Призыву также подлежал и высший медицинский состав больницы. Так с 13 ноября 1916 года по 3 января 1918 года профессор М. П. Киреев по совместительству служил в 4 сводном эвакогоспитале в Москве на скромной должности младшего ординатора.

Старший доктор В. Н. Розанов вместе с ординаторами (в углу А.Д. Очкин) обходит раненых военнослужащих. Фото 1914 г.

Также невозможно обойти стороной и факт, что дочь главного доктора Гетье Наталья также ушла на фронт добровольцем для работы в прифронтовом лазарете. Наталья служила сестрой милосердия в Краснокрестном лазарете, прикомандированном к 67-ой пехотной дивизии. До войны Наталья была чемпионкой Москвы по теннису и состояла в клубе лыжников. На фронте за дочерью Ф. А. Гетье пытался ухаживать известный впоследствии всему Советскому Союзу, а также по портрету художника М. В. Нестерова, расписавшего храм Марфо-Мариинской обители милосердия, Сергей Сергеевич Юдин, который служил в той же дивизии зауряд-врачом. О том, как познакомился молодой хирург с главным доктором Солдатенковской больницы С. С. Юдин написал сам: «Я как-то раз уезжал в Москву из действующей армии в краткосрочный отпуск, но Наташа просила меня повидать отца и передать письмо. При этом случае мы и познакомились с Федором Александровичем. Он воспользовался моим отъездом в дивизию, чтобы переслать дочери довольно большую посылку теплых вещей на зиму, что я и доставил по назначению. Но, передавая посылку, я понял, что выбор свой Наташа уже сделала: она стала женой адъютанта начальника дивизии, поручика Любченко – юного офицера, с массой угрей на лице и резкого заики. С ним она ушла и в эмиграцию» (С. С. Юдин. Воспоминания. М. 2012. С. 105). На фронте Наталья Федоровна отличилась и была награждена Георгиевским крестом.

В. Н. Розанов и А.Д. Очкин за операционным столом. За вторым операционным столом стоит ординатор К. Г. Хрущев

Нагрузка на медицинский персонал Солдатенковской больницы в связи с всеобщей мобилизацией значительно выросла. Кроме того, нагрузка на отделения, в которых находились раненые, увеличилась из-за огромного числа поступающих с фронта солдат и офицеров. Так, например, число больных в хирургическом корпусе доходило до 170 при нормальном максимуме в 100, и в острозаразном корпусе вместо 72 больных размещалось 132 (См.: Отчет московской городской больницы имени К. Т. Солдатенкова за 1914 год. М.1916. С.1).

Для оказания своевременной помощи раненым с августа 1914 года в Солдатенковскую больницу дополнительно были приглашены только что получившие дипломы женщины-врачи.

24 августа 1914 года принята на работу сначала в качестве ассистента, а затем и ординатора молодая врач Решетова Наталья Николаевна, 1883 года рождения, окончившая С.-Петроградский женский медицинский институт. Она проработала в больнице до 29 апреля 1918 г. После окончания Университета 16 сентября 1914 года госпитантом принята Дмитриева Евгения Дмитриевна (род. 2 октября 1888 г), которая дослужилась до старшего врача и проработала в больнице до последних своих дней (ум. 1957 г.). Своим исключительным добросовестным отношением к врачебному делу Евгения Дмитриевна оказала огромное влияние на рост авторитета Боткинской больницы, особенно в годы Великой Отечественной войны. 20 октября 1915 года в Солдатенковскую больницу после окончания в 1914 году Московского университета был принят Рейн Борис Александрович (1886 года рождения) на должность ассистента и, работавший позже ординатором.

