— «Найти болванчика, пересади ему Риннеган и пусть он воскресит ту девчулю. Можешь даже зыркнуть на него своими отвратительными глазами…»

— Ну тоже вариант… Ладно потом разберусь. Сейчас главное добраться до восьмихвостого и проследить за Акацуки. Они должны привести к статуе Гёдо, а с Обито можно и после разобраться.

— «Не нравится мне все это…»

— Мне тоже, слишком ускорились события.

— «Ты должен как можно быстрее добраться до Гьюки.»

— Сам знаю. — произнес я, прикрыв глаза и став тянуть чакру Курамы. Вмиг огромный поток желтой энергии окутал мое тело. Из-за сильной концентрации чакры, ее мог увидеть даже обычный человек. — Нужно будет после что-то сделать с этим. Слишком много чакры уходит в пустую… — смотря на желтую чакру, которая словно пламя танцевала на мне и активно растворялось в воздухе, я покачал головой.

— «Твое тело не может вместить такой объём энергии, поэтому выпускает ее через поры на коже, образуя что-то наподобие покрова. Трата не большая, поэтому не стоит беспокоиться об этом, тем более сейчас.»

Я ничего не ответил, полностью сосредоточившись на бег. Скорость, с которой бежал, была слишком большой. Только благодаря Шарингану я мог различить сменяющий пейзаж вокруг себя. Без использования Додзюцу все выглядело размыто и блекло. Страна Молний была очень далеко от Деревни Дождя, чтобы добраться до туда, без использования чакры Курамы, потребовалось бы мне около пяти дней. Если Обито не солгал, то только он был способен захватить сразу пять хвостатых за такой короткий срок. Но как он узнал их местоположение. Зецу ведь только нашел трёххвостого, или они уже знали расположение других Биджу из-за джинчурики, а из-за того, что Исобу был свободен, то его поиски затруднились. Весьма логично. Ведь каждый Джонин знает, что Биджу распределены по деревням, а значит их легко найти, особенно если владеть Шаринганом. Исобу был не пойми где, и никто не знал о его местоположении.

Думается мне, Обито подчинил всех Биджу. Слишком уж быстро. Хотя может просто навалял джинчурики. Тем более еще есть Итачи и Кисаме, которые также могли схватить Биджу. Конан, как я понял, мертва.

— Стоп, а с чего я решил, что у них было два Биджу? Ведь в аниме Фуу поймали Какузу и Хидан, а это явно произошло до битвы между ими и командой Асумы. В манге вроде говорилось, что до Гаары было поймано двое джинчурики. М-да, как я мог забыть такое… — нахмурился я, став перебирать в памяти все о Биджу. — Последним пойманным джинчурики до войны был Роши. Если память меня все же не подводить, то Итачи был жив на тот момент, а умер он после арки с Исобу. Все сходится, но почему тогда Нагато хотел уйти в тень. Испугался из-за того, что половину состава Акацуки одолели? Вполне возможно…

Пока я размышлял, то уже перешел границу Страны Молний. Это я понял, когда услышал звук хлопка, а затем в паре километров от меня что-то взорвалось. Недолго думая, вмиг преодолел расстояние до туда. Как я и думал, это был восьмихвостый, но понять против кого он сражался мне было тяжело. Чернильная туманная завеса не давало мне распознать фигуры.

Приблизившись и спрятавшись за горным выступом, я следил за Гьюки. Акацуки в этом тумане было трудно поймать взглядом.

— Ну и громкий он… Бедный Гьюки.

— «Он раньше также вел себя. Наверное, это карма. Только вместо дурацких словечек, мычал и булькал, то еще зрелище было если честно.»

— Хех, весело… — туман потихоньку исчез, открыв мне сначала фигуру Сасори, а затем Конан. — Похоже кто-то не уследить за пленным, а я ведь предлагал бабке забрать его в Коноху.

Гьюки был весь в мелких ранах и тяжело дышала. Акацуки как насекомые, постоянно перемещались и атаковали. Конан из-за крыльев и бумажных техник, была ужасом для восьмихвостого. Сколько бы Би не атаковал, вреда он не мог нанести. Девушка постоянно разлеталась на бумажные листы, избегая физические атаки. Ниндзюцу у Гьюки были неэффективными. Бомба Хвостатых слишком медленная. Чернила не спасали. Конан имба. По сути, она владеет Логией, без слабости фрукта. Слишком сильный геном, а именно им он и был. Каким бы мастером Ниндзюцу не был шиноби, тяжело создать технику, которая может превращать тело в бумагу, а затем обратно без последствий.

