— Нет, потому что мне разрешили поступить в академию только в качестве няньки Эсмы. Если ее отчислят, вряд ли мне разрешат продолжать учебу.

— Но это же абсурд, — возмутился Рейван, — как тебе могут запретить учиться? Твой отец знает, как для тебя это важно?

— Не знаю, — я вздохнула, мысленно сопротивляясь погружению в эту тему. — После ухода мамы отец охладел ко мне, не знаю, почему он не сослал меня в интернат. Ему все равно, что для меня важно, а что нет. — В горле появился горький комок застарелой обиды. — Он любит Эсму. Меня же он будет рад выдать замуж и отослать подальше.

— Так выходи за меня. — предложил Рейван.

Сначала я подумала, что ослышалась.

— Что?

— Ну а что? — он, потягиваясь, повалился на кровать. — Можем заключить с тобой фиктивный брак. Ты станешь независимой от своего отца и продолжишь учиться в академии. Я, так уж и быть, позволю своей жене получать образование. — Рейван мне подмигнул.

— То есть фиктивный брак? А о настоящем речи не идет?

— Ну, — фыркнул Рейван, — ты так удивилась моему предложению, что о настоящем браке заикнуться я побоялся.

— Чувствую себя особенной, — я улыбнулась и тоже легла на кровать рядом с Рейваном, чтобы лучше видеть выражение его лица. — Завидный холостяк нашего факультета делает мне предложение, подумать только… Не боишься, что соглашусь!?

— Не боюсь. — он сверкнул глазами и провел указательным пальцем по моей щеке.

— Я, конечно, люблю смотреть на то, как ты очаянно блефуешь, — я закатила глаза, — однако не хочу решать свои проблемы замужеством. Это недостойно.

На самом деле, даже если Рейван предложил бы мне всерьез выйти за него, я бы отказалась. Потому что не хотела обременять наши легкие отношения какими-либо обязательствами, будь они фиктивными или настоящими. Да и впутывать его в свои проблемы тоже не хотела. Нам и так хватает общих проблем.

— Замужество для тебя недостойно? Какая же ты у меня необычная девушка. — Рейван с теплотой засмеялся, притягивая меня к себе ближе. — Кора?

— М?

— Давай я завтра поеду с тобой?

Несмотря на шутливый тон, он отнесся серьезно к моим словам об отце. Видимо, он старался не угнетать меня еще больше своими комментариями и расспросами об отношениях, которые его не касались.

— Спасибо, — я благодарно сжала его ладонь. — Но не стоит.

— Как бы не закончилась твоя завтрашняя встреча, ты можешь на меня рассчитывать.

Я помолчала и быстро заморгала, прогоняя подступивший к глазам жар, затем поспешила перевести все в шутку.

— Приедешь и женишься на мне?

— Как минимум, приеду делать с тобой проект. У нас он общий, как никак.

— Все с тобой понятно.

— На самом деле, у меня тоже не прекрасные отношения с родителями. С матерью особенно, — вдруг сказал Рейван, глядя в потолок, — сколько себя помню, меня всегда сравнивали с другими. Приводили в пример чужие успехи и никогда не были довольны моими результатами, хотя братьев хвалили. Наверное, считалось, что наследника рода нужно держать в ежовых рукавицах.

Я затаила дыхание, боясь спугнуть откровения Рейвана. Вряд ли он кому-то часто так открывался.

— Сначала я пытался стать лучшим. Представляешь, я мог бы стать таким же ненормальным, как Элиот, но все же в один момент решил выдохнуть и перестать из кожи вон лезть, чтобы оправдать чужие ожидания, которые и оправдать-то невозможно. Я все это веду к тому, что неважно, как родные к тебе относятся и кем хотят видеть, чего ждут от тебя или чего не ждут, важно лишь то, что хочешь ты.

Я глубоко вздохнула, думая об отце. Наверное, мне всегда хотелось быть лучше Эсмы, чтобы понравиться папе, чтобы показать ему, как он ошибается, предпочитая общество сестры. Сейчас меня уже не заботило, что он обо мне думает. Лишь бы не мешал жить, а без его признания я продержусь.

— Я уверена, что твои родители гордятся тобой, — сказала я Рейвану, — им повезло, что у них такой сын. Да и… Ты говорил, что не пытаешься стать лучшим. Однако для меня ты лучшим стал.

