Мужа… Так странно было и непривычно это произносить. Какой-то год назад она и не знала про корсара и короля, а теперь не смыслила свою жизнь без него. Но ни смотря не на что Луна не жалела о таком поспешном решении. Все-таки он сам предложил, да и глупо было ходить вокруг да около, когда на носу война, а общее будущее мира так вообще рушится на глазах. Луна была счастлива в его объятиях, с ним было легко и просто. Пусть они пока и вели себя как обычные влюбленные. Да, они уже как несколько недель муж и жена, но об этом никто не знает, а потому они могли играть в романтику столько, сколько им захочется. И к тому же Миронова пока не знала, в каком амплуа она будет при дворце. Кем представит ее король народу? Своей королевой? Фавориткой? Помощницей? Но они не торопились с этим. Была еще целая куча дел, которые требовали решения здесь и сейчас.

Она потянулась в объятиях Николая, приятно ощущая его руки на своей талии.

— Как ты себя чувствуешь? — осведомилась она.

— Я должен ответить: виновато?

— Почему?

— Ты обиделась, — Николай потянулся до прикроватной лампы, включая свет, чтобы разглядеть ее в сумерках.

— Я просто переживала за тебя, — сощурилась Луна от яркого света, — и злилась на этих ненормальных.

— Они выполняли приказ.

— По итогу все равно не выполнили, — флегматично заметила девушка, садясь на кровать. Но сильные руки Николая потянули ее обратно, а губы начали прокладывать дорожку поцелуев на шее, — Николай, — выдохнула Луна, отстраняясь. — Нас ждут, если ты не забыл.

— Эх, — он грустно вздохнул, садясь на кровати следом за ней. — Ты пойдешь с нами?

— Если ты хочешь, — пожала она плечами, — Но если ты переживаешь, что пленник захочет сбежать, то сил Зои хватит, чтобы его остановить.

— Я просто хочу, чтобы ты была рядом, — он наклонился к ее губам, нежно вовлекая в поцелуй.

— Хорошо, — ответила Луна, соприкасаясь с ним лбами, — Только для начала кое-кому надо принять ванну, — она недовольно наморщила носик, принюхиваясь.

Николай хрипло рассмеялся, поднимаясь с кровати и утягивая с собой Луну.

— Потрешь мне спинку? — он хитро улыбался, руками обнимая тело девушки.

— Мы так надолго задержимся, — покачала головой Луна. — А нам с тобой, дорогой муж, надо торопиться на встречу.

— Повтори-ка еще раз.

— Нам надо торопиться на встречу.

— Да нет же! — Николай не выпускал из объятий Луну, добиваясь от нее ответа. — Назови меня мужем.

— Муж, — сероволосая лукаво улыбалась, смотря в карамельные глаза напротив, — Муженек…

— Жена… — также улыбался Николай.

— Шагай уже, — она подтолкнула его в сторону ванной, — А я пойду к себе помоюсь.

Николай недовольно проводил ее взглядом до двери и обреченно вздохнул. Умела же она обламывать. Или это было его наказанием?

***

Луна быстрее Николая привела себя в порядок и прошла в гостиную Зои. Та свернулась калачиком рядом с Женей, на диване у огня и что-то пила из кружки, явно не чай. Давид и Надя устроились за круглым столом в центре комнаты. Он раскладывал небольшие аккуратные стопки бумаги в, вероятно, очень важном порядке и с головой погрузился в ряды сложных вычислений. Время от времени он передавал какую-нибудь бумагу Наде, которая работала над собственными расчетами, уместив ноги на коленях Тамары. Толя сидел на коврике у выложенного плиткой камина и смотрел на огонь. Бари возился с каким-то хитро выдуманном устройством, уместившись на полу так, чтобы облокачиваться на диван возле Зои. Его устройство издавало непонятные звуки и стремилось развалиться. Луна конечно же не стала спрашивать, что это такое. Брат либо недовольно что-то начнет бормотать, либо завалит ее непонятными научными терминами, что они потом ей в кошмарах снится будут.

Луна заняла место с другой стороны от Жени, рассматривая эскизы ее свадебных платьев.

— Это не слишком? — спросила Женя у девушек.

Зоя коснулась пальцами искусно разрисованного подола платья.

— Для королевской часовни? Нет. Чем больше блеска, тем лучше.

— Не нравится мне ваша часовня, — нахмурилась Луна. — Лучше бы было провести церемонию в саду.

— В середине зимы? — спросил Николай, заходя в гостиную и направляясь сразу к графину с вином, стоящему на боковом столике. Выглядел он так, словно недавно и не лежал раненый, совершенно беспомощный. Он принял ванну, надел свежий костюм. И теперь просто излучал уверенность. — Ты хочешь заморозить всех приглашенных насмерть?

— Что ж, это был бы неплохой способ выиграть войну, — предположила Женя.

