– Эй, Абрамсон, ты в своём уме?! – заорал ему кто-то сверху, похоже, это был капитан Мистли-Холла, – Что творишь?!!

С некоторым недовольством на симпатичном лице, Абрамсон развернулся в сторону, откуда доносился голос, и выкрикнул:

– Вы разве не видите, кто это, сэр? Это же Капитан Крюк! – затем он слегка смущённо потёр гладковыбритый подбородок, вернулся глазами к явно ошеломлённому таким гостеприимством пирату, и скромно добавил, – Простите, сэр.

Члены экипажа парохода оттаяли и начали громко перешёптываться между собой, указывая пальцами на Капитана Крюка, с испугом и недоверием разглядывая его статную фигуру (капитан был шикарен, как всегда: идеально подчёркивающий телосложение синий жюстокор, белоснежный шейный платок, искусно декорированная драгоценными камнями рукоять шпаги, дикие кудри…); похоже, они все только сейчас заметили грозно поблескивающий крюк, торчащий из кружевного манжета. Небо над кораблями, наверное, оттого и было пасмурным, что смертельная сталь крюка забрала себе все солнечные блики. Джеймс самодовольно вздёрнул нахальный хвостик брови и театрально поправил крюком роскошную перьевую шляпу, а его верные псы-пираты все, как один расплылись в жутковатых оскалах, как бы говоря: «Видали? Да-да, это он, собственной персоной! Сдавайтесь, или вам не сдобровать».

– Друзья, – уверенно продолжил Абрамсон, снова повернувшись к своим сослуживцам, – Капитан Крюк и экипаж Весёлого Роджера доблестные и благородные мореплаватели. Они сохранят наши жизни, если мы сдадимся! Сэр, – обратился он к Джеймсу, – Мистли-Холл под завязку нагружен оружием и боеприпасами, для Вас это, должно быть, отличный улов. Возможно, Вас также заинтересует что-то из нашего оборудования. Пожалуйста, забирайте всё, и мы с радостью поможем Вам с погрузкой. Нам всё равно выплатят страховку.

– Парень дело говорит, – мягко подтвердил Джеймс, поглаживая внешнюю сторону крюка.

Голос у него был такой вкрадчивый и величественный, что, казалось, даже ветер стих, и волны перестали шелестеть под кормой, чтобы у каждого был шанс услышать, как звучит легенда. Наверху что-то крякнуло, булькнуло, вздохнуло, и из-за бортика высунулись две ладошки, принадлежащие, судя по всему, другому капитану:

– Ваша взяла. Мы сдаёмся.

Потом над бортиком появилась также аристократически седая макушка с испариной на лбу и добавила:

– Абрамсон Вас проводит. Мой экипаж в Вашем распоряжении. Не убивайте их, пожалуйста.

– Благодарю за столь радушный приём! – усмехнулся Джеймс, – Ты на редкость смышлён, парень, – он глянул на Абрамсона, достаточно высокого, кстати, но пониже капитана на полголовы.

– Позвольте представиться, сэр, – парень просиял и охотно вытянул капитану левую руку с такой уверенностью, как будто уже делал это, или сам был левшой, – Томас Абрамсон, первый штурман, старший помощник капитана!

– Штурман, значит, – Джеймс коротко пожал предложенную кисть, – Что ж, это достойно уважения. Полагаю, мне представляться не требуется. Веди меня в грузовой отсек.

Сияющий Томас готов был на месте лопнуть от энтузиазма. Он не сдвинулся с места, чуть помешкал, и, всё-таки, спросил:

– Вы не узнаёте меня, сэр?

Джеймс вгляделся в его лицо с правильными чертами: обычный молодой парень, ничем для него не примечательный.

– Не думаю, что…

Но Томас не выдержал, перебил его и выпалил:

– Я Лисичка!!! – он чуть не подпрыгнул от волнения.

На несколько секунд повисла тишина, глаза у Томаса лучились всё больше и больше, а у капитана тонули в недоразумении… и вдруг он вспомнил. Выражение его лица на мгновение удивлённо озарилось и сразу же помрачнело, но парень этого не заметил.

– О.

– Я так рад снова встретить Вас, Капитан Крюк, сэр! – весело сообщил он.

– Да. Эм. Да. Здравствуй… Лисичка.

Печаль неприятной горечью дёрнула Джеймса за горло, и он снова скользнул глазами по неузнаваемо взрослым чертам лица Томаса Абрамсона, первого штурмана, старшего помощника капитана.

Раза в два прибавивший и в росте, и в возрасте со времени их первой встречи Лисичка, пока показывал Джеймсу весь груз Мистли-Холла, все уши ему прожужжал о том, как вдохновился мореходством в то самое путешествие до Лондона, как вознамерился стать профессиональным штурманом, как теперь его хвалят за успехи и твердят, что в навигации он лучший специалист, но он по сей день высоко чтит своего кумира и преклоняется перед его мастерством. Джеймс из всей этой бравады ни слова не уловил, лишь понял общую суть, счёл уместным похвалить Томаса (вышло у это него как-то отсутствующе, но Томас и тут был слеп, да счастлив, словно ребёнок) и отвлёкся от своих безрадостных мыслей только тогда, когда парень уже едва дырку в нём глазами не прожёг.

