Квартира Никиты была ему под стать. Всё было очень красиво и необычно. Не было никаких громоздких стенок и шкафов, а все его вещи находились в просторной кладовке, вход в которую закрывала бамбуковая ширма. Кровать находилась посередине комнаты и занимала собой почти всё пространство. На стенах вместо обоев был нарисован пейзаж, этакая панорама с экзотической природой и даже с океаном, в который окунулось солнце. Создавалось впечатление, что находишься на райском острове.
Занавесок не было. Вместо них стекло оплетали побеги зелёных растений. Тут были и традесканция, и плющ, и другие, неизвестные Женьке растения. Вообще живых растений в квартире было много. Они стояли вдоль стен. Порой даже трудно было отличить, где кончается грань между нарисованными и живыми.
Не было также люстр. Квартира освещалась многочисленными светильниками, спрятанными среди зелени. От этого пространство комнат приобретало магический, почти заколдованный вид. Единственный атрибут цивилизации – телевизор – был удачно вписан в интерьер благодаря бамбуковой подставке. В изголовье кровати с двух сторон стояли две статуэтки обнажённых девушек, сделанные из чёрного дерева. Эти девушки грациозно держали на голове фарфоровые блюда. В одно блюдо Никита каждый раз выкладывал фрукты, а в другое – зефир в шоколаде.
- Ну что ты молчишь, душа моя? – снова обратился к ней Никита. Он докурил и повернулся к девушке лицом, подперев голову ладонью. – Опять молчишь. Что с тобой происходит?
- Ты же знаешь, как я устаю, – пожала плечами Филатова и выдавила улыбку.
- А ты знаешь, что я могу тебе на это ответить. Я спокойно готов обеспечить тебе достойную жизнь. Просто переезжай, и все будет у твоих ног.
Тема переезда поднималась в спальне неоднократно. Но постоянно Женька находила причину, и довольно убедительную, чтобы не перебираться к парню.
- Неужели тебе плохо так?
- Мне без тебя плохо. Я хочу приходить домой и видеть тебя здесь, – Никита постучал другой ладонью по простыни. – Здесь, а не в этом катафалке с красным крестом. Ничему тебя жизнь не учит? Неуравновешенный дедок, конченный нарик, поехавшая бабка, а авария?
Женька снова вспомнила, как в апреле они с бригадой выехали на объездную и двигались со скоростью 40 километров в час на своем уазике, когда в них по касательной врезался джип. Он мчался со скоростью 150, водитель был пьян. Как позже выяснилось, это был человек на руководящей должности. К его счастью мышцы были расслаблены, и тяжелых травм удалось избежать. А вот бригаде Женьки просто сильно повезло. УАЗик перевернулся трижды, а врачи при такой скорости и ударе получили минимум травм. У Женьки пара синяков и царапин, у Спицына – сотрясение, у водителя Михалыча – повреждения позвоночника. Филатова на время потеряла сознание, ударившись головой о лобовое стекло. Очнулась от криков водителя и Влада: «Женька, надо вылезать, машина загорится!». Помогли им выбраться битовская бригада и люди с трассы.
- Жень, – Никита мягко провел подушечками пальцев по ее щеке, – переезжай.
- Хорошо, я подумаю.
Никита улыбнулся. Такую фразу он слышал впервые, поэтому обрадовался.
О том, как парень добывает деньги, Женьке так и не удавалось узнать. Он явно не работал в фирме, хотя выглядел всегда солидно, на бандита похож не был. Пару раз, когда Филатова в лоб задавала ему вопрос о роде деятельности, тот улыбался и отвечал:
- Ходил по делам.
- По каким делам? – насторожилась Женька.
- Как-нибудь при возможности я тебе покажу.
Через неделю, после обеда, как только закончилась последняя пара, Женька отпросилась со смены и поехала домой – собирать вещи. Как странно, но стоило только девушке переступить порог родной квартиры, в груди защемило от приступа тоски. Именно сегодня, когда она приняла решение переехать к Никите. Она каждый день заходила домой, как обычно, даже не задумываясь, как много воспоминаний хранят родные стены.
