- Пчёл! Следи за правой, иначе башку снесет!
Слон снова пошел вперед, но на этот раз, прикрываясь левой, стал выжидать момента для сокрушительного удара правой. Пчёла понял – если начнет мудрить, шансов не останется. Поэтому неожиданно раскрылся, тут же нырнул под его правую, подшагнул и с обеих рук ударил в диафрагму – раз! два! В следующую секунду левая верзилы опустилась Вите на затылок, и тот отшвырнул парня назад прямым левой, который пришелся Пчёлкину прямо по губам, разбив их до крови.
- Саня! Отходи в другой угол! – кричали друзья. – Пчёл, вставай, брат!
Саша и Муха сошлись в клинче, и Белов попытался применить удушающий захват, но противник смог вывернуться, и в зажатой ладони Белый почувствовал его золотую цепочку, затем швырнул её Мухе, тот поймал её и намотал на кулак.
Витя вскочил на ноги. Ложный выпад левой, еще один – и тогда Пчёла отчаянно, со всего маху, ударил правой, угодив Слону под скулу. Брызнула кровь. Слон качнулся с носков на пятки, Пчёла ударил левой в живот, и тогда противник, схватив и сжав его, принялся молотить левой, пока Витя не вырвался. Тогда Слон снова ударил правой, но удар был уже не столь сильным, а голова у Пчёлкина твердая. Для Слона это сыграло злую шутку – рука хрустнула. Воспользовавшись этим, Пчёла ударил его правой по ребрам, а левой рассек ему бровь над другим глазом, да так, что веко, будто занавеска, сползло вниз, наполовину закрыв обзор.
Теперь кричал Фил:
- Давай, брат! Давай! Гаси его!
Саша оказался выносливее Мухи. Он повалил его на траву и сделал контрольный захват на удушение. Мухин захрипел, извиваясь на земле, но Белый давил крепко. И он его добил. Пчёла почти выдохся, но непреодолимая ярость налила его кулаки свинцом, и парень, словно картечью, чередовал руки, ударяя под дыхло. Слон согнулся, и тогда получил в и без того раненую голову, за ухом. Он сначала рухнул на колени, и когда Пчёла нанес контрольный, двойной удар по переносице, захрипел, изо рта потекла кровь. Верзила упал на четвереньки, обильно заливая кровавыми слюнями желтоватую траву. Витя потянул его за белобрысые волосы и плюнул рядом, в паре сантиметрах от лица:
- Сука… – медленно поднялся, прихрамывая и на ходу утирая кровь с рассеченной губы.
Фил подхватил его под локоть, пока Космос уводил от Мухи Сашу. Долговязый, перекатывая в зубах спичку, медленно поравнялся с ними.
- Все по чесноку, – твердо сказал ему Валера, выйдя чуть вперед друзей.
Тот осмотрел поле боя и пораженных, потом смерил оценивающим взглядом четверку. Молча кивнул и жестом указал остальной братве поднимать Муху и Слона. Посчитав это единогласным расходом, Фил впихнул Сашу и Пчёлу в машину, Космос прыгнул за руль, и “Линкольн” быстро покинул заброшенный порт.
Уже смеркалось, когда парни подъехали к беседке и, радостно галдя, высыпались наружу.
- Не, пацаны, это было что-то, – протянул Фил, равняясь с Сашей и Витей, – я вообще не знал, на кого из вас двоих смотреть.
- Ага, – поддакнул Космос и достал из багажника сумку, в которой покоились многочисленные бутылки с пивом. – А я думаю, сколько сейчас места на кладбище стоят, вы, черти, помрете, а гробы нам с Филом оплачивать.
Пацаны беззлобно рассмеялись, и Пчёла немного поморщился, сжав разбитую нижнюю губу. Но стоило всем приглядеться к беседке, как улыбки разом спали с лиц. На лавке, поджав в коленях ноги, сидела Женька, а поодаль от нее, словно по стойке “смирно” стояла Елисеева. Заметив, что смех друзей прекратился, Филатова медленно поднялась и первой вышла к парням навстречу.
- Ты как? – синхронно послышался вопрос от троицы, Фил и так знал.
- Нормально, – отмахнулась Женька и к Саше подошла первому. – Сань, я все понимаю… Но…
- Ты че тут забыла, я не понял? – Космос, гремя бутылками в сумке, подлетел к Ленке. Та немного съежилась, когда он склонился над ней: – Свали нахрен отсюда.
- Кос, не надо! – крикнула ему Женька, затем обернулась на молчаливого Белова.