– Ну, что, Томас, что?! – раздражённо вздохнул он, – Спроси! И перестань уже лупоглазить! Как сельдь, ей богу.

– Простите, капитан, сэр, – переносица у Томаса немного зарозовилась, – Просто Вы так… молодо выглядите. В точности, как я помню, вроде бы, но тогда мне казалось, что Вы постарее… ой. Неудачное вышло замечание. Хотел сделать Вам комплимент. Извините.

– Вы все сговорились что ли… – беззвучно проворчал себе в усы Джеймс.

Вместо ответа он указал крюком на интересующие его контейнеры с огнестрельным оружием и боеприпасами.

– С Вашего позволения я распоряжусь о переносе груза, – «цок!» каблуками.

– Будь добр.

Совместно с пиратами экипаж парохода, не теряя времени, до отказа заполнил оружейные помещения Весёлого Роджера новенькими пистолетами и ружьями, в трюм отправилась прочая полезная и на редкость удачная добыча, и Джеймс сразу же уволил всех членов команды Мистли-Холла, приказывая им вернуться в подчинение своего капитана.

– А как же пополнение… – осторожно прокудахтал за спиной у Джеймса старик Сми, и капитан глянул на него из-за плеча таким ледяным взглядом, что бедолага-боцман на всякий случай попятился прочь на пару шагов, не желая угодить под крючковатое воплощение праведного капитанского гнева, – Понял, понял…

– Сэр, – был снова назойливый голос Томаса Лисички, – разрешите спросить, куда Весёлый Роджер держит курс?

– Бриг идёт в порт Лондон.

– Могу ли я предложить Вам свои услуги в пути? Для меня было бы великой честью побыть членом Вашего экипажа, пока Вы в северном бассейне…

– Мне не требуются новые члены экипажа. Оставайся на своём пароходе, ты уже сослужил мне хорошую службу.

– Но… сэр, подождите, пожалуйста! – Томас бросился вдогонку за Джеймсом, который уже ступил на доску, – Возможно, Вы согласитесь взять меня… в качестве гостя? Прошу Вас! Я сойду в порту Лондон. Мистли-Холл идёт из Бергена в Эдинбург и вниз до Фекана. Они подберут меня в Лондоне. Пожалуйста, сэр.

Томас смотрел так умоляюще, что Джеймс закатил глаза и выдавил:

– Ну, хорошо. В качестве гостя.

– Спасибо!!! – и Томас впереди всех бросился на бриг по доске, пока капитан не передумал.

Он радостно встретил Уна, Доса, Треза, Томми и ещё пару пиратов, которых помнил с детства, те, конечно, напрочь позабыли, кто он такой, но тоже помахали руками в ответ, помог убрать и закрепить доски, а когда завидел на палубе Габи – и вовсе приобнял его, да похлопал по плечу. Габи был очень доволен. Габи припомнил Лисичку. Сми тоже удалось вытащить из памяти один момент, тот самый, когда дети заставили его, не без участия хитреца-Крюка, в подробностях описывать, что означает «протащить под килем».

Бриг исчез в морском тумане так же сиюсекундно, как и появился из него. Туман всегда бывал с Джеймсом заодно.

Как раз закончив выписывать самые важные пункты из пособия по современному лечебному делу, перечитываемого уже во второй раз, Венди обратила внимание, что грохот пушек стих, едва начавшись, и подумала о том удивительном факте, что гораздо сильнее переживает за Джеймса, когда он сражается в Нетландии с маленькими детьми, чем когда пиратствует на большой воде и вступает в бой с настоящими противниками. Фактически, абордажные захваты кораблей-жертв были в глазах Венди для пиратского капитана чем-то таким естественно-безопасным, как если бы Джеймс говорил ей с утра: «Дорогая, я пошёл на работу», брал бы с собой портфель, отправлялся, например, в банк, и возвращался домой к вечернему чаю, тогда как на остров она каждый раз провожала его, как «на войну». Ей было слышно, что передача груза на корабль началась раньше обычного, видимо, экипаж парохода сдался моментально, да ещё и, похоже, помогал пиратам таскать контейнеры и бочки, – Венди было видно в боковое окно, как высокий силуэт с развевающейся на ветру кудрявой гривой свищет крюком, рассекая туман, и под его руководством бегают моряки обоих судов. Как только Весёлый Роджер дал полный ход, со скрежетом парусов уносясь прочь от своей жертвы, Венди вернула книгу на место, сложила записи в ящик, накинула своё модное пальто с рукавами-реглан и широкой линией плеч, которое, по мнению Джеймса, очень сильно ей шло, и вышла на палубу.