Дверь донжона вновь бесшумно отворилась, и во двор вышел аран Финдекано.

— У вас все готово? — спросил он командира отряда после взаимных приветствий.

— Да, государь, — ответил тот.

— Тогда отправляйтесь.

Он поднял руку, подавая сигнал, и стражи, дежурившие у ворот, налегли на засов, отодвигая его.

— Спасибо вам за все! — сказала Риан Фингону.

Тот кивнул в ответ:

— Мы позаботимся о твоем сыне. Возвращайся.

— Я постараюсь, — пообещала аданет.

Ладья Ариэн окончательно поднялась над линией горизонта, и звезды стали стремительно гаснуть. Отряд выехал за пределы крепости Ломинорэ и взял путь на север. Туда, куда фэа звала вдову Хуора.

Она смотрела перед собой, пытаясь угадать, что ждет ее впереди, но будущее было закрыто плотной туманной завесой. Мысль летела, обгоняя ветер, и с каждой минутой все больше приближалась к поросшим вереском склонам.

«Что-то будет?» — гадала Риан.

— Позволено ли будет войти, мой лорд? — дверь в кабинет Ородрета приоткрылась, и на пороге показался Гвиндор.

— Конечно, — удивился Артаресто. — Но к чему столь официальное обращение?

— Видите ли, я пришел говорить с вами о важных, но крайне неприятных вещах, — начал он, присаживаясь в указанное кресло.

— Я слушаю тебя. Что произошло? — складка появилась между бровей эльфа, а взгляд вмиг сделался серьезным.

— Это касается чужака, лорд. И… вашей дочери, — произнес Гвиндор.

— Так вот ты о чем! Я знаю, хотя, возможно, мне лишь казалось, что тебе нравится Финдуилас.

— Вы правы, лорд, но речь сейчас не об этом. Точнее, не только об этом, — тихо проговорил нолдо.

— Тогда я слушаю тебя. Но учти — для меня счастье дочери важнее всего!

— Тогда тем более вы должны запретить ей видеться с Эолом! А лучше и вовсе изгнать его из крепости! — воскликнул Гвиндор.

— Почему же? Он достойный синда и хороший мастер.

— А вот тут вы не правы! Он долгое время жил в Нан Элмоте, темном месте, где каждый мог ощутить на себе магию… Такую же, что использует Враг!

— Не хочешь же ты сказать, что он служит тьме? Разве такое возможно? — удивленно воскликнул Ородрет.

— Это еще не все, лорд, — продолжил Гвиндор. — Мечи, что выкованы им, не прочны и подведут владельца в первом же бою.

— Этого не может быть! — Артаресто вскочил и нервно прошелся по комнате.

Гвиндор молчал, наблюдая за своим лордом.

— Ступай, — наконец произнес Ородрет. — Я сам проверю оружие.

— Как пожелаете, лорд, — эльф встал, чуть склонил голову и покинул кабинет, а в глубине его глаз мерцал недобрый огонь.

Маэдрос убрал ладонь с палантира и задумался. С одной стороны, решимость Алкариэль ему была понятна. Более всего ему самому хотелось отомстить Врагу за гибель брата. Отца, деда. И сотен других нолдор. Однако он не мог позволить себе бросить Химринг и, уподобившись Аракано, ускакать на север. С другой стороны, его пугала жестокость эльфийки. Она же и вызывала беспокойство — ярость и гнев могут привести ее и верных к гибели и даже к падению Врат.

Запретить подобные вылазки он мог, но все же не хотел мешать Алкариэль бороться с тьмой так, как видит она. Единственное, что оставалось — неявно помочь ей, пристальнее наблюдая за северо-восточными землями, а также незаметно усиливая соседствующие с землями Макалаурэ форты.

— Норнвэ, — обратился он к другу, когда тот пришел по его просьбе в кабинет. — Нам надо перебросить три отряда в восточные пределы.

— Какие именно?

— Выбери сам, но дослушай, — серьезно произнес Маэдрос и описал сложившуюся ситуацию.

— А она молодец! — произнес нолдо, когда друг и лорд закончил рассказ.

— Не спорю, но… о моих опасениях ты только что узнал.

— И полностью с тобой согласен. Однако мы не будем переправляться тайно, — произнес Норнвэ.

— Враг следит за нами, я чувствую это. Не стоит привлекать его внимание к землям Кано, — ответил Майтимо.

