За эмоциональными словами снова последовал кашель. Мертвенно-бледное лицо Ли Му стало сплошь красным. Не в силах остановить кашель, Ли Му поспешно помахал Ли Сянь рукой.
— Дядя... Сянь-эр все поняла. Думайте о своем здоровье. Сянь-эр поможет Вам сесть.
Ли Му продолжал кашлять, но позволил Ли Сянь помочь ему сесть в кресло. После длительного приступа кашля он наконец успокоился. Взяв у Ли Сянь стакан воды, он залпом все выпил и бессильно вздохнул.
Он поставил стакан на стол и, понизив голос, полный сожаления, проговорил:
— Дядя был слишком доверчив. А то, что ты предлагала, когда приезжала в тот раз... дядя должен был согласиться. Я тогда тебя не послушал и просто послал этих нескольких человек сопровождать тебя обратно в столицу! Если бы с тобой что-то случилось, как смог бы я смотреть в глаза твоей матери-императрице на небесах? К счастью... к счастью, небеса сжалились над Сянь-эр. Эх... этот Линь Фэйсин — многообещающий талант, его прошлое чисто. В ближайшие дни я поручу ему принять твое предложение вместо меня. Дядя еще может продержаться какое-то время. Еще я упомянул имя Линь Фэйсина в своем письме к императору. Я надеюсь, что после моей смерти... он сможет удержать северную границу. Только тогда я могу быть спокоен!
Едва затихли слова Ли Му, как за пределами шатра донесся громкий голос:
— Главнокомандующий... могу я спросить главнокомандующего, где сейчас находится генерал Линь Фэйсин?
У полога показался Ли Чжун.
Хотя он испытывал отвращение к Линь Фэйсину, положение Пинъянхоу в глазах принца Чу в настоящее время было шатким, и Ли Чжун то и дело мечтал, что если он выполнит приказ принца Чу, то восстановит это положение.
Вот почему, когда он обустроился в Янгуане, он начал искать Линь Фэйсина, даже не навестив Ли Му.
Безустанные поиску по лагерю оказались бесплодны, поэтому он пришел спросить Ли Му.
Когда Ли Чжун вошел в шатер и увидел Ли Сянь, он неловко улыбнулся и поспешил выполнить свой долг вежливости по отношению к Ли Му:
— Чжун-эр приветствует дядю. Как нынче дядино здоровье?
От такой формы обращения Ли Му скривил лицо: хотя императорский указ о браке уже давно приняли, и приближалась дата церемонии, но его племянница еще не переступила порог мужьего дома, и называть его дядей было крайне неуместно. Если такое обращение услышат лишние уши, это нанесет ущерб репутации его племянницы!
Ли Му поднял глаза на Ли Сянь, заметив в ее поведении мягкость и отсутствие хотя бы малейших изменений в выражении лица. Внезапно он словно вошел в прострацию — ему показалось, что перед ним сама Ли Цинчэн.
— Дядя, Вам следует беречь здоровье. Сянь-эр слышала, что кузина Шэнь очень встревожилась, когда узнала о Вашем состоянии. Думаю, в течение ближайших нескольких дней на северную границу прибудут супрги Пиндун, чтобы повидаться с Вами.
На лице Ли Му показалась улыбка любящего отца. Он кивнул:
— Шэнь-эр приедет как раз вовремя, у меня к ней есть дело.
Ли Му понимал, что Ли Сянь намеренно меняет тему разговора, давая ему возможность отступить. Раньше Ли Му бы просто смирился с этим. Но с тех пор, как он узнал, что времени осталось мало, его взгляд стал более открытым, и он старался жить беззаботной жизнью.
— Шицзы Пинъянхоу, этот старик не смеет принять твое обращение ко мне как к дяде. Несмотря на то, что приближается день свадьбы, пока Сянь-эр не замужем — мы с тобой не родственники. Такое опрометчивое обращение больше не должно слетать с твоего языка!
Тонкокожий Ли Чжун на мгновение покраснел, а затем побелел. Он поклонился, сложа руки на уровне груди, и извинился:
— Наставления главнокомандующего верны, этот младший допустил небрежность.
— Хм, — Ли Му холодно фыркнул. — Этот старик сейчас не в лучшем состоянии, поэтому все военные обязанности границы перешли к Линь Фэйсину. Он был очень занят в течение этого периода и не спал уже три ночи. Он был недавно тут и просил указаний у этого старика, а сейчас вернулся в свой дом на юге города, чтобы отдохнуть. Если шицзы захочет его увидеть, найдете его в южном поместье Линь.