— Неужели это признание в любви? — приподнялся Рейван, заглядывая в мое лицо.

Я растерялась под его притягательным взглядом и пробормотала:

— Мечтать не вредно.

Он засмеялся и приник к моим губам. В начале поцелуй был невинным, но потом стал более глубоким и откровенным, Рейван наслаждался моим языком и неумелыми, но старательными движениями. Только сейчас до меня дошло, что мы лежим с ним на одной кровати в его комнате и… Нам ничего не мешает выйти на следующий этап отношений. И самое страшное, что мне этого хотелось.

По телу пронеслась волна жара от одной мысли о новых ощущениях. Я запустила ладони под свитер Рейвана, ласково проводя пальцами по его бокам. Парень резко выдохнул мне в губы и остранился.

— Что-то не так?

— Нет… Просто. Надо остановиться сейчас. — хрипло сообщил он.

— Зачем? — спросила я и смутилась собственного вопроса.

Наверное, у меня даже уши покраснели.

— Потому что ты сегодня перенервничала по полной программе и находишься в состоянии аффекта. Я буду последним мерзавцем, если этим воспользуюсь.

Вот я впервые пожалела, что Рейван такой благородный. Возможно, он был прав, и адреналин после всех приключений еще играл в крови и снабжал мозг неоднозначными желаниями, но… Но почему нет!?

Оказывается, даже репутация лучшей академии не такая чистая, как все считают. Так какой смысл мне соблюдать принципы, нарушение которых не сделает меня ни хуже, ни лучше?

Разные аргументы крутились в голове, явно отражаясь на лице, за которым с полуулыбкой наблюдал Рейван, затем он чмокнул меня в нос, поднялся и ушел на вторую кровать, предназаначенную соседу, которого, к счастью, так и не подселили.

Я разочарованно и сердито посмотрела ему вслед и отвернулась к стене.

— Ты на меня обиделась? — раздался в тишине насмешливый голос парня.

— Не мешай мне спать.

— Завидую, что ты можешь заснуть.

— Завидуй молча.

— Какие мы сердитые, — начал дразнить меня Рейван, а потом смолк.

«Тук-тук».

Глухой звук погрузил комнату в напряженную тишину. Я поежилась от нахлынувшего страха и вскочила на кровати. Рейван уже поднялся и подошел к двери.

— Не открывай, — прошептала я одними губами, но парень меня не послушал.

Я приготовилась к самым худшим гостям, поэтому голос Клары привел в недоумение. Вот кого-кого, а эту блондинку я не ждала услышать. Рейван придержал дверь, не позволяя нам с Кларой друг друга увидеть, так что моему взору открывался лишь профиль парня. На его лице застыла смесь из эмоций. Облегчение соперничало с неподдельной тревогой.

— Что ты здесь делаешь?

— Я думала, ты мне не откроешь, — ответила блондинка, — я приходила час назад, и тебя, видимо, не было в комнате. Где ты был?

— Я должен перед тобой отчитываться?

— А разве нет? Думаю, после всего, что между нами было, мы не можем стать друг другу совершенно чужими.

Рейван еле удержался, чтобы не взглянуть на меня, даже мышцы на его шее напряглись.

— Клара, — мученически вздохнул он, — я же все объяснил. Это было ошибкой.

— Нам стоит еще раз поговорить. Я не успокоюсь, пока мы все не обсудим. Может, впустишь меня?

— Нет.

— Боишься, что повторится та ночь? Хотя я знаю, что нам обоим этого хочется. — голос Клары приобрел саркастичные визгливые нотки, она пыталась разозлить Рейвана, вывести его на эмоции.

Мой взгляд упал на черную рубашку, висящую на стуле рядом с кроватью, и губы невольно растянулись в предвкушающей улыбке. Я стянула с себя свитер и надела на оголенное тело мужскую рубашку, застегнув ее на одну пуговицу в районе груди, а потом приблизилась к Рейвану и обняла его предплечье, выглядывая в коридор.

Клара, увидев меня, шумно выдохнула и отшатнулась, будто я предстала перед ней призраком. Кстати, одета она была в облегающее короткое платье пыльно-розового цвета, смотрелась она в нем вульгарно. Хотя в чем же еще шататься по чужим комнатам в столь поздний час. Мысль о намерениях, с которыми заявилась сюда блондинка, ослепила злостью.