— А мы и не будем!

— Поясни, — попросил Фэанарион.

— Вооруженные отряды направятся на север и северо-запад, нам все равно не мешало бы помочь Дортониону, пока они восстанавливают разрушенные и возводят новые укрепления.

Маэдрос кивнул.

— А на востоке будут праздники. Можно отметить окончание сбора клюквы и привезти ее на более сухие, а потому лишенные этой ягоды восточные земли. А, может, свадьба какая состоится. Или…

— Я понял тебя, друг, — ответил Маэдрос. — И полностью согласен с тобой. Так и поступим.

Норнвэ оставил лорда одного и направился подбирать нолдор для каждого из отрядов. Маэдрос же подошел к окну и посмотрел на запад, туда, где должен был находиться Аман.

— Я сберегу ее, брат. Враг не получит ни твою любимую, ни ее фэа, — тихо произнес он и вновь вернулся к палантиру, решив поговорить с матерью. Однако, как и несколько дней назад, туманная муть не желала рассеиваться и заполняла собой весь камень. Правда, на этот раз к ней еще присоединился еле слышный скорбный плач.

====== Глава 90 ======

— Прости, мой друг, что тебе пришлось проделать такой длинный путь. Теперь ты отдохнешь, — Тьелкормо спешился и погладил коня по влажной от капель недавно закончившегося дождя шее. Тот тихонько фыркнул и доверчиво ткнулся носом в протянутую ладонь.

Во дворе главной крепости Химлада было тихо. Дозорные на стенах молча всматривались в даль, птицы, нахохлившись, сидели на голых ветках. Камни мостовой в скудных утренних лучах поблескивали замерзшей влагой.

— Пойдем, я отведу тебя в конюшню, — продолжил Турко. — Только иди осторожней.

Он вновь погладил коня по шее, и в этот самый момент услышал удивленный и одновременно радостный голос племянника:

— Дядюшка? Наконец-то! Мы уже начали было переживать.

Тьелпэринквар шел к нему со стороны мастерских, глаза его светились вдохновением, какое Охотник частенько замечал в прежние, более спокойные времена, у отца и у брата. Он уже собирался поинтересоваться, чем именно был занят Куруфинвион, но вспомнил приветственную фразу и решил сначала ответить:

— Меня не было всего пять дней, а не пять лет.

— Вот именно, — неожиданно согласился Тьелпэ. — И ты уехал в самую непогоду, никого не предупредив.

— Твой атто в курсе, чем я занят.

— Правда? — немного удивился младший лорд. — Странно, он не говорил. А впрочем, он был занят в последние дни. А мы с аммэ уже думали, не стоит ли послать тебе кого-нибудь на помощь.

Тьелкормо в ответ небрежно пожал плечами:

— Не стоило беспокоиться, я просто кое-кого ищу у нас в поселениях.

— Кого же? Может быть, я смогу помочь?

Охотник сперва хотел отказаться, но вдруг понял, что именно Тьелпэринквар, пожалуй, и может сообщить ему нечто важное.

«Ведь именно на его плечах уже несколько сотен лет лежат все заботы по снабжению Химлада припасами, — подумал он. — И Тьелпэ лучше, чем кто-либо другой, знает наших верных».

— Я ищу деву, — сказал он вслух, и на лице Куруфинвиона загорелся свет понимания и искреннего участия. — Молодую, должно быть, около пятидесяти лет. Я встретил ее на охоте, но лучница она была весьма неумелая. Еще она сказала, что ее отец погиб.

— Хм-м-м, — задумался Тьелпэ и несколько долгих секунд сосредоточенно молчал. Наконец, он заговорил: — Я знаю трех нисси в наших землях подходящего возраста. Одной из них тридцать семь лет, но ее отец жив. Другой шестьдесят один, и она великолепная охотница. А вот третья, возможно, и подходит под описание. Ей сорок девять.

Сердце Тьелкормо учащенно забилось, дыхание перехватило. Мысль, что он сейчас что-нибудь узнает о своей лесной незнакомке, осветила, подобно ярким лучам Анара, даже самые отдаленные уголки фэа.

— Как ее зовут? — с нетерпением в голосе спросил он.

— Тинтинэ, — ответил Тьелпэ. — Ее селение отсюда в пятнадцати лигах на юго-юго-восток.

Турко прищелкнул языком от досады:

«Как раз там я еще и не успел побывать».