Для вновь поступивших на должность сестры милосердия по предложению городской Управы 1 августа 1914 г. в Солдатенковской больнице были открыты месячные курсы, на которых преподавались предметы по анатомии и физиологии, фармакологии, общей патологии и терапии главных болезненных форм, десмургии, хирургии, бактериологии и заразным болезням. Это в значительной степени помогло заполнить нехватку кадров в младшем медицинском персонале для обслуживания как раненых военных, так и гражданских лиц. А грамотные сестры милосердия были востребованы как никогда ранее, тем более, что вид ранений, с которыми зачастую встречались медработники, требовал особой подготовки.

Владимир Николаевич Розанов, как ученый и практик, исследуя ранения военнослужащих, поступающих в больницу, сделал неутешительное наблюдение: «Припоминая тех раненых, которых мне пришлось видеть… во время Русско-Японской войны, и сравнивая их с теми, которых теперь привозят к нам в Москву… общее впечатление складывается к тому, что эта война дает большее количество тяжело раненых, чем японская. Теперь больше раненых артиллерийскими снарядами, ранения которыми в общем всегда тяжелее ружейных; что же касается до современных ружейных пуль, то слово «гуманность» еще менее вяжется с современными пулевыми ранениями, чем это было в японскую войну. Я не касаюсь, конечно, разрывных пуль, которые попадаются довольно редко, но и обычные ружейные пули, принятые в воюющих армиях, дают ранения, часто очень похожие на действие разрывных пуль… эти пули очень часто опрокидываются, так что попадают в тело не кончиком, а дном или боковой поверхностью; кроме того это опрокидывание пули получается иногда и в самом теле, а это все обуславливает собой большую тяжесть ранения, благодаря разрыву, размозжению и раздроблению тканей и образованию более широких ворот для поступления инфекции. При массовых наблюдениях поступающих раненых бросается в глаза немалое количество контуженных, и эти больные в большинстве случаев очень тяжелые. Громадные снаряды тяжелых орудий, проносясь с колоссальной быстротой, вызывают, очевидно, за своим полетом страшное разрежение воздуха, что в организме, стоящем на пути полета, дает почти молекулярные экстравазаты, которые и обуславливают собой крайне причудливую, своеобразную картину страдания» (См.: Отчет московской городской больницы имени К. Т. Солдатенкова за 1914 год. М.1916. Медицинский отчет. С. 44, 45).

Характер ранений у поступающих в больницу военнослужащих, приведенный в отчете Розановым, требовал организации протезного и ортопедического производства. По инициативе Комитета Великой Княгини Елизаветы Федоровны в 1915 году в Москве была открыта протезная мастерская и с 1916 года начал функционировать Московский Центральный протезный завод (в настоящее время – ОАО «Московское производственное объединение «Металлист»). Вся организационная и медицинская работа по строительству протезного производства осуществлялась старшим врачом Солдатенковской больницы В. Н. Розановым. Для исполнения работы по созданию и развитию протезных мастерских, а впоследствии и самого завода, В. Н. Розанов привлек своего ассистента Николая Николаевича Приорова. Он описал дореволюционное состояние протезного дела в России в предисловии к книге «Протезно-ортопедическая помощь». «Впервые более или менее широко вопрос о протезировании был поставлен в 1915 г., когда с фронта империалистической войны стали поступать тысячи инвалидов без ног, без рук. До этого времени изготовлением протезов занимались только кустари и отчасти магазины, где продавались хирургические инструменты. Широкой массе трудящихся протезы, ввиду их дороговизны, почти были недоступны.

Во время империалистической войны было организовано несколько протезных мастерских, и только инвалиды войны снабжались протезами. Тысячи инвалидов, потерявших ноги, руки, с повреждением костей рук, ног, позвоночника, стали на очередь в ожидании получения протезов и ортопедических препаратов. Существовавшие мастерские были явно недостаточны для снабжения этой колоссальной массы инвалидов; медицинские организации не были подготовлены к этой работе, не было ни врачей, ни техников, ни рабочих, знающих это дело» (Д-р M. Бом, Д-р Йоттковиц, Д-р Розенфельд. Протезно-ортопедическая помощь. М., 1932. С.3)