Литмир - Электронная Библиотека

Николь Джордан

Повенчанные страстью

Пролог

Колорадо, август 1882 года

Золотистая дымка лета придавала колдовскую красоту гладким бронзовым плечам обнаженного мужчины, купающегося в пруду. Словно зачарованная, Кэтлин наблюдала, как он медленно выходит из воды; у нее перехватило дыхание при виде великолепно сложенного тела, поблескивающего в лучах солнца.

Он был прекрасен, как, впрочем, и этот живописный уголок, куда Кэтлин приходила помечтать. Затененное величественными соснами, это уединенное местечко у подножий Скалистых гор было ее убежищем, ревностно охраняемым приютом, который Кэтлин ни с кем не хотела делить до появления Джейка Маккорда. Горный ручей, который питали тающие снега, падал с гранитных скал, образуя естественный пруд, достаточно глубокий и широкий для купания, хотя его холодную воду не многие смогли бы выдержать. Папоротники, мох и дикие цветы в изобилии росли здесь, наполняя чистый горный воздух опьяняющим, как у выдержанного вина, ароматом.

Кэтлин резко вдохнула этот сладкий воздух, когда мужчина, которого она любила, выбрался на каменный берег пруда и застыл, нагой и озаренный ярким светом. Струйки воды стекали по его блестящему загорелому телу, оставляя искрящиеся капли в темно-золотистых волосах, которыми были покрыты его грудь и живот.

Заметив, что Кэтлин наблюдает за ним, Джейк выпрямился и принял самоуверенную, почти надменную позу, сверкнув белозубой улыбкой.

— Ну что глазеешь на меня? Похоже, я тебе нравлюсь, Кэт?

Да, он ей действительно нравился. Ее пленяла красота его тела, бронзовые мускулистые очертания которого были так непохожи на ее собственные плавные изгибы. Джейк был рослым, гибким, как хлыст, узкобедрым, но широкоплечим. Каждый дюйм его тела дышал силой и выносливостью — результатом продолжительных поездок верхом.

— Даже если и нравишься, — дерзко отозвалась Кэтлин, — то об этом я тебе не скажу, иначе ты совсем задерешь нос.

В уголках зеленых глаз Джейка появились тонкие морщинки, которые каждый раз обезоруживали Кэтлин, а иногда приводили в ярость.

— От таких взглядов у меня поднимается не только нос.

Услышав столь прозрачный намек, Кэтлин невольно скользнула взглядом вниз по влажному торсу Джейка — туда, где его заросшая волосами грудь переходила в плоский живот и бедра. Ее внимание привлекла мужская плоть, доставляющая ни с чем не сравнимое наслаждение. Кэтлин почувствовала, как кровь приливает к ее щекам, хотя и знала: Джейк дразнит ее намеренно, чтобы еще раз полюбоваться ее румянцем. Он воспринимал свою наготу как нечто само собой разумеющееся — он, здоровый самец, для которого плотские наслаждения были естественны как дыхание. Он намеревался сделать их естественными и для Кэтлин, заставить ее сбросить бремя запретов, которые внушались девушкам с колыбели.

Впрочем, Кэтлин и без того была чужда чопорность. Ее, дочь некогда известной актрисы, дамы Гринбрайера часто называли озорницей и сорвиголовой. Она была вспыльчива и несдержанна. Но дерзкая откровенность Джейка казалась возмутительной даже ей.

Кэтлин не отличалась и робостью. Просто все происходящее было для нее в новинку. Она всего лишь в третий раз делила с Джейком наслаждение, а он посвящал ее в тайны любви.

Джейк был ее возлюбленным — хотя ему следовало бы стать ее врагом: на протяжении жизни нескольких поколений их семьи вели отчаянную борьбу за землю — владельцы бесчисленных коров против владельцев отар овец. Кэтлин понимала: каждый раз, приезжая сюда, она предает своего отца, однако не могла удержаться. Несмотря на кровопролитие и вражду между их семьями, она влюбилась в Джейка. Два лета подряд она обманывала отца, тайно встречаясь с ним в своем излюбленном убежище, пока, наконец, не отдалась страсти, достигшей своего апогея, — этот исход был предсказан Джейком еще много месяцев назад.

Когда Кэтлин сегодня приехала к пруду, Джейк уже нетерпеливо ждал ее. Едва дав ей спешиться, он сорвал с нее блузку и поднял нижнюю кофточку, обнажая ее груди и приникая к ним жадными губами. По требованию Джейка Кэтлин не надевала корсет, и это был смелый шаг даже для нее.