Женька прошла в свою комнату, распахнула дверцы шкафа и, достав спортивную сумку, с грустью стала складывать в нее необходимые вещи. Когда она уже застегнула молнию, то оглядела свою комнату еще раз. Подошла к кровати, провела ладонью по покрывалу в орнаментах, машинально сравнивая его с тем шелковым покрывалом с золотистой каймой на кровати Никиты. Вся эта роскошь, в которой жил парень, по-прежнему напрягали Женьку, она не могла привыкнуть к обстановке.
Глядя на спальное место, в голове всплыли воспоминания, как каждый вечер, когда Филатовой было еще лет тринадцать, Валерка приходил к ней по вечерам, и они долго-долго разговаривали обо всем; он нежно целовал ее в макушку перед сном и только тогда шел спать. Как после случая в Котельниках в 89-м Витя принес ее сюда же, затем суетился, прикладывал лед к разбитой щеке, а затем они, помирившись, лежали вместе, он нежно гладил ее руку, пока она засыпала.
Письменный стол. Сколько здесь переделано домашнего задания и написано писем Сашке в армию.
Женька прошла в зал. Вспомнилась ее «успешная операция» по возмездию однокласснику Игорю. Как яростно защищали ее Пчела и Космос. Вспомнился день рождения, когда Витя первый раз поцеловал ее, а потом были их тайные встречи в свободное время, танцы под магнитофон, и тот раз, когда у них все могло случится, но Пчелкин сумел совладал с собой.
Вся квартира была насквозь пропитана детством, юностью, беззаботными днями… Квартира та же, мебель та же, но люди… Они уже не те. И Женька уже не та.
Женька уже собиралась пройти за вещами, но в замочной скважине послышался звон ключей, а затем в коридоре раздались голоса Ольги Николаевны и Валеры. Девушка вскочила с дивана и замерла, наблюдая, как два родных человека входят в зал.
- Валерочка, это… так неожиданно, – тетя Оля тяжело вздохнула, скидывая с себя легкий плащик, – но я так рада! И Томочка, она всегда мне так нравилась.
- Женька, – Валера улыбнулся, подходя к сестре, обнял и как раньше чмокнул в лоб, – как хорошо, что ты тоже здесь.
- У тебя какая-то новость для меня?
- Наш Валерка женится, – опередила сына Ольга Николаевна.
- Да, сегодня заявление подали, – Женька увидела, как глаза Фила радостно заискрились.
- Я поздравляю, – Женька обняла брата за шею и крепко прижалась. Как же ей сейчас не хватало этого. – А когда свадьба?
- Через месяц. Придется немного подсуетиться, Белый там бурную деятельность развел, с «Миражем» договорился.
«Мираж» на Новом Арбате был одним из самых популярных и дорогих ресторанов.
Женька хмыкнула. Да, теперь, когда Саша вернулся, и определенные круги Москвы знали их «криминальный квартет» после того, как он завладел «Курс-Инвестом», договориться, о чем бы то ни было, – для них не составляло труда.
- Я даже немного растерялась, – рассеяно улыбнулась тетя Оля, – так, я сейчас быстро в душ и вернусь, не убегайте без меня.
Женщина подошла к шкафу и вдруг увидела стоящую у двери в женькину комнату набитую вещами спортивную сумку. Ольга Николаевна обернулась на дочь.
- Женек, а ты куда-то собралась?
Валера проследил за взглядом матери, затем посмотрел на сестру. Та потупила взгляд, хлопнула себя ладонями по коленям и поднялась с дивана.
- У меня для вас тоже новости. Я переезжаю к молодому человеку.
Валера нахмурился и непонимающе продолжил смотреть на Женьку. Ольга Николаевна, охнув, присела на подлокотник кресла.
- К какому молодому человеку? – уточнил серьезным тоном Фил.
- К своему.
- Ну было бы еще удивительнее, если бы к чужому, – парировал брат. – Я имею ввиду, что это за кадр и почему я об этом узнаю только сейчас?
- Валер, какие-то проблемы?
- Да, и если ты сейчас же не объяснишь подобное заявление, проблемы будут у твоего молодого человечка.
Женька закатила глаза и посмотрела на Валеру.
- Обычный, мы давно знакомы и встречаемся, и я не вижу в этом проблемы, почему я не устраивала допрос с пристрастиями тебе, когда ты решил съехаться с Тамарой и ушел из дома?