Альварес кивает. Заметив все еще лежащие коробки, он уходит, чтобы тихо поболтать с бедным лейтенантом, отвечающим за хранение продуктов. Вместо того, чтобы смотреть на них, я откидываюсь назад и расслабляюсь. Это будет долгая ночь, когда я возил людей туда и обратно, пока моя мана восстанавливается.

На следующее утро меня вызывают в недавно перестроенный ситуационный зал, место, которое теперь заполнено бумажными картами, плавающими синими экранами системных уведомлений, проекционными картами окрестностей и более эзотерическими линиями информации. Здесь несколько человек, они работают и смотрят на экраны, но меня ведут прямо к главному столу, где стоят генерал и Вир.

— Доброе утро, джентльмены, — приветствую я уставшую пару и окружающих их помощников.

"Мистер. Ли, — говорит Миллер, слегка склонив голову в знак приветствия. Вир следует со своим собственным приветствием. «Поздно вечером мы получили тревожные новости».

"Ой…?"

«Королевство Зарри в Лос-Анджелесе получило большую партию подкрепления Джараков. По текущим оценкам, это полная бригада, но мы все еще проверяем данные, — сообщает мне Миллер.

— Джарак?

«Вы, люди, перевели их как шакалы-оборотни. Что странно, потому что они на самом деле не трансформируются», — поясняет Али.

«Какой сейчас состав их сил в продвинутом и мастер-классах?» — говорю я, нахмурившись.

«Все боевые классы показывают три мастер-класса низкого уровня и сорок три продвинутых класса, разбросанных по Лос-Анджелесу и его окрестностям», — отвечает Миллер. — Как вы знаете, чуть более двух третей их численности были развернуты против Кэмп-Пендлтона. Это позволило другим ячейкам сопротивления в Лос-Анджелесе продолжить борьбу. Но с подкреплением мы ожидаем, что баланс сил резко изменится».

Морские пехотинцы в Кэмп-Пендлтоне и различные другие члены вооруженных сил проделали блестящую работу — несмотря на то, что они были выше уровня, они отказались отступить и продолжили серию беспокоящих атак. Как только они достигли достаточного уровня, им даже удалось вернуть в строй несколько своих старых игрушек, таких как танки и артиллерия. Настолько, что Зарри пришлось держать значительное вооруженное присутствие вблизи своих границ, чтобы сдерживать морских пехотинцев.

Несмотря на то, что мастер-класс является мощным — пугающим, — мне дали понять, что морские пехотинцы продемонстрировали готовность обменять множество жизней на убийство. Именно эта готовность позволила им записать убийство мастер-класса и чуть более дюжины продвинутых классов. Тактика роя не редкость — именно поэтому я не получил первое место в мире за убийство человека Мастер-класса на Земле. По этой же причине большинство людей Продвинутого и Мастер-класса имеют под рукой Навыки побега и заклинания, но неожиданность и высокомерие часто могут обезоружить даже самых подготовленных. Уровни помогают обеспечить существенный вес всему аргументу качества, но количество по-прежнему имеет собственное качество. И ни одно королевство не готово потерять Мастер-класс только для того, чтобы убить несколько сотен Основ.

«Похоже, время на исходе», — говорю я, глядя на карту и маленькие маркеры на доске. Как ни странно, я думаю, что понял карту магов Сиэтла лучше, чем эту, более «профессиональную». Но, в конце концов, правда, которую они сообщают, одна и та же. «Тебе нужно, чтобы я ускорился и направился на юг».

— Да, — говорит Миллер, поднимая голову. «Как только вы предоставите им настройки для нашего формирования связи, мы сможем с большей легкостью поддерживать друг друга. Мы также должны быть в состоянии обеспечить связь в режиме реального времени между нашими двумя базами».

— Значит, мы меняем план? Идти дальше, чтобы добраться до Пендлтона, а не через город, чтобы создавать путевые точки? Я спрашиваю. Это был первоначальный план. С моими навыками скрытности и новым навыком Shrunken Footprints я должен быть в состоянии проникнуть в сам город. Из-за постоянных боев в окрестностях Лос-Анджелеса нет стабильных щитов для поселений, о которых я должен беспокоиться.

"Да." Вир прослеживает путь на юг, подробно рассказывая о проблемах, с которыми я могу столкнуться, насколько они знают.