Тот поджал губы, поморщив заплывший глаз, и мотнул головой, дав Ленке понять, что зовет за собой. Фил и Пчёла настороженно притихли и смотрели им, удалявшимся в небольшую рощицу, вслед.
- Не, я что-то нихрена не понял, – Космос опустил на лавку алкоголь и взглянул на Женьку: – Ты зачем ее сюда привела?
- Она сама пришла.
- И о чем ты с ней разговаривала?
- Я не разговаривала. Был только ее монолог, – спокойно ответила Филатова. – Рассказала, почему так вышло. Прикиньте, плакала…
- Москва слезам не верит, – тихо пробормотал Валера и двинулся к Холмогрову, – давай, расчехляй пока, Кос.
Женька приблизилась к Пчёле, и внутри нее сжался тугой комок. Бровь рассечена, губа разбита и кровоточит, рука в плече посинела, волосы взмокли и растрепались. Захотелось обнять его и пожалеть, как маленького котенка, но что-то мешало. Наверное, тот взгляд, с которым Витя смотрел в ее золотистые глаза.
- Вы вдвоем, что ли, Муху хлопнули? – девушка попыталась улыбнуться, а рука сама, произвольно, потянулась к его щеке. Прохладные пальцы коснулись горячей кожи, и Пчёла вздрогнул от такого контраста.
- Нет, только Белый. Я добил твоего обидчика.
Брови Женьки взлетели вверх.
- Как?..
- Секрет фирмы, – хмыкнул Пчёла. – Лучше скажи, как самочувствие?
- Только после тебя.
- Я джентльмен, уступлю первенство даме.
Женька улыбнулась, а затем скользнула пальцами на его рассеченную губу, кожей почувствовав, как сочиться кровь. Непреодолимая тяга взяла вверх, и девушка мягко поцеловала Витю в уголок губ. Затем еще раз, потом наградила поцелуем в щеку, и снова вернулась к губам. Пчёле казалось, что его парализовало, а по всем венам пустили электрический ток. Когда Женька отстранилась, он хитро прищурился, пятерней зачесал назад упавшие на лоб пряди и прошептал ей в губы:
- И что это сейчас было, а, Филатова?
- Анестезия, – она пожала плечами и опустила глаза: – и шаг к примирению.
- А мы ссорились?
- Мне показалось так.
- Тебе показалось…
Они снова посмотрели друг другу в глаза, и все у Женьки внутри екнуло от этого взгляда.
- Я не знаю, что между нами… Но знаю, что не могу быть с тобой постоянно на ножах. Мне плохо от этого…
- Тогда придержи свой пыл в следующий раз, когда захочешь меня обвинить в чем-то, – шепнул Пчёла. Она молча кивнула. – И мы не будем на ножах, если ты перестанешь якшаться с Дунаевым.
- Он мой друг.
- Который до добра тебя не доведет.
На языке Филатовой крутилась теперь очередная колкость, и хищный зверек внутри нее захотел оскалиться, но нельзя было кусать спасшую руку. Спасшую ни в первый раз. Послышались шаги. Ребята повернули голову к источнику звука и увидели хмурого Сашу. Он медленно двигался к ним и пинал листву, сунув руки в карманы штанов. Заметив обеспокоенный взгляд Женьки, Белый вдруг подмигнул ей и улыбнулся. Теперь у него нет девушки, но есть друзья – настоящие, преданные. В груди разлилось спокойствие за то, что Женька жива и почти невредима, и ждет его тоже, как и пацаны, и она отомщена.
- Сань! – крикнул ему Космос, облегченно выдохнув. – Ну шевели поршнями то, пиво ждать не будет!
Белов искренне улыбнулся, обхватил молчавших Женьку и Пчёлу и повел в сторону беседки, подгоняемый игривым звоном бутылок.
====== 10. Болезнь Паркинсона вам о чем-нибудь говорит? ======
- Уже собираешься? – Женька встала в проеме двери комнаты Валеры, наблюдая, как брат натягивает пиджак поверх водолазки.
Фил улыбнулся ей, выходя из своей обители, обхватил сестру за локти и чмокнул в щеку.
- Да, пока на метро доберусь…
- А Кос не может тебя докинуть?
- Они ж с Пчёлой занятые перцы, – отмахнулся Валера, распахнув дверцу секретера, явно что-то ища. – Слушай, ты не видела карточку мою?
Сегодня Филу нужно было ехать в диспансер, где боксеры, тяжелоатлеты, пловцы и другие представители разных видов спорта проходили плановый медосмотр. Все знали, что данное мероприятие – дело формальное, только единиц не допускали до дальнейших тренировок и соревнований. Поэтому Валера пребывал в соответствующем расположении духа – беспечно улыбался без тени напряжения.