В эту минуту дерзкая улыбка блуждала на губах Джейка — он бросал Кэтлин вызов своей беззастенчивой самонадеянностью. А его глаза… Его поразительно яркие зеленые глаза имели оттенок сочных листьев папоротника, окружающих влюбленных. Сейчас они сияли, как живые изумруды, а их взгляд ласкал позолоченную солнцем кожу Кэтлин.

Ей нравилось, как Джейк смотрит на нее — словно на красавицу, какой она на самом деле не являлась. В восемнадцать лет Кэтлин не блистала женственными формами и не надеялась обрести их впредь. Из-за маленьких грудей и узких бедер фигурой она напоминала девочку-подростка, которую в брюках можно принять за мальчика. Но Джейку, похоже, это нравилось, и то, как он ласкал ее тело в минуты страсти, было тому свидетельством. Для него Кэтлин была самой прекрасной женщиной в мире.

Горячие солнечные лучи не могли сравниться с обжигающим взглядом Джейка, наполнявшим ее томительным возбуждением. Он разглядывал ее тело так, словно Кэтлин была его добычей, а он, Джейк, выбирал наилучший способ, как с ней поступить.

— Знаешь, а ты мне нравишься, — задумчиво проговорил Джейк. — У тебя чудесная грудь — розовая, упругая. Так и просится в рот.

— Джейк! — Залившись румянцем, Кэтлин гневно уставилась на него.

Джейк ответил ей бесстыдной и неотразимой усмешкой.

— Вскоре ты станешь моей женой. Я буду восхищаться тобой, когда захочу.

— Но мы еще не женаты! Не смей говорить о таких возмутительных вещах!

— И попка у тебя тоже в самый раз, — словно размышляя вслух, продолжал Джейк, не обращая внимание на протесты Кэтлин. — Ничего, что она невелика и свободно помещается в моих ладонях. А уж розовый бутон между ног…

— Джейкоб Маккорд, немедленно прекратите! Его насмешливые глаза дразнили Кэтлин.

— Прости, Кэт, уже слишком поздно. Только тут она поняла, что и впрямь опоздала. К своему недовольству и восхищению, она увидела, как его обнаженная плоть набухает, становится толще, восстает между мускулистых бедер.

Кэтлин покачала головой, и ее волосы цвета воронова крыла упали на щеки, скрывая пламенеющий румянец. Джейк был неисправимо бесстыден. Он заражал ее бесстыдством. При виде его затвердевшего мужского достоинства она вновь ощутила внутри жаркую волну, неудержимое желание, горячую спираль напряжения, которую Джейк недавно пробудил в ней.

Она беспомощно следила, как Джейк приближается к ней. Он называл ее дикой кошкой, но из них двоих на кошку походил скорее он сам — гибкий, с каштановой гривой и яркими зелеными глазами, под взглядом которых Кэтлин забывала обо всем, он двигался с завораживающей красотой и непринужденностью, взбираясь по опаленному солнцем каменистому берегу к тому месту, где лежала Кэтлин. С дьявольским озорством и решимостью в глазах он остановился над ней, позволяя видеть, каким твердым, огромным и возбужденным он стал. Внезапно, к смущению Кэтлин, Джейк склонился над ней и потряс длинными непокорными волосами, осыпая ее разгоряченное тело градом ледяных капель. От неожиданного дождя Кэтлин чуть не задохнулась.

— Джейк! — вскрикнула она. Он рассмеялся, ложась рядом.

— А теперь мне придется слизать капли.

Он нацелился на левую грудь Кэтлин и обвел языком набухший сосок. Пронзительное наслаждение заставило Кэтлин так круто выгнуть спину, что Джейку пришлось прижать ее к земле, чтобы удержать на месте. Прикосновение его озябшего тела потрясло Кэтлин сильнее ледяного душа.

— Джейк, ты совсем замерз!

— Знаю. Согрей меня, Кэт, — произнес он внезапно охрипшим голосом. Нежность смягчила резкие черты его лица. Не давая Кэтлин опомниться, он лег между ее бедер, позволяя ей ощутить его затвердевшую плоть. Их пальцы переплелись, Джейк поднял руки Кэт за голову и приник к ее губам в медленном, жгучем поцелуе.

1
{"b":"8167","o":1}