Я устраиваюсь, чтобы выслушать и задать несколько вопросов, хотя, как всегда, я приму свои собственные решения, когда дело дойдет до дела. Быть мужчиной на велосипеде - это моя ответственность. Тем не менее, в глубине души я беспокоюсь, что все эти разговоры означают потерю большего количества жизней.

"Главный." Я приветствую Альвареса, когда он подходит в сопровождении отряда — надеюсь, это правильный термин. Во всяком случае, куча солдат — в приземистой военной машине с большой пушкой на ней, которую видели во многих голливудских фильмах.

"Мистер. Ли». Альварес кивает мне. — Члены отряда штаб-сержанта Джонсона будут преследовать вас. Им приказано проследить, чтобы вы добрались до Кэмп-Пендлтон, и помочь в установлении вашей личности. Это, конечно, вторично по сравнению с проверочными документами и парольными фразами, которые вам предоставили».

Я хмыкаю, вспоминая довольно конкретный разговор Альвареса со мной после утренней встречи. Он был особенно педантичен в этом вопросе, следя за тем, чтобы я вспомнила все слово в слово и в правильном порядке, прежде чем отпустить меня. К счастью, глупо высокий Интеллект означал, что когда и если я сосредоточился, такие мелочи было легко запомнить. И должен признаться, я схитрил и на всякий случай записал информацию в свой шлем.

«Это продлится? Будут проблемы, — говорю я, глядя на машину. Даже если они заменили двигатели, чтобы заставить его работать, факт остается фактом: большинство автомобилей, сделанных до Системы, недостаточно сильны, чтобы выдержать сильный удар. Черт возьми, я помню особенно буйного пятилетнего ребенка, который оставил вмятину на брошенной машине в Уайтхорсе.

«Эта конкретная машина была полностью перестроена нашими механиками», — отвечает Альварес, с некоторой гордостью глядя на машину, прежде чем посмотреть на меня. «Этого будет достаточно. Персонал Сарджент Джонсон и его команда совсем недавно путешествовали по тому же пути, что и вы, поэтому, пожалуйста, обязательно прислушайтесь к ним».

«Хорошо, поехали», — говорю я и крутлю дроссель Сэйбра. Велосипед бесшумно скользит вперед, выкатываясь из ворот.

Только через несколько минут я понимаю, что забыл поговорить с сержантом. Ой…

По более короткому маршруту от Форт-Ирвина до Кэмп-Пендлтона чуть менее двухсот миль. В хороший день это будет около трех часов езды, может меньше, в зависимости от пробок. Теперь, с монстрами, разрушенными дорогами, враждебными поселениями и безумными факторами окружающей среды, эта трехчасовая поездка легко может занять целый день. И мы поедем по длинному пути, отклоняясь от Лос-Анджелеса, чтобы прогуляться по Национальному парку Джошуа-Три, Палм-Спрингс и Национальному лесу Кливленда. Любая из этих областей может легко заставить нас занять гораздо больше времени, чем один день, если мы хотим сделать это тихо.

К сожалению, возможность действовать тихо ушла из-под подкрепления Зарри, так что мы просто собираемся сделать это быстро. Через короткий промежуток времени после того, как мы покидаем базу, Хаммер догоняет меня, чтобы взять точку, поднимая пыль, в то время как пара крошечных дронов пролетает над головой, чтобы обеспечить наблюдение. Ни один из них не так хорош, как Али, но я им об этом не говорю. Не хотелось бы задеть их чувства.

Мы не раз сворачиваем с шоссе, часто из-за того, что шоссе не осталось, тротуар разрушен драками или просто движением монстра. В одном случае следы настолько велики и похожи на рептилии, что кажется, будто Средний Запад вот-вот подвергнется нападению стада иммигрирующих кайдзю. На бездорожье нам приходится притормаживать, катаясь вверх и по бесплодным холмам, разбираясь с внезапными болотами и затаившимися монстрами.

Палм-Спрингс когда-то был курортным городом для крупной голливудской элиты, местом, где обычно можно было увидеть иссохших, старых богатых людей и голливудских звездочек в один и тот же день. Это был претенциозный, коричневый, мраморный оазис богатого снобизма и пересаженных растений.