А занимались они поиском и сбором различных артефактов, причем, исключительно в опасных местах. Места древних битв, про́клятые замки или территории, мертвые миры — вот их места поисков. Продажу артефактов организовали в своем мире, который получил прозвище «Магрынок». И всем заинтересованным магам приходится идти к ним, а там настолько слабые магические потоки и настолько бедны, что творить магические заклинания Высших Сфер вообще невозможно.
Риолла ушла туда из любопытства, где приобрела один артефакт. Потом кляла себя за неразумность и продавца за его умение «пудрить мозги» покупателям. Для себя пояснила что, возможно, это умение еще одна мутация этих людей. И хотя продавец сообщил, что артефакт был найден в руинах, очень похожих на древний разрушенный храм, понимания в сути и предназначении изделия это не добавило. С тех пор целых пятнадцать лет он хранился у нее дома бесполезным грузом.
Но стоило ей один раз увидеть будущий приз, как в один миг магесса осознала, что тот является частью чего-то, а второй частью была ее покупка. В следующий раз она взяла ее собой. Честно говоря, надеялась, что части целого «узнают» друг друга или дадут подсказку какую, но ничего подобного не произошло. Зато на улице, когда она, не сдержавшись, стала рассматривать свой артефакт на предмет появления чего-то нового, к ней подошел незнакомец с предложением продать «эту интересную вещицу».
Представился он коллекционером древностей, собирающим все немагическое. Женщина отказала, а он не стал настаивать, но подозрения в отношении себя оставил. Поэтому с тех пор она усилила защиту дома, дабы избежать кражи.
— Я и так выиграю его! — после минутного молчания произнесла девушка и направилась вдоль берега.
— И́ста, через пятнадцать минут жду тебя здесь, — строго приказал ей мать.
Та ничего не ответила, но Риолла знала, что дочь вернется. Она посмотрела на охранников и довольно кивнула, так как один из них немного в отдалении двинулся вслед за дочерью.
— Мам! — внезапно закричала дочь. — Иди сюда!
Женщина резко оглянулась, но, судя по поведению дочери, опасность отсутствовала, хотя телохранитель быстрым шагом приближался к ней. Когда подошла она, то за большим камнем, рядом с которым стояла Иста, лежал молодой человек. Одет он был всего лишь в плетеные из травы трусы, а за спиной его был обыкновенный старый бурдюк. Лежал он лицом вниз, почти касаясь валуна, а рядом с его головой растеклась большая лужа крови.
— Ма, представляешь, он еще живой. Я коснулась его — он теплый, и пульс есть, хотя и редкий.
Женщина создала плетение-диагност и бросила на парня. Нахмурилась, когда оно не достигло цели, растаяв при приближении. Теперь она рассмотрела его очень внимательно, предполагая, что это чхуурянин, но все оказалось не так, хотя магический каркас в некотором роде напоминал магическое тело аборигенов мира Чхуур. У последних прямо на магическом теле просматривалась очень токая сетка, у этого же парня эта сетка замещала магический каркас. Будь каналы магии толще, то парень мог бы стать магом большой силы, но в таком возрасте расширить их до необходимой толщины практически невозможно. Риолла впервые столкнулась с подобным, поэтому предположила, что эта сеть и рассеивает заклинания. Присев, она приложила руку к его груди, создавая то же плетение. При прямом контакте заклинание сработало.
— Он практически мертв.
— А ты можешь его вылечить?
— Что, понравился? — усмехнулась мать.
— Вот еще! — фыркнула девушка. — Будет моим рабом, пока не отработает свое лечение.
— А ведь, действительно, — одобрительно посмотрела на наследницу магесса, — последнего своего слугу ты убила.
— А чего он вечно пялился на меня, да еще рассказывал другим слугам, что бы хотел со мной сделать.
Риолла задумалась. Если получиться, то такой раб, имеющий сопротивление магии, будет очень ценен. Метку раба на него ставить бесполезно, но у нее всегда с собой имеются рабские браслеты.
С лечением она провозилась очень долго, а виновата все та же плохая восприимчивость молодого человека магии. Даже при прямом контакте заклинания ложились тяжело и грозились распасться. Но все-таки ей удалось подлечить его настолько, что жизнь парня стала вне опасности. После этого она надела ему на запястья рабские браслеты, а активировала их дочь.
— Не получается, — недовольно поморщилась та.
— Да, все же сказывается его сопротивление магии. В этом случае он сам должен дать согласие. Ничего, можно обмануть его, не оговаривая сроки.
— А вообще, откуда он? Да еще в таком странном наряде, — спросила девушка и захихикала. — Если бы ночью во время бури разбился корабль, то на берегу валялись бы обломки.
— Согласна, странный молодой человек, — кивнула мать, внимательно осмотрев море. — Но ничего, скоро узнаем.
Только спустя полчаса молодой человек открыл глаза, тут же вскочив на ноги. Увидев незнакомцев, он отступил на шаг.
— Кто ты? — спросила его женщина.
Парень замотал головой и произнес что-то на незнакомом языке. Женщина задала тот же вопрос на другом наречии и снова отрицательный жест. Она перебрала все известные ей языки, но незнакомец все отрицал, говоря после каждой фразы на своем родном. Правда, ей показалось, что тот тоже менял языки. Тяжело вздохнув, она сделал пару шагов к нему, поднимая руки. Тот сместился в сторону.
— Госпожа, — рядом очутился телохранитель. — Этот человек опасен. Движения тренированного бойца.
Риолла еще больше порадовалась, хотя на лице не отразилось ни одной эмоции, даже глаза не должны выдать ее состояние. Если удастся убедить парня принять отработку за лечение, то он будет и охранником дочери.
Следующие пару минут она попыталась на пальцах и жестами объяснить свои намерения. Молодой человек быстро сообразил, что от него хотят. «Могут возникнуть проблемы», — подумала она, кладя на голову парню руки и создавая очень сложное заклинание. К сожалению, менталистика женщине так и не далась, поэтому приходилось пользоваться разработанными каким-то гением плетениями.
— Теперь понимаешь меня?
— Да.
— Ты умирал и я спасла тебе жизнь. Вон твоя кровь, — магесса показала на лужу, — на голове, — она указала место, — можешь потрогать шишку и еще сохранившийся шрам. Лечение сразу скажу, давалось очень тяжело из-за твоего сопротивления магии, но я все же вытянула тебя с того света. Ты согласен отработать мою работу? Отрабатывать будешь не мне, а моей дочери, — поспешила добавить Риолла.
Она посмотрела на Исту, молодой человек также перевел на девушку взгляд. На его лице она не заметила даже тени восхищения, хотя ее малышка слыла красавицей. Это порадовало ее, так как не повторится произошедшее с его предшественником. Полминуты он размышлял, заставляя в душе нервничать магессу.
— Согласен.
Браслеты на его руках мигнули красноватым светом и погасли.
Магическая вселенная, мир Хо́ррос.
Я с удивлением посмотрел на свои руки, где красовались металлические браслеты. Интересно, мне показалось или они действительно мигнули светом. И как они очутились на мне и что значат?
— Эти украшения показывают, что ты принадлежишь мне, точнее, дочери. Поэтому в городе к тебе не будет никаких вопросов у стражи, и найти тебя мы сможем, если ты потеряешься.
Мне просто резануло слух слово «принадлежишь», но в данный момент уточнять или вообще что-то требовать не имело никакого смысла. Слабость была очень сильная да и шишку со шрамом я нащупал. Поэтому был благодарен за свое лечение и понимал, что должен. Я же помню последние моменты, когда прыгал с плота. Так что пока полностью не восстановлюсь, решил ничего не спрашивать.
— Э́ррик, у вас есть, что ему дать? — женщина посмотрела на вооруженного мужчину.
— Да, госпожа.
Этот простой ответ сказал мне очень много: во-первых, слово «госпожа» и интонация, с какой оно было сказано; во-вторых, легкий поклон головы; в-третьих, хотя это должно быть во-первых, тон и выражение лица самой «госпожи». Вывод не радовал — здесь жесткая иерархия и, скорее всего, есть рабство. Поэтому слово «принадлежишь» в отношении меня именно это и означало. «Буду разбираться», — решил я. — «Главное прийти в себя».