– Зайчонок, ну, пожалуйста, ради меня. Всего один разок! Я обещаю, долго не буду приставать к тебе с этим вопросом! У меня сейчас стресс, мне нужна разрядка. Мне завтра нужно встречу проводить, а у меня все мысли о тебе. Не порядок.
– А ты не можешь снять мальчика себе для этих целей? – я снова смотрю на нее, а она уже достает смазку и наливает жидкость на свои пальцы.
– Могу, зайчонок. И снимаю время от времени, но это все не то. Ты же знаешь, меня заводит определенный тип мальчиков. Вот таких, как ты, например.
Она начинает смеяться, а у меня от ее смеха мурашки по коже. Эта стерва еще и издевается!
– Ты мне уже все нервы вымотала! Ты не понимаешь, что делаешь мне этим хуже? – я снова начинаю психовать, когда она касается моего члена, доставая его так бесцеремонно, словно я уже на все согласился.
После произошедшего между нами в прошлый раз, я был озадачен новыми открытиями в своих сексуальных предпочтениях. Меня по-прежнему бесило то, что я вынужден вступать в связь с женщиной, хоть она и считает себя мужиком, как она иногда выражается.
Трудно поверить
Когда она в первый раз меня поймала и связала, я думал, что моя жизнь на этом кончится. Мне казалось, что я не переживу такого позора. Да это вообще не укладывается в голове, когда какая-то озабоченная идиотка тебя просто ловит, как какого-то котенка, связывает и насилует страпоном. Это очень унизительно. Не думал, что смирюсь с этим и смогу простить.
И, наверное, я так до конца и не простил ей эту выходку. Все ее разговоры о том, что я ей нравлюсь, что она не может устоять, и что я должен ей по гроб жизни за ее вклад в мою личную жизнь – все это чушь! Если бы Эдвард только знал, какая она коварная и жестокая…
Но надо отдать должное, она действительно открыла мне что-то такое, чего я даже не знал о своем теле. Например, я не предполагал, что так реагирую на боль. Вернее я догадывался, где-то на подсознательном уровне, но никогда не задумывался об этом всерьез.
Теперь мне многое стало понятно. И оглядываясь на свою прошлую жизнь, я могу даже проследить, когда я намерено провоцировал Эдварда, чтобы он применил ко мне силу. Я долбанный мазохист. Мне трудно в это поверить, но я реально тащусь от боли и унижения.
Правда, всему должна быть мера. И Юлия, вроде бы, знает, как не перегнуть палку. Ее минеты, в сочетании с уколами ногтей и сжиманием яиц, дают в скопе сумасшедшие ощущения. Мне жутко стыдно признаваться в этом самому себе, но какой-то чертик внутри меня ликует, когда Юлия снова предлагает мне поиграть с ней.
И пусть мне, по-прежнему, не нравится, что это делает женщина, я решил для себя, что это даже, может быть, лучше. Если бы это был парень, я бы что-то мог к нему чувствовать. И тогда, это была бы уже полноценная измена, потому что я имел бы эмоциональную привязку. А к Юлии нельзя испытывать никаких чувств. Если только отвращение и ненависть.
Пусть эта идиотка сосет, если ей так нравится, все равно в это время я обычно занимался тем, что ласкал сам себя. В целом, я ее могу воспринимать как оральный тренажер.
– Ну что, ты решился? – спрашивает она.
– Нет! Я согласен только на минет. Я не хочу, чтобы ты ковырялась там своими игрушками у меня в заднице. – однозначно отрезаю я. – Если тебя что-то не устраивает, то можешь снять себе мальчика на ночь.
Встаю перед ней, прислонившись к раковине спиной и скрещиваю руки. Я должен отстоять свою позицию.
– Зайчонок, я ведь уже все приготовила, не будь таким букой, неужели ты не можешь ради меня сделать одну уступку? – начинает она упрашивать. Иногда она включает все свое обаяние, но забывает, стерва, что на меня это не работает.
– Я сказал “НЕТ”. Если хочешь поиграть, то давай все сделаем в обычном режиме. – демонстративно отталкиваю ее и пытаюсь выйти из ванной.
– Подожди, давай так, я просто помассирую тебе там пальчиками. Если захочешь большего, то скажешь, и я сделаю то, что хочу. Если нет, то я не буду настаивать.
