы. Не веря своему счастью, мужчины тут же устроили в умывальниках помывку и постирушку. Без мыла, без шампуня, без стирального порошка, зато с горячей водой, совсем, как в «мирное» время.

– Сюда б еще коврик резиновый на пол, – размечтался Бурак, – и была б душевая точка не хуже, чем в трехзвездочном отеле.

– Будет! – пообещал Паштет. Он болезненно переживал тот факт, что все сегодняшние успехи связаны с инициативой Лялина, а вовсе не с его, Пашкиной. – Будет! – повторил он, – и исчез за дверью.

Оплетенный паутиной, он вскоре появился в производственном помещении, которое, с его легкой руки, все стали называть рабочкой. В руках у него был ворох больших хозяйственных мешков синего, зеленого и черного цвета.

– Вот! – кивнул он подбородком на доставленный полипропилен.

Мужчины недоуменно переглянулись.

– Навозну кучу разрывая, Тетух нашел жемчужное зерно, – перефразировал Крылова Бурак.

– Не Тетух, а Тетух, – поправил его Пашка. Судя по спокойной реакции последнего, текст басни не был у него на слуху. – Объясняю для дебилов, мешки – рабочий материал для будущих ковров.

В этом месте Владик громко засмеялся. Остальные тоже с трудом сдерживали улыбку.

– Че ржете, как кобылы тыгыдымские? – психанул Павел, ожидавший иной реакции «социума» на свои инициативы. – Как-то в зоновской библиотечке мне на глаза попалась брошюрка «Полезные вещи из мусора». Я, по приколу, ее изучил, делать-то на киче все равно нечего. Так вот, коврикам этим там целая глава посвящена. Изготовить их совсем несложно. Нужно по спирали нарезать из пакетов полоски шириной три сантиметра. Связать их между собой и смотать в клубки. Затем при помощи толстого крючка вывязать цепочку из воздушных петель и обвязать ее столбиками без накида. Форма коврика может быть любой: круглой, квадратной, прямоугольной. Лично у меня лучше всего получаются овальные…

Рассказ Тетуха прервал истерический хохот его друзей по несчастью. У белоруса от смеха слетели с носа очки. Русич своей бархатной шапочкой-скуфейкой вытирал текущие из глаз слезы, а сползший на пол Владик дергался в конвульсиях, как припадочный.

– А крестиком ты, случаем, не вышиваешь? – всхлипнул Юрий, держась за живот.

– У ментов нет мозгов ни на децал, – обиделся Павел. – Причем тут крестик? Лежать на мягком каждый хочет, а как помочь, так всем – по сараю. Зубы они скалят… Вы че, сами не видите, что спать на этих досках просто невозможно? Тут коврики нужны в три слоя… и на пол тоже… и в душевую.

– Да ладно тебе, на обиженных воду возят, – обнял его за плечи Бурак. – Мы очень рады, что вы с Юрием у нас появились, как ни кощунственно это звучит. На самом деле, мы давно так не смеялись, все больше печалились. А помощь тебе мы, конечно, окажем. Говори, что нужно делать.

И работа закипела: монах нарезал ленточки, Бурак связывал их между собой, Владик сматывал сырье в клубки, Лялин вытачивал из металлического штыря крючок.

Тетух был счастлив – наконец-то все вертелось не по ментовскому, а по его, Пашкиному, сценарию. Сам он тем временем приволок с мусорной кучи мешок пластиковых бутылок. Из одной вырезал совок, из шести других при помощи проволоки, гвоздя и палки изготовил вполне приличную метелку. Глава «Поделки из пластиковых бутылок» в брошюре «Полезные вещи из мусора» была его любимой.

После ужина, состоящего из кислого, с душком, творога, подгнивших бананов и все того же жуткого чая, стали готовиться ко сну. На зоне Пашка как «белый человек» всегда спал внизу, но здесь предпочел верхотуру – от проходящей рядом трубы исходило тепло, да и грызуны на второй этаж не допрыгивают.

К ужасу новеньких, выяснилось, что спать придется при включенном свете, иначе не избежать визита крыс. Последние до того обнаглели, что умудряются не только хозяйничать в коробке с продуктами, но и безнаказанно скакать по спящим людям.

– Не, мужики, так не пойдет, – зазвенел металлом голос Тетуха. – Мне световых пыток хватило в следственных изоляторах. Надо что-то другое придумать.

– Уже придумал! – соскочил с нар Лялин, направляясь за угол. Вскоре он вернулся с несколькими оранжевыми строительными касками, предварительно отмытыми им от слизи и грязи. Опер нахлобучил их на защитные проволочные каркасы лампочек, получились вполне приличные бра, съемные в рабочее время суток.

вернуться

5

Попытка – не пытка (бел.).

7
{"b":"822404","o":1}