— Тебе не стоит пить вино, — укорила Зоя.

— Да, — кивнула Луна, перехватывая руку Николая, — Твой организм еще не успел очиститься от обезболивающего.

Николай наморщил нос.

— Тогда, полагаю, мне придется пить чай, словно какой-нибудь пожилой даме.

— В чае нет ничего плохого, — возразил Толя.

— Я далек от того, чтобы вступать в споры с великаном размером с гору. — Николай налил себе чаю и принялся рассматривать бумаги, лежащие на столе. — Это все расчеты для нашей системы запуска? — Давид кивнул, не отрываясь от бумаг. — И как они продвигаются?

— Никак.

— Почему?

— Меня все время отвлекают, — многозначительно сказал Давид.

— Чудесно. Приятно знать, что я тоже внес свой вклад.

Луна весело хмыкнула, переводя взгляд на Бари, который тоже не мог разобраться со своим изобретением. Наверняка же братишка опять считает, что в его неудаче виноваты все, кто угодно, кроме него самого. Николай устроился в огромном кресле рядом с камином. Луна видела, что он пытается собраться с мыслями, чтобы подколоть Давида или восславить преимущества, которые дадут им новые ракеты против фьерданцев. Но даже неиссякаемый оптимизм Николая пасовал перед тем, что они увидели сегодня на дворцовой лестнице.

Наконец он опустил свою чашку на колено и сказал:

— Помогите мне понять, что произошло этим утром.

Тамара с Толей обменялись взглядами.

— Это было послание от королевы Макхи, — сказала Тамара.

— Так она не одобряет свадьбу? Могла бы просто выразить сожаления по этому поводу в письме.

— Она сделала ход, — продолжила Тамара. — И почти выиграла. Если бы ей удалось убить Эри, у нее появился бы и повод развязать войну, и возможность хорошо обыграть свой план покушения на тебя.

— Нам было бы чертовски нелегко, если бы пришлось объяснять все произошедшее как есть, — добавила Зоя. — Как бы мы объяснили смерти восьми важных заключенных, находившихся на нашем попечении?

— Эри видела, что произошло, — спокойно сказал Толя. — И от нее зависит, скажет ли она правду. Всю правду.

— Всю, — повторила Тамара.

Луна не особо вдавалась в подробности следующих политических высказываний и споров, в этом плане она была Давидом или Бари — пусть они сами спорят и решают, что хотят. Свое дело она знает, а потому не лезет в чужое. Когда спор дошел до абсурда, она умоляюще глянула в глаза Зои. Та кивнула, понимая ее без слов. Шквальная поднялась и встряхнула свои браслеты. Пришла пора уходить. Следом за ней поднялась и Луна, возвращая в кружку струйки воды, с которыми все это время игралась.

— Ваше величество? — позвала Зоя. — Мы и так слишком долго откладывали.

Николай поднялся на ноги.

— По крайней мере, не придется больше пить чай.

— Нужна компания? — спросила Женя.

Луна вопросительно глянула на Зою. Пусть генерал сама решает, нужны ли ей бойцы в этом походе. Луна не имела ничего против компании портнихи, но прекрасно понимала, что для нее самой это сложный и трудный шаг.

— Когда ты будешь готова, — спокойно ответила Зоя. — Не раньше. — Она хрустнула костяшками пальцев. — Кроме того, — добавила она, уже выплывая из комнаты, — этому платью необходим подобающий шлейф. Мы же не хотим, чтобы королева Шухана сочла нас деревенщинами.

— Это был правильный поступок, — сказал Николай, когда они шли по дворцовому парку в сторону старого зверинца.

***

Поднималась полная луна. Луна ощутила нестерпимое желание завыть. Ох уж эти волчьи повадки. Ее всегда тянуло ночью на улицу. В прохладный ветер и таинство темноты. Звезды казались далекими и прекрасными, а луна светила приветливо и одиноко. Казалось, что только ночь и луна ее понимают. Но это было не так. Она поравнялась с Николаем. Он бодро на нее взглянул, улыбаясь лишь одними глазами. Он был рад, что она шла с ними. Зоя вряд ли разделяла этот настрой, но молчала. Пока они добирались до места заключения монаха, генерал и король перекидывались подколами и повседневными фразами. Они старались отвлечься и настроиться. Луна этого не особо понимала. Может она просто не видела Дарклинга при жизни, а потому не может понять их страха? После возвращения из Каньона Дарклинг предстал перед ней простым щуплым парнишкой. Этот самый парнишка бесил ее своими речами еще в образе волка, а потому сейчас она никак не могла относиться к нему серьезно. Каких бы то сил у него не было, пафосные и грозные речи ее мало задевали, вызывая лишь смех или недоумение. Луна не воспринимала его как должного противника, да в нем чувствовались отголоски большего количества хаоса, чем в других. Но не столько, сколько в ней самой.