— Тебе приглашение в письменной или в устной форме послать? — спросила она, наблюдая за тем, как он все еще мнется у забора. — Неужели уже не уверен в своих словах?

— У тебя не получиться вывести меня из себя, — оскалился он, вальяжно проходя к ней.

«А я думала, что тебя выводят мои сексуальные мысли» — ухмыльнулась она, облизывая губы, что конечно же не утаилось от его взора.

И он сделал первый выпад, выхватывая свой меч вместе с ножнами из пояса и проводя ими по земле, замахнулся на ее ноги, видимо желая сбить. Однако София, сделав бросок копья за спину Хеймдалля и ухватившись свободной рукой за его руку, перепрыгнула его атаку, оказываясь позади парня и забирая свое копье. Она уже замахнулась на него, когда он отбил атаку, отталкивая от себя ее ударом в щит. Подняв руку вверх, он начал призывать силы биврёста, но она постаралась его сбить, метнув щит в его сторону. И конечно же он увернулся, запуская фиолетовые сгустки силы в ее сторону. Оставшись без щита, ей пришлось перекатываться в сторону. Не поднимаясь из положения приседа, София постаралась задеть его ногу копьем, однако он опять ускользнул. Совершив еще один перекат, она подобрала выброшенный щит, и как раз вовремя, потому что Хеймдалль снова подобрался к ней в плотную. Отпарировав его удар, она ударила древком по второй его руке, звеня наручами, а после оттолкнула его корпусом, отчего он недовольно задохнулся.

Подняв глаза на него, София обнаружила снова эту гипнотическую самодовольную улыбочку, стереть ее больше не хотелось, хотелось поцеловать. Улыбка стала еще шире. «Подлец» — нахмурилась она, повторяя его недавнее движение копьем по земле, чтобы сбить его с ног. И он опять увернулся, оказавшись теперь уже у нее за спиной. Кажется, он собрался повторить ее трюк, однако она не стала действовать, как он, хоть инстинкты и кричали, что надо действовать. Вместо этого она приняла его тупой удар по руке, сама ставя настоящую подножку, сталкиваясь на миг с удивленным взглядом фиолетовых глаз, а после, парируя еще один удар щитом, второй удар древком по коленке. Ловким движением убрав уменьшенное копье обратно за пояс, она схватила его за рубаху и просто прыгнула сверху, переместив руку на затылок, чтобы он не ударился головой.

Однако это не особо помогло, потому что он все равно ударился копчиком и всей спиной, да и рука начала больно пульсировать от удара о землю и об его голову. Он конечно же, как она и предполагала, захватил в этот полет и ее, отчего она тоже больно ударилась коленями о землю и привычно впечаталась в его грудь. Послышалось его недовольно шипение, а девушка быстро захватила его руки в свои, поднимая над головой и удерживая их там, сама удобно устроившись на его будрах и нависая сверху. Отдышавшись, София взглянула ему в глаза.

— Больно ударился? — взволновано спросила она.

Хеймдалль не отвечал, рассматривая ее запыхавшуюся после сражения, с красными щеками, пухлыми алыми губами и яркими блестящими серыми глазами. Если выдернуть все это из контекста, то такая картина вообще никак не соответствовала месту и предшествующему действию. Такая она была сегодня ночью, а они явно не сражались…

— Замечтался, красавчик? — победно улыбнулась она.

Хеймдалль будто очнулся, вырываясь из ее ослабшей хватки и переворачивая на спину, подминая под собой, так привычно и естественно, что в голове опять всплыли совершенно неподходящие воспоминания.

«Тебе ведь и самому нравиться подчинять меня?» — ухмылялась она.

— Побеждать для меня одно удовольствие, — ответил он. — Особенно такую противницу, как ты…

«Поаккуратнее, красавчик. Звучит, как признание».

— А это разве не синоним победа? — улыбался он, все еще находясь сверху. — И вообще, что это за неадекватная атака?

— Ты про прыжки на соперника?

— Да, — хмурился он. — Еще и удар пропустила! Совсем что ли?

«Ну, адекватная в тебя не влюбиться»

— Тебя тоже полюбит только неадекватный, — отвечал он.

— Ты же понимаешь…

— Понимаю, — с готовностью кивнул он. — Поднимайся, а то все уже думают, что ты мне интересна.

