Порой сяо-Цы задумывалась, какой человек способен тронуть сердце Ее Высочества. После великой свадьбы сяо-Цы с горечью поняла, что принцесса и фума чрезмерно вежливы друг с другом.

В последние дни она замечала перемены в Ли Сянь. Она никак не ожидала, что принцесса, которая всегда соблюдала осторожность, вызовет Ло И ради фумы!

Теперь, когда Ли Сянь говорила такие вещи, сяо-Цы была уверена: сердечные струны сердца Ее Высочества наконец-то задели, но все же она, казалось, пребывала в нерешительности.

Ли Сянь долго молчала. Она покачала головой и растерянно произнесла: 

— Еще слишком рано говорить обо всем этом... Несколько дней назад... я кое-что переосмыслила, и возможность того, что он... разница между нами все еще слишком велика.

Сяо-Цы не ответила: Ли Сянь совершила много неоднозначных поступков на этом пути, и сама она принимала участие во всем этом. Даже при том, что многое было сделано из-за отсутствия альтернативы, примет ли это Линь Фэйсин?

Сяо-Цы стало жаль Ли Сянь: кто проникнется страданиями Ее Высочества?

Она посмотрела на свою госпожу, за которой она следовала с самого детства. Повинуясь внезапному и отчаянному порыву, она сказала:

— Ваше Высочество! Найдите удобный случай и расскажите фуме обо всем!

Ли Сянь промолчала. Сяо-Цы стиснула зубы и продолжила:

— Ваше Высочество, Вы забыли слова матушки-императрицы перед смертью? Фундамент законного наследника постепенно упрочнится, но как же Ваше Высочество? Огня в бумагу не завернешь. Если у Вас появились чувства, почему бы не дать друг другу шанс? Вы взвалили эту тяжкую ношу на себя и тащили ее все эти годы, эта служанка чувствует вину, просто глядя на вас! И еще... эта служанка считает, что даже если фума очень упрям, он все же хороший человек, не лишенный логики. Я верю, несмотря на то, что ему будет очень трудно принять все в начале, со временем он войдет в Ваше положение!

Слова Ло И эхом отдавались в ушах Ли Сянь: "Ты не завернешь огня в бумагу! Во всем мире только я могу принять тебя такой, какая ты есть на самом деле!".

Ли Сянь вдруг вспомнила, как на днях Линь Вэньюэ, не в силах сдержать свои чувства, обняла ее. Это был первый раз, когда она инициировала такой интимный контакт!

С момента свадьбы она всегда была сдержана, и, наконец, первая близость произошла после того, как ее разоблачили.

Ли Сянь вовсе не испытывала отвращения к этому объятию.

"После всего... останешься ли ты такой же?"

Глава 149

Глава 149. Свинцовые тучи готовы поглотить город

строчка из стихотворения Ли Хэ "Песня начальника округи Яньмэнь"

Целый день и до поздней ночи Линь Ваньюэ и принц Ци вели конфиденциальную беседу в шатре, обсуждая возможные ситуации между северной границей и гуннами.

Линь Ваньюэ многое вынесла из этого разговора, что даже, выйдя из шатра, была полна бодрости и энергии без малейших признаков усталости.

До этого у нее сложилось неплохое впечатление о принце Ци. По крайней мере, ей нравилось серебряное копье Гудань, которое он подарил.

Но после этого разговора она почувствовала сожаление, что они не узнали друг друга раньше!

Она принесла эту энергию с собой, когда искала Ли Сянь, и открыто рассказала о своих чувствах и впечатлении, пока та внимательно слушала со слабой улыбкой на лице.

Как только энергия иссякла, накатила усталость. Ли Сянь накрыла Линь Ваньюэ одеялом и повернулась, чтобы уйти.

В день отъезда Линь Ваньюэ с кавалерийским отрядом проводила процессию до десяти ли от города.

Ли Сянь сидела в карете, запряженной четырьмя лошадьми, направлявшейся в столицу, а следом везли гроб принца Юна, что уже много дней простоял на северной границе.

Сопровождаемая пятью тысячами императорских конвоиров процессия неуклонно продвигалась к столице.

Линь Ваньюэ не хотелось разлучаться с Ли Сянь. За весь их долгий брак у нее еще не было такого беспечного и блаженного периода.