Ох, не верю я этой лисе, но от мысли, что она сейчас будет снова колоть меня своими ногтями, по всему телу проносится дрожь. Хочу снова это испытать. Это как наркотик, постоянно хочется этого адреналина.
Как только ее ноготь просто скользит по моим яйцам или члену, я моментально возбуждаюсь, эти жуткие ласки заводят меня с полуоборота. Я порой пытаюсь себя убедить, что мне это кажется. И что на самом деле никакие специфические ласки не заменят мне секс с любимым.
Но Юлия каждый раз открывает для меня мир заново, обнаруживая на моем теле новые эрогенные зоны. Я даже не думал, что у меня их так много!
– Знаешь, зайчонок, почему ты такой? – шепчет Юлия, продолжая скользить ногтем по моим яйцам. Я дрожу и не могу шевелиться, закрываю глаза и пытаюсь сосредоточиться на этих волшебных болевых ощущениях.
– Твое тело настолько чувствительное, твои рецепторы дают тебе возможность чувствовать все не так, как другие. Ты должен благодарить жизнь, что она тебя сделала таким. – Юлия слегка надавливает на то самое место, но не сильно, а я от страха все равно получаю порцию адреналина и по телу прокатывается жар.
– Встань лицом к стиралке и расставь ноги. А лучше ложись на нее животом, – говорит Юлия и помогает мне развернуться. – Наверняка с Эдвардом шалили тут и не один раз?
Ничего не отвечаю, предпочитаю не обсуждать с ней свои игры с Эдвардом. Уж ее это точно не касается.
– Твое тело так отзывается на ласки, просто удивительно. – продолжает она, а затем резко разводит мне ноги коленом. Меня бесит, когда она так делает, но это тоже почему-то возбуждает.
Она резко сдавливает ногтями основание члена, и я уже не могу сдержать стон. Сладостная боль молниеносно растекается по телу, а член сразу же наливается кровью. Очень хочется, чтобы Юлия поскорее взяла в рот, но она пока не планирует этого делать, а я должен теперь смиренно ждать, когда она соизволит приласкать меня своим язычком.
Наглая гостья начинает нежно смазывать мой анус. Тот отзывается на эти ласки, и я чувствую, как внутри меня все пульсирует. Хочется, чтобы она засунула в меня палец.
Предстательная железа, пожалуй, всегда была моим самым чувственным местом. С тем пор как Эдвард впервые натянул меня на своего жеребца, прошло очень много времени. И я определенно точно знаю, что простата является генератором возбуждения для меня.
Как только Юлия засовывает свой палец внутрь, немного потрахав мой анус, я чувствую, как она медленно начинает надавливать на мой чувствительный бугорок. Это сразу же сводит с ума. Хорошо, что я лежу на стиралке. Иначе упал бы нафиг.
Эта стиралка уже столько выдержала. Эдвард не раз меня драл в ванной, прислонив к машинке. Теперь вот Юлия ласкает меня, делая внутренний массаж, а я дрожу и сладострастно прогибаюсь, непроизвольно разводя ноги еще шире.
– Нравится, зайчонок? – спрашивает Юлия, и ее голос звучит торжествующе.
– Да… – шепчу в отчет.
– Хочешь еще? Хочешь большего?
– Не знаю… – мне стыдно признаться, что она права. Наверное, я хочу, чтобы она засунула в меня своего резинового дружка и продолжила уже в другом режиме. Но я не могу сказать ей об этом.
Сумасшедшая эйфория охватывает все мое тело, и я приподнимаю бедра, чтобы уже самостоятельно насадиться на ее палец. Член уже изнывает от желания. Если она так и будет мучить меня, то я свихнусь.
Юлия словно знала, как меня соблазнить на секс. Обычно она так сильно не старалась играть с моей простатой, хотя порой засовывала пальчик, чтобы я мог получить более яркий оргазм во время минета.
Надо отдать должное, она в этот момент старалась найти и надавить на ту волшебную кнопку, которая отправит меня в космос. А сегодня она старается с удвоенной силой, я это чувствую. Длинный ноготь на ее пальце царапает меня изнутри, вызывая двоякое чувство. С одной стороны, это вызывает дискомфорт. А с другой… временами меня снова пронзает какая-то необъяснимая боль, от которой все тело превращается на миг в камень.