— О да! — согласилась она, поднимаясь. — Это такая ошибка с их стороны!

«Ведь я тебе не интересна, тебе просто нравиться заниматься со мной сексом ночи напролет, а так нет! О каком интересе может идти речь?» — саркастично думала она.

— Ты просто невыносима! — шипел он, приближаясь.

— А ты слишком уж зациклен на грязных чужих мыслях, что совсем не замечаешь, что сам такой же! — также сделала она шаг вперед.

Со стороны казалось, что они ссорятся, на самом же деле они сгорали от собственных желаний и сдерживались, чтобы не наброситься с поцелуями.

— А я уж надеялся, что вы поладили, — прозвучал голос Одина рядом, отчего они синхронно повернули к нему головы.

— Я победила, — снова вернула она взгляд Хеймдаллю.

— Ага, — возмутился он. — Только в твоих сладких снах!

«Кто-то не давал мне сегодня смотреть эти сны» — напомнила мысленно она.

— Прекратите! — вздохнул Всеотец. — София, — позвал он девушку, — мне нужна твоя помощь в одних дипломатических переговорах…

— Переговорах? — удивилась она.

— С твоим дядей, — пожал плечами Хеймдалль, отходя и кланяясь Всеотцу. — Если вернешься, то я покажу тебе, кто выиграл, — хитро улыбнулся он.

«Главное не краснеть перед Одином» — напомнила себе она, поднимая гордо голову.

— Он прав? — спросила она.

— Хеймдалль редко ошибается, — кивнул старец. — Мне и правда нужно сопровождение в Свартальвхейм…

— Мир гномов? — удивилась София.

— Да, сама увидишь, — вздохнул Один, взмахивая руками.

Вокруг закрутилась стая воронов, и после того, как она пропала, София увидела знакомый мир гномов.

— Теперь не занят? — спросил Всеотец у Кратоса так неожиданно появившись из неоткуда, что девушка сама вздрогнула, что уж не говоря о дяде, который направил в его сторону копье.

«Откуда у него копье?» — удивилась девушка, но больше не успела ничего подумать, счастливо встречаясь с хмурым взглядом Кратоса.

— Я поговорить, — поднял руки Один.

Дядя окинул долгим изучающим взглядом его и ее. София кивнула ему, желая уже что-то сказать, но одноглазый старец ее перебил:

— Как отец с отцом. К слову сказать, я очень удивился, когда ко мне в гости пожаловал Атрей, — девушка нахмурилась, показывая дяде, что это неправда. — С ним, кстати, все хорошо. И ему ничего не грозит при условии, что я вернусь в Асгард. Скажи же, София…

— Да, — кивнула она, подходя к Кратосу. — Атрей в порядке, ему ничто не угрожает, если конечно же он сам не ищет приключений, — закатила она глаза.

Дядя убрал острие копья вверх, а София с интересом начала его осматривать, подходя ближе. Хотелось, конечно же, кинуться в объятия к родственнику, потому что по нему она скучала, но это же Кратос, бог войны, истинный спартанец, он не приемлет такие нежности. Хотя он ей кивнул, приветствуя и даже кажется улыбнулся, что очень навряд ли, скорее всего это просто отблеск солнца или еще что.

— Новое копье… — заметил Всеотец. — До Брока мне дела нет, но он и правда мастер.

— Красота, — вздохнула София, завороженная блеском нового оружия. — Можно?

Дядя кивнул, передавая ей на удивление легкое копье. Оно было невероятно красивое, перемотанное множеством лент, острое и смертоносное. София даже с некой завистью отметила то, что Брок не предложил ей сделать такое копье в прошлый раз.

— Пришел говорить? Говори, — как обычно коротко и понятно выразился Кратос, вызывая улыбку на лице девушки, которая скучала по его голосу и хмурости.

— Ты же не хочешь войны, Кратос? — вздохнул Один, обходя дядю. — Кровь на твоих руках, на руках сына и племянницы? Я ведь тоже стремлюсь к миру! Давай поможем друг другу.

— Он лжет, — прокомментировал Мимир, по которому тоже скучала София, а особенно по его интересным историям.

— Знаю, — кивнул Кратос, забирая копье и взмахивая им, отчего оно пропало, а София в удивлении начала озираться по сторонам, стараясь понять, куда оно делось.