— Будь у нее огромный объём чакры, то она бы смело попала в десятку сильнейших этого мира. — в изумлении произнес я, наблюдая как девушка избегает атаки Би, разлетаясь и собираясь обратно. — А вот Сасори похоже тяжко, для него это как раз самый не удобный противник.

— «Какая разница, финал битвы уже очевиден. Ты ведь заметил, что Гьюки сбежал при чернильной завесе, а это всего лишь клон, который скоро сделает вид, что проиграл.»

— Угу. Он безумец или гений, раз вытворил такое. Влить всю чакру в клон и истощённым сбежать… Сенсоры не заметят из-за маленького объёма чакры и битвы. Атаки врагов не заденут, из-за хорошей точности противников. Клон будет еще долго жить из-за огромного запаса чакры. Крутой способ отступить.

— «Угу, тебе тоже следуют запомнить такой способ. Мало ли что произойдет в будущем.»

— Ты прав, иногда легче отступить чем продолжать битву. — произнес я, кивнув в знак согласия. — Похоже сражение скоро закончиться.

Восьмихвостый стал заваливаться на бок и реже атаковать. Показывая всем свою слабость, а Акацуки только этого и ждали. Начав атаковать в полную силу. Затем Конан окутала Гьюки взрывными печатями и взорвала их. Сасори только и оставалось схватить обгорелое тело Би.

— Какой актер… — покачал я головой, усмехнувшись. — Вместо рэпа, Би нужно было играть на сцене.

Я не стал выходить сразу из укрытия, а дождался, когда Акацуки вместе с клоном Би уйдут на приличное расстояние. Только чакра Гьюки скрывала меня вовремя сражения. Поэтому не хотелось, чтобы Акацуки заметили меня, а точнее девятихвостого. После использование покрова Курамы все мое тело фонило его чакрой некоторое время, и сделать с этим что-то было практически невозможно. По крайней мере скрытно.

— Надеюсь они приведут к статуе Гёдо, а то прыгать по этим пикам такое себе удовольствие… Толком даже чакрой не зацепишься. — ворчал я, аккуратно следуя за врагами, которые внезапно остановились, что слегка насторожило меня. Вскоре напротив Акацуки появился знакомый вихрь, а затем и сам владелец способности. Обито был в белой спиральной маске, которая закрывало всю его голову. Похоже он снова одел спирального Зецу. — Неужели Обито пришел за Би, если так, то не ведать мне статуи Гёдо.

— «Что будешь делать? Нападешь или дашь уйти?» — прозвучал голос Курамы, который, как и я, следил за Акацуки. — «Лучше не вмешивайся, проследишь позже за этими двумя. Того в маске ты все равно не успеешь убить, уйдет, как только заметит тебя.»

— Ты прав.

Обито направился к Сасори, у которого на плече находился клон Би. Похоже собирался переместить тело. Но неожиданно для всех, он, проходя мимо Конан, вдруг направил руку в сторону девушки, которую затем пробили насквозь древесные шипы. Сиреневолосая успела разлететься бумажными листьями и увернутся от подлой атаки. Но стоило ей собраться воедино, как в ее спину прилетело жало скорпиона. Девушка вздрогнула и упала на землю, а затем она взмахнула рукой и попыталась что-то сделать, но по шокированному взгляду было понятно, что ей это не удалось. Похоже это был яд, который поражал систему циркуляции чакры.

— Интересно что она предпримет? У нее есть два способа избавиться от этого яда. Первый — через повреждение каналов выплеснуть чакру, и второй — пробить тенкецу в районе яда.

Конан поняв бесполезность своих действий, стала отползать назад. В это время Обито медленно двигался за ней, явно наслаждаясь ситуацией, а затем резко он направил ладонь на неё. Девушка, видя это, быстро вытащила из волос бумажный цветок и сжала кулак. Оригами разлетелось, а затем и Конан, что позволило ей избежать атаки древесным шипом.

— Хм, воспользовалась чакрой в цветке, чтобы уничтожить яд, умно. — произнес я и стал выходить из укрытия. Конан может стать хорошим союзником, тем более у нас один враг. — Ты так всех своих союзников перебьешь… Сначала тот истощенный парень с Риннеганом, а сейчас эту прелестную девушку.