Несмотря на то, что Ли Му отвечал на вопрос Ли Чжуна, он все время смотрел на Ли Сянь.
Ли Сянь поняла намек. Она обменялась несколькими словами с Ли Му, затем увела Ли Чжуна с собой из шатра.
— Если шицзы хочет отправиться в поместье Линь, я могу составить ему компанию. Генерал Линь приходится мне старым знакомым. Думаю, это поможет шицзы.
У Ли Чжуна заблестели глаза от такой отличной идеи, и он радостно сказал:
— Если принцесса не против возблагодарить Чжуна своим обществом в этой поездке, то конечно, это будет замечательно.
Ли Сянь посмотрела на Ли Чжуна мягким взглядом и блекло улыбнулась.
— Шицзы слишком строг к себе. Так как еще ранний день, давайте отправимся прямо сейчас.
Южное поместье Линь
Ли Сянь и Ли Чжун сидели в гостиной, куда их сопроводила Юйлу. Когда Юй Сянь увидела Ли Сянь из-за двери, у нее засияли глаза. Она подняла руку, чтобы удержать Хуцзы от доклада Линь Фэйсину, и спросила:
— Кто эти двое, а?
Хуцзы почесал в затылке и ответил:
— Я не знаю... эта госпожа говорит, что она старый друг хозяина. И этот молодой господин пришел вместе с ней.
Как только он это сказал, его лицо покраснело. Он никогда в жизни не видел таких красивых людей!
По тому, как это произнес Хуцзы, Юй Сянь сразу все поняла. Она преградила ему путь и настойчиво сказала:
— Я слышала, что хозяин почти не спал эти три ночи! Разве мы, слуги, не должны думать о здоровье нашего господина?
Хуцзы завис где-то в облаках, но все равно кивнул и ответил:
— Это да...
— Тогда не ходи пока будить хозяина. Он недавно лег и поспал всего ничего! Если что-то пойдет не так, он может разозлиться на тебя. Эта цзе-цзе в хорошем настроении, я тебе помогу! Сначала я войду и разведаю обстановку, а потом попробую попросить их прийти в другой раз. Ты иди и спрячься за деревом. Если я помашу тебе платком, можешь разбудить хозяина, а?
— Айо! Тогда спасибо, Юй Сянь-цзе!
Хуцзы радостно улыбнулся ей и побежал к дереву. Он спрятался за ним и, высунув голову, поглядел на нее.
Юй Сянь слегка улыбнулась и направилась в гостиную.
— Уважаемые гости удостоили наш дом посещением. Имя этой служанки — Юй Сянь. Слуга уже отправился за хозяином. В последнее время господин очень занят и не спал уже несколько ночей, поэтому может припоздать. Надеюсь, гости не обидятся.
Сказав это, Юй Сянь подошла к Юйлу и прошептал ей на ухо:
— У них нарядные одежды; почему ты подала один чай? Сбегай на кухню и подай на стол стряпню в качестве десерта!
Юйлу, схватив поднос, испуганно бросилась на кухню.
— Ничего-ничего, все в порядке! — Ли Чжун махнул рукой и прищурился в улыбке.
Ли Сянь поставила свою чашку на стол и небрежно спросила:
— Могу я поинтересоваться, чем вообще занимается господин Линь?
Она перевела взгляд на Ли Чжуна. Думая, что Ли Сянь помогает ему раздобыть необходимую информацию, он благодарно ей улыбнулся.
— Ох, эта служанка не знает всей сути дела, но об этом говорит уже весь Янгуань. Вижу, вы приехали издалека, поэтому я расскажу о некоторых слухах! Некоторое время назад наш господин получил половину печати главнокомандующего и издал три военных приказа…
Юй Сянь обстоятельно рассказала о недавней деятельности Линь Ваньюэ. На все, что спрашивала Ли Сянь, она отвечала.
Закончив рассказывать, Юй Сянь взглянула на небо за окном и сказала Ли Чжуну извиняющимся тоном:
— Надеюсь, этот молодой господин не обижается! В последнее время к нам зачастили посторонние люди, и хозяину, возможно, это надоело. А он действительно очень устал. Прошу молодого господина, подождать еще немного.
Ли Чжун сразу же насторожился:
— Могу я спросить у этой девы... что за посторонние люди?
— Ох, я не более чем служанка и помню не так много. Сегодня вот наведывался один. Ой, он притащил столько сундуков и ларцов... когда эта служанка подавала чай, она, кажется, услышала имя "Гун Цзяньфань"... что-то вроде того.