Катастрофа, которую она изначально себе навоображала, так и не произошла. Благодаря спокойному принятию Ли Сянь Линь Ваньюэ чувствовала, будто находится во сне. Она не осмеливалась убеждаться в реальности происходящего, поскольку боялась, что спугнет это счастье.

Огромная тяжесть наконец сошла с ее сердца. Даже если ей и дальше придется скрываться под личностью мужчины, чтобы выжить, у нее была Ли Сянь, чрезвычайно важный человек, посвященный в тайну. Это все меняло.

Верхом на благородном скакуне Лунжане, Линь Ваньюэ наблюдала с холма за тем, как отдаляется внушающего вида отряд и превращается в маленькую извилистую вереницу, пока не исчезает совсем.

Линь Ваньюэ осознала, что ей предстоит сказать Ли Сянь о многом.

Например, что хоть она и женщина, просьба императора о взятии Ли Сянь в жены никоим образом не являлась шуткой…

Или же, несмотря на то, что сама Ли Сянь — женщина, Линь Ваньюэ всем сердцем любила ее.

Ли Сянь тихо сидела в своей просторной и роскошной карете. Как только процессия покинула территорию Янгуаня, она, наконец, пришла в себя и распахнула окно кареты. Разглядывая проносящийся мимо пейзаж, она приняла кое-какое решение.

Как только все копейные установки были установлены на вершине городской стены, Линь Ваньюэ пришел в голову хитрый план, и она обсудила его с принцем Ци, который ударил по столу и выкрикнул восторженную похвалу.

Таким образом, Линь Ваньюэ назначила помощников из списка, оставленного Ли Сянь. Используя большое количество воды, она начала устанавливать "секретную" ловушку за пределами города!

В этой ловушке не было особой надобности, но если гунны привезут слишком много катапульт, она сможет нанести гибельный удар!

Далее пришло время ждать. Гунны утеряли свои запасы провизии и решительно отказывались идти на мировую.

Предположения принца Ци и Линь Ваньюэ совпали. Ожесточенная битва начнется еще до того, как на северной границе выпадет первый снег.

Ко всему прочему, результат этой битвы, будь то победа или поражение, будет зависеть от продолжительности союза гуннов.

Линь Ваньюэ не пришлось ждать слишком долго. За рассветным небом, затянутым черными тучами, последовал день.

По Янгуаню пронесся глубокий звук сигнального рога!

Но в отличие от прошлого раза, войска встали на позиции задолго до сигнала. Разбившись на шестнадцать каре, они ожидали за пределами города!

При звуке боевых барабанов солдаты выпятили грудь и крепче сжали оружие. Боевой дух мощно взыграл в их сердцах! Даже строевые кони начали беспокойно бить копытами, выпуская из ноздрей белый пар!

Многочисленная гуннская армия выступила в полном составе. Согласно данным разведчиков, на этот раз гунны приготовили более сотни катапульт, а также штурмовые лестницы и таран!

Линь Фэйсин договорился с принцем Ци, что каждый из них выполнит свою часть работы: Ли Чжэнь возьмет с собой отважного генерала, Ся Ушуанхоу, и, возглавив кавалерию, уничтожит врага за пределами города. Линь Фэйсин в качестве главнокомандующего армией примет командование в городе.

Поскольку катапульты были дальнобойным оружием массового поражения, находиться на городской стене было небезопасно.

На нее поднялись все пехотинцы. Даже лестницы были заполнены солдатами.

Принц Ци, облаченный в золотые доспехи, держал трехконечное копье с двумя лезвиями*, за ним следовал Ся Ушуанхоу с секирами в обеих руках.

* !

Линь Ваньюэ пока еще стояла на городской стене. При виде боевого снаряжения принца Ци у нее забурлила кровь. Ей тоже неимоверно хотелось возглавить могучее войско и сойтись с гуннами в смертельной схватке!

Тьма-тьмущая гуннской кавалерии, которой не было видно конца, устремилась к ним навстречу!

Сгустившиеся тяжелые черные тучи, казалось, давили на всех, а приглушенный конский топот грохотал, как отдаленный гром. Линь Ваньюэ прищурилась и